Парк прошлого - Ян Бэк

Хватпол бросился назад, в темноту туннеля, к ждущему его Псалтырю.

— Что это? — спросил тот. — Я как будто слышал поезд…

— Именно так, — отозвался Хватпол. — И к тому же полностью электрифицированный. Кто-то добрался до него прежде нас, кто-то из официальной службы охраны. Идем.

Они пошли по заброшенному туннелю, мимо чистого и отремонтированного ответвления, уходившего куда-то вбок и теряющегося в темноте.

Вскоре путь им преградили покореженные рельсы и разбитая каменная кладка; дальше, на выходе из туннеля, повсюду валялись мертвые тела и ошметки тел оборванцев.

— Господи, — прошептал Хватпол, — это же бойня.

Псалтырь бродил меж окровавленных тел, не веря своим глазам.

— Кто это сделал? — спросил он, осматривая стены и омытую кровью платформу в тусклом свете ламп.

— Корпорация «Баксоленд», — с отвращением бросил Хватпол. — Я видел поезд метро, набитый полицией и патрульными. Похоже, была проведена организованная зачистка. Кто-то у власти распорядился убрать оборванцев.

— Смотрите, — воскликнул Псалтырь, — там мамаша Боултер, ей прострелили голову. Она-то что тут делала?

— Докладывала своему боссу Фантому, разумеется… — Из полумрака к ним вышел инспектор Лестрейд. — Надеюсь, у вас есть лицензия на ношение оружия? Прошу прощения, что вам пришлось заглянуть к нам, так сказать, «под юбки», сержант Хватпол, но нам пришлось принять решительные меры и вычистить это осиное гнездо. Не волнуйтесь, к утру все исчезнет, а оставшиеся засранцы поумнеют.

— Решительные меры? — переспросил Хватпол. — Это просто бойня, безнаказанное убийство мужчин и женщин! Неужели можно без суда и следствия?! Дикость какая-то, и ничего больше!

— Мне казалось, вы преданно служите Корпорации, Хватпол?

— Я полицейский, и вас, Лестрейд, считал полицейским, а не хладнокровным убийцей!

— Нам дали бой, так что выбора у нас не оставалось. Теперь бы еще и с головой змеиной разобраться… — Лестрейд указал куда-то вверх.

Ева и Калеб ждали на лестнице. Сверху доносились голоса. К Фантому и Люцию присоединился кто-то третий. Ева прижала палец к губам. Вскоре разговор наверху прервался.

Брат с сестрой преодолели последний лестничный марш и оказались в коридоре, где их попыталась остановить механическая крыса с красными глазками:

— Проход закрыт, закрыт, — твердила она.

Не обращая внимания на зверька, Ева и Калеб по приставной деревянной лестничке поднялись на крышу.

Калеб первым высунул голову в ветреную темноту. Снизу доносились возбужденные крики собравшейся толпы. Впереди, на пятачке посреди торчащих прутьев арматуры стояли трое: отец, Фантом и еще какой-то пожилой человек. Чуть поодаль были пришвартованы два дирижабля; их винты вращались вхолостую, в любой момент готовые к взлету.

Калеб повернулся к Еве и знаками показал, что можно подниматься. Девушка присоединилась к Калебу, незаметно пристроившемуся возле прутьев. Она стояла на ветру, выпрямившись в полный рост; черные волосы развевались вокруг идеального лица.

Затем Ева шагнула на узкую балку, ведущую к шаткому помосту, на котором стояли три человека.

Калеб попытался последовать за ней по стальной балке, балансируя при помощи револьвера в вытянутой руке, но в ужасе остановился, случайно взглянув на толпу в шести сотнях футов внизу! Юноша замер, словно пригвожденный к месту.

— О, замечательно, смотрите, кто к нам пришел! — воскликнул Фантом.

— Ева, — произнес Баксоленд, — наконец-то! Добро пожаловать! Меня зовут Абель Баксоленд, я генеральный директор корпорации «Баксоленд». Прошло так много времени с тех пор, как мы впервые встретились. Ты меня, наверное, не узнаешь. Ну и ну, да ты красавица, гораздо лучше, чем я тебя запомнил! Мы с тобой виделись только однажды, в тот самый раз, когда и Люций, и Джек, и все мы ездили праздновать твое… — он запнулся. — Твое… завершение. Да, пожалуй, это слово подойдет. У нас был праздник с фейерверками, совсем как тот, что предстоит нам нынче вечером. — Он воздел руки, словно пытаясь обхватить целиком все искусственное небо над их головами. — Сегодня у нас тоже праздник, снос последнего оставшегося здания — и как вовремя! Кажется, так и должно быть — ты нашлась как раз теперь, соединилась с Адамом! Теперь мы откроем новую эпоху невероятных аттракционов в «Парке Прошлого», а вы с Адамом будете блистать в самом сердце «Парка»!

Люций дернулся и скинул руку Фантома, зажимающую ему рот.

— Нет в этом ничего правильного, Баксоленд, и никогда не будет! — вскрикнул он.

Фантом снова зажал ему рот ладонью и взглянул на Калеба, который застрял на балке в нескольких ярдах от спасительного пятачка. Юноша пытался удержать равновесие, не в силах двинуться ни вперед, ни назад.

— Наш отец начинает меня утомлять, юный мастер Браун. Не сбросить ли его вниз? Слегка подтолкнуть — и он рухнет, как камень.

— Ну-ну, Адам, успокойся. Подержи-ка Люция еще немного, — приказал Баксоленд. Он поднял руку с каким-то сигнальным устройством, и, повинуясь знаку, пассажирский дирижабль отделился от края крыши, якорная оттяжка натянулась. Еще один сигнал — и второй небольшой дирижабль подплыл поближе.

— Вскоре можно начинать и фейерверк, — произнес Баксоленд, взмахивая сигнальным устройством. У гондолы пассажирского дирижабля распахнулась дверца, оттуда выпорхнули тысячи листков бумаги. Ветер разметал их в воздухе, подобно гигантским конфетти, и страницы стали медленно парить вниз, прямо в руки возбужденной толпе, собравшейся на представление внизу.

Начался обратный отсчет.

Хватпол и Псалтырь наконец выбрались со станции «Мургейт» и вылезли через отверстие в заборе.

Они только что обыскали логово Фантома, но не обнаружили ничего, кроме стула с обрывками веревок у билетных касс. Чуть дальше нашлись какие-то кладовки с едой, небольшой склад оружия и боеприпасов для осады, и все — ничего живого, не считая осмелевших крыс.

Куда идти дальше — непонятно; улицы заполонила масса людей. Даже пробираться через это столпотворение было нелегко, не говоря уж о том, чтобы заметить в такой суматохе Фантома. Люди вокруг умолкли в предвкушении… потом стали задирать головы к небу, возбуждено показывать куда-то пальцами. Из пришвартованного высоко над головами пассажирского дирижабля вниз посыпались тысячи листовок, запестрели в холодном ночном воздухе. Хватпол подхватил одну и зачитал вслух.

Хватпол отшвырнул листовку.

— «Башня 42». Фантом был на ней совсем недавно. Наши камеры наблюдения его засекли. Значит, это там.

Они подобрались сквозь толпу поближе к «Башне 42». Повсюду висели знаки, предупреждающие об опасности.

К счастью, копы по периметру заграждения отвлеклись на происходящее в небе — все разглядывали два пассажирских дирижабля, из чрева одного из которых сыпались листовки.