Эти ведьмы не горят - Изабель Стерлинг

– Я слушаю.

Морган качает головой, надежда, появившаяся у нее в глазах, обескураживает.

– Когда мы были у твоего дома, ты кое-что сказала. Кое-что вроде бы знакомое… И теперь я постоянно прокручиваю это в голове. Мне нужно понять, говорила ли ты серьезно. – Морган останавливается и проводит рукой по волосам. – Ты утверждала, что можешь остановить пожар. Каким образом?

«Зря я не держала язык за зубами!» Осаживаю магическую силу и отпускаю воздух на свободу.

– Ну… наверное, сгоряча ляпнула.

– Я думала об этом, но ты казалась такой уверенной… Потом вспомнила лес, речку и свечу. Ты была там как дома. – Морган делает шаг вперед, руки у нее по-прежнему подняты в знак капитуляции, словно я не даю ей покинуть палату. – Пожалуйста, скажи, что про пожар ты говорила серьезно!

«Стоп, неужели Морган…» Но мысль я решительно отгоняю. Нет. Невозможно. Будь Морган Стихийницей, я почувствовала бы ее магию при первой же встрече.

– Нет, не серьезно, – вру я.

Только лгать я никогда не умела.

Морган прищуривается, опускает руки и приподнимает подбородок в знак вызова. Она встречает мой взгляд, голубые глаза сияют еще ярче при искусственном освещении.

– Три Сестры облагодетельствовали мир.

Неужели? Сердце бьется так громко, что Морган наверняка слышит его стук. Я тоже делаю шаг вперед, принимая вызов.

– И были изгнаны Матерью-Богиней за неповиновение.

Губы Морган медленно растягиваются в улыбке.

– Ты говорила серьезно. Ты могла остановить пожар.

Я киваю, хотя гулкая пустота в груди подсказывает, что я не справилась бы. Мне не хватило бы силы укротить дикий и голодный огонь.

– Ты Стихийница? – спрашивает Морган с такой теплотой и трепетом, что я едва не задыхаюсь от облегчения. Она поможет мне и Джемме. Все вместе мы призовем Охотника на ведьм к ответу.

– Да, Стихийница. – За моей спиной на больничной койке лежит потерявший сознание папа, а я улыбаюсь. – А ты не Стихийница. Я почувствовала бы это.

Морган мрачнеет.

– Верно.

Ее смущение удивляет.

– Ты Заклинательница?

Может, она знакома с Арчером?

Девушка качает головой.

– Я Кровавая Ведьма.

Лишь писк кардиомонитора нарушает воцарившуюся в палате тишину.

«Я Кровавая Ведьма».

Молча смотрю на стоящую передо мной девушку, а она прищуривается. Шагнув к больничной койке, я заслоняю отца собой. Теперь всему находится объяснение. Я вспоминаю полное владение Морган собственным телом во время танцев. Невероятную силу, когда она удерживала меня, не давая броситься в огонь.

– Нет, ты не… – Но такое невозможно. Леди Ариана заявила, что в Салеме нет Кровавых Ведьм. Мама сказала, что скраинг нам наврал. А он не наврал. Морган здесь. Она единственный ребенок в семье и живет с родителями. Она член большого танцевального коллектива. Факты налицо, все сходится. А Охотника на ведьм в Салеме небось вообще нет. – Это сделала ты?

– Что?..

– Это! – Я показываю на папу, и при виде его неподвижного тела внутри меня что-то надламывается. – Мой ковен целое лето кто-то преследует. – Я мысленно обращаюсь к магической силе. Температура в палате падает на несколько градусов, ветер треплет волосы. – Это твоих рук дело?

– Почему? – Морган скрещивает руки на груди. – Потому что я Кровавая Ведьма? Порождение кошмара? – Она обжигает меня свирепым взглядом. – Я не преследую твой ковен, Ханна. И никакая злая-презлая Кровавая Ведьма на вас не охотится. Из нашего клана в Массачусетсе только я и мои родители. Поэтому мы и выбрали этот штат.

Я игнорирую ее уверенность и логику.

– Ага! Дура я, дура, Кровавых Ведьм подозревала. Вы же просто душки! – Я содрогаюсь. – Я видела, какой опасной магией занимаются тебе подобные.

– Мне подобные?! – Голос Морган превращается в скрежет. Я крепче цепляюсь за магическую силу, готовая к атаке. – Я надеялась, ты поймешь меня, как никто другой. А ты, значит, не особо восприимчивая и лояльная.

Реплика Морган задевает за живое. Почувствовав жгучий стыд, я отпускаю воздух, и ветер в палате стихает.

– Не все Кровавые Ведьмы – злыдни, – продолжает Морган, не дав мне ответить. – Даже персонажей с сомнительными моральными качествами по пальцам перечесть. Зато Стихийники, похоже, пироманы с манией величия.

Слезы жгут глаза, страх и стыд мешают дышать.

– Но как начет моего папы? – Под весом всего случившегося ноги подкашиваются, и я сажусь на край койки.

У Морган мигом пропадают и гнев, и желание огрызаться.

– Прости, Ханна, я понимаю, что тебе очень тяжело. – Она перехватывает мой взгляд, в голубых глазах застыл вопрос. – Но почему ты вообще заподозрила Кровавых Ведьм? Мы ничего не имеем против твоего ковена. И, конечно, не имеем привычки играть с огнем.

Я вытираю слезы и опускаю взгляд.

– Однажды, несколько месяцев назад, на Манхэттене я встретила Кровавую Ведьму. Она… – Слова буквально застревают в горле, и я не могу заставить себя посмотреть на Морган. – Она меня обидела, и когда начался этот кошмар, я подумала, что она явилась сюда, чтобы меня убить.

– Как она догадалась, что ты Стихийница? – Морган устраивается рядом со мной на краешке койки. – Мы редко идем на контакт с другими ведьмами. Вы нас ненавидите.

Очень хочется возразить, но так и есть. О Кровавых Ведьмах я не слышала ничего хорошего: только предостережения со стороны взрослых и страшные сказки, которые нам в детстве рассказывали, чтобы призывать ребятишек-Стихийников к порядку. Даже в Совете посты одновременно занимают максимум две Кровавые Ведьмы.

– Из-за вашей Богини Сестер-Добродетельниц изгнали из нашего мира.

Морган закатывает глаза.

– Тебе хотелось бы, чтобы тебя постоянно обвиняли в том, что твоя создательница совершила тысячу лет назад? – Морган поддевает меня плечом. – А если серьезно, то зачем ведьме тебя обижать? Как правило, мы себя так не ведем.

– Долгая история. Случилось все на школьной экскурсии. Я случайно ввязалась в разборку между ней и Заклинательницами. – От стыда щеки густо краснеют. – Они пытались навсегда парализовать ее магическую силу. А она решила, что я одна из них.

Морган вздыхает.

– Заклинательницы добились своего?

– Нет, Кровавая Ведьма не пострадала. Она сбежала. – Я вытаскиваю телефон и лишь потом вспоминаю, что фотографии остались на старом. – Когда принесли в жертву животное, я подумала: наверняка та ведьма явилась, чтобы отомстить. В итоге выяснилось, что жертвоприношение совершил знакомый мне регуляр Эван. Позже я нашла руны на стене Музея ведьм, который находится неподалеку от моей работы. Откуда они взялись, я до сих пор и не выяснила.