Магическая академия куртизанок - Ольга Коротаева

Самого Белена стыд никогда не цеплял. Дей широких взглядов, он допускал многое в своей жизни и давно махнул на чужое мнение о его действиях. Магия почти не коснулась его, образы плавали неясными лицами, но тут же таяли, стоило Адору сосредоточиться хоть на одном из них. Селеста стояла и, разглядывая что-то перед собой, то хмурилась, то улыбалась. Заинтересованный Белен приблизился:

— Селеста? Ты в порядке?

Она посмотрела на него такими счастливыми глазами, что перехватило дыхание. — Да. Я вижу наш первый вечер в академии…

Белен занервничал, он полагал, что она будет ненавидеть за то, что он сделал. Но Селеста вдруг обняла его и прижалась губами, а потом прошептала:

— Я поняла! Думала, ты издеваешься надо мной, специально унижаешь… А ты защищал меня! Все это время ограждал и оберегал. Раздел, чтобы убедиться, что на мне нет проклятий, убедился, что я не пострадала. — Прижалась к нему и шепнула: — Как же я тебя люблю!

Сердце заколотилось так быстро, что щеки бросило в жар, стало трудно дышать. Осторожно отстранил Селесту и строго проговорил:

— Соберись. Это лишь четвертый круг, Селеста.

Она кивнула и опасливо посмотрела на деев, а Адор выдохнул: о, кровавая бездна! Сколько сил потребовалось на такое просто действие. Поклялся себе, что после будет прижимать Селесту к груди так долго, как захочет. Ее искренняя благодарность, блеск карих глаз, легкая улыбка, — как же прекрасно просто смотреть! Только вид темных пятен на шее причинял нестерпимую боль.

Дей Несто обреченно посмотрел на бодрую Селесту, и в глазах старика я увидел твердую решимость. Шагнул ближе и закрыл собой: пусть только попробует! Я ни за что не дам в обиду свою девочку! Да и она сама… может постоять за себя. Но от своры разъяренных магов крови мало кто может уйти. Не зря же это основной страх дворцовых деев, скосивший большинство их них в первом круге. Усмехнулся: у старой черепахи появился второй повод для сожаления. Он наверняка рвет волосенки, что не нашел доводов отказать Селесте!

Посмотрел на оставшихся: дей Росио здесь благодаря мощи, двое других особо-удачливые. Что же противопоставит каждый из них самому сильному бичу всех магов — ревности? Или, другой ее личины — зависти? Отец Селесты вылетел из претендентов именно на этом круге, уступив дею Лобо. И что таится в сердце самого Адора? Казалось, он никогда никому не завидовал. Считал бесполезным тратить на это энергию и время. Но он ошибался…

Образ беловолосого улыбающегося парня поверг в шок, Адор смотрел, как он берет в ладони руки Селесты, как она улыбается в ответ, и готов был разорвать обоих. Зарычал, двинулся и погряз в магии пятого круга. Вот так, как и дей Росио, он готов был проиграть, ибо не желал делить ни с кем эту женщину! Ни в мыслях, ни в действиях, ни на словах.

— Только моя! — крикнул он.

— Только твоя, — шепнул кто-то на ухо, и на сердце стало тепло.

Дышать стало легче, туман развеялся, и Белен посмотрел в улыбающееся лицо Селесты. Огляделся: два везунчика, уже истратившие удачу и силы, неподвижно лежали, а дей Росио, шатаясь, поднялся с колен. Заметив пристальный взгляд Белена, расхохотался:

— Вот мы и остались втроем! Я уничтожу тебя, друг. А бутончик заполучу! Все будет по-моему, понял?!

— Никогда, — процедила Селеста.

— Увидим, — ухмыльнулся Росио. — Шестой круг вожделение! Я видел, как ты хватала Белена за член, шлюха! Ты проиграешь! И этот жареный паскудник тоже…

Селеста потянулась к колье, но Адор остановил ее. Посмотрел на дея росио и приподнял брови:

— Вожделение лишь слово. Круг шестой — это жажда. Не только плотских утех, но и другого. Непреодолимая жажда власти… друг. Готов ли ты встретиться с ней лицом к лицу?

Маг побледнел и задумался, а в шатер влетел дей Несто. При виде поверженных мужчин, он совершенно потерял контроль. Бразгая слюной, закричал:

— А ну, мелкая шлюха, говори, в чем твой секрет? Ты же явно чем-то пользуешься… Белен придумал новое заклятие способное обойти магию кругов?

— Придумал бы, не стал возиться с вами, — перебил его Адор. — Избавился бы от всех в первом круге.

— Этого не может быть! — не унимался старик и, тыкая в Селесту, визжал: — Женщина! Она же просто женщина!

— Она не просто женщина, — рявкнул Адор и угрожающе сказал: — Селеста моя женщина! И, если ты сейчас же не заткнешься, я не посмотрю, что за тобой стоят старейшие деи дворца. У каждого из них есть грешок и за обещание забыть, они закроют глаза на то, что ты нечаянно свернул себе в шатре шею.

Несто захлопнул рот так резко, что явственно послышался стук зубов. Помолчал минуту и сухо кивнул:

— Шестой круг начнется сразу, как вынесут выбывших.

И почти бегом покинул шатер. Адор приобнял Селесту:

— Не обращай внимания, у старика мозг от важности ссохся. — Помолчал немного и нехотя добавил: — Но ты увидела… что будет, если… ты победишь. Будь осторожна. Я очень боюсь за тебя.

— Люблю тебя, — прошептала Селеста и порывисто прижалась к его груди.

Адор упустил момент, когда начался шестой круг. Он настолько привык жаждать эту женщину, которая доверчиво прильнула к нему, что даже не понял, наступило ли испытание. Он прекрасно осознавал, что Селеста — его сила, его магия, его дыхание и его жизнь. Поэтому, когда в шатер вошел дей Несто, он удивленно спросил:

— Что-то не получилось?

— Ничего, — глухо ответил старик. Казалось, он постарел лет на десять. Вздохнул и кивнул стражникам: — Уносите.

Адор и Селеста обернулись и с изумлением увидели бесчувственного дея Росио. — Ты победил, — растерянно промолвила Селеста.

— Мы победили, — тихо поправил ее Адор.

— Седьмой круг, — обреченно прошелестел дей Несто и покинул почти пустой шатер.

***

Я с улыбкой осмотрелась:

— Как здесь, оказывается, просторно! — И, взглянув на Адора, поинтересовалась: — А что еще может означать седьмой круг? Я не понимаю, чем может навредить… любовь. Каждый предыдущий круг мне более-менее понятен. Но не этот.

— Как всегда, — пожал плечами Адор, — сила и противостояние. Круг — это бесконечность. Одно перетекает в другое и завершается там, где началось. То есть…

— Мы возвращаемся к первому кругу? — догадалась я. — Вожделение — это жажда обладания, страх — нежелание потерять.

— Правильно, — хмыкнул Белен и поцеловал меня в лоб. Заглянул в глаза: — А седьмой круг где-то посередине… Одновременно желание обладать и страх потерять. — Я прижалась к нему: как это знакомо! Я так сильно его люблю, что даже высказать не могу. Адор горько проговорил: — Противостоять этому будет непросто.

Посмотрела удивленно:

— Зачем? Зачем противостоять?

Он легко коснулся моей щеки и прошептал: