Злодейка из камина - Нидейла Нэльте

– Да не могли же мы все её придумать?

– А иллюзию и придумывать не надо, она сама в мозги забирается да за реальность себя выдаёт.

– У Аши вон даже голова разболелась, как та к ней обратилась, мол, деточке нездоровится! Точно говорю тебе, сглазила! Уж какая тут иллюзия!

– Что-то легко её сглазить, как для Хранительницы Времени, – снова недоволен Леонтий.

– Так она же, твою тыкву, не железная! И так столько всего на неё свалилось!

– Железная, не железная, уж тебе виднее, – ворчит Леонтий.

– Ты о чём это? – уточняю подозрительно, но старик не отвечает, говорит о другом:

– В бывшем доме Инес остался след оборотных чар. Не таких, как Аши пользует, обычных. Может быть, твой Далий ведьмой и обернулся, или кого-то обернул.

– Демона?!

– Джарес, ты бы о демонах тоже почитал, что ли? Ну какие к ним чары оборотные? У них и без чар тела пластичные. Обычные, на человека рассчитанные, чтобы его за другого принимали, из тех, которые вблизи не действуют да по времени ограничены.

– Думаешь, у Далия могли быть? А может, он ещё и с демоницей успел?!

– Это многое объяснило бы, – пожимает Леонтий плечами. – Да маловероятно.

– Стало быть, это Южель в камине извивалась? – бормочу. – Ну или сестру свою мокрую в него отправила.

– Сбежала пока лишь Бетти.

– Не могла она в камине быть.

– Почему?

– Потому что Бетти немая! – рявкаю, поднимаясь. – А та орала, что ёж недорезанный!

– А ведь и правда, молодец, Джарес. Едва ли она пять лет немой прикидывалась, и ведь лечить её пытались, помню, даже Тария. Молодец, – Леонтий устало трёт лоб, тоже встаёт.

Солнце точно в зените, ссаживаю элементаль и спешу поскорее в кабинет, к зеркалу.

Нажимаю на камни рамы, отхожу, чтобы обзор лучше был. Складываю руки, хочу хмуро брови свести, дескать, чего отрываете занятого Владыку? Да губы сами тянутся в улыбку, разве ж можно смотреть на Зика с Журом и не прыснуть со смеху? Оба уже с той стороны, довольны как всегда.

Зик меня на год старше, инициацию к Колодцу давненько прошёл, своей силой прибоя никак нахвастаться не может. Жур наоборот, младше, к инициации только готовится.

– О! – вопят наперебой. – Ты же уже выздоровел, Джар? Тут встреча старых друзей намечается, нам тебя знаешь, как не хватало!

– Я молодой ещё, – ворчу.

– Тогда гулянка! – находится Зик.

Изображаю хмурое величие.

– Я теперь Владыка, в отличие от вас, владычат, – не упускаю случая напомнить.

– А Владыке кто-то может запретить? – поднимает бровь Зик.

– Вот ещё! – возмущаюсь, хочу добавить, что у Владыки дел много, да не дают:

– Тогда не отнекивайся!

– И сестрёнку свою не забудь! – вставляет Жур. Понравилась ему Аши.

– Посмотрим, – буркаю. А вдруг передумает и решит, будто ей всё же очень надо замуж за кого-то из Владык? – Ты чего мокрый такой?

Действительно, Жур выглядит словно сейчас из своего Колодца вынырнул, почему-то навевая ассоциации с моей каминной незнакомкой. Нет, вы только не подумайте, Жура с девушкой не спутаешь, да и плечами широк вышел, но ассоциации-то не удержишь. Сами выскакивают, особенно после разговоров с сысковиками.

– Небось все уже в курсе, – долетает из угла, едва не подскакиваю, – что твоя кузина на самом деле не кузина, а служанка подкупленная.

Дух скалится, подслушивает, урод! Хочу зашвырнуть в него чем, да вовремя вспоминаю, что на той стороне зеркала его не видят – не слышат.

– Инициация скоро, – смеётся Жур. – Сила выкобенивается.

– Все льдинки-снежинки растаяли? – презрительно фыркает Рен. Журу и впрямь лучше всего заморозка давалась, хотя по внешности и не скажешь – знойный он тип, энергия вечно прёт.

– Сам ты, – бурчу сквозь стиснутые зубы, – растаял.

– Кто растаял? – не слышит Журрат.

– Снег твой, – хмыкаю. – Будешь теперь дождём.

– Я ливень! Мощный и непредсказуемый! – соглашается Жур. – Огромный поток! Ты мне зубы-то не заговаривай, Джар! Ты же не посмеешь скрывать от нас такую красотку?

– Смотри, смоет твою «красотку», своим «потоком», – вставляет дух.

– Я за неё в ответе, – ворчу, незаметно показывая назад неприличный жест.

– Какие же мы ответственные стали, – кривляется Рен.

– Вы-то нет! – злюсь.

– Мы, конечно, нет, – с недоумением соглашается Жур.

– Где вечеринка-то? – перевожу тему.

– В «Великом Владыке», где же ещё?

– И купальники не забудьте, – заговорщически вставляет Зик.

– Зачем в «ВВ» купальники? – удивляюсь.

– Хотят из тебя придурка сделать, – подзуживает Рен. – Хотя и делать не надо.

– Владыки Колодца мы или нет? – гордо ответствует Зик.

– Вроде нет пока, – отвечаю.

– Сделали-сделали, не льсти себе! – не унимается Рен. Засранец! С мысли сбивает да раздражает.

– Сами купальники надевайте, – ворчу.

– Ты-то хоть в покрывало завернись, а вот сестричка твоя…

– Жур, предупреждаю по-хорошему, не лезь к ней! – начинаю заводиться. Дух предпочитает раствориться в стене и подглядывать оттуда.

– Да я же тоже по-хорошему, ты же меня знаешь! – уверяет Жур.

– И я! – поддакивает Зик.

– В том-то и дело, что знаю. А она девушка непривычная.

– Да брось, разве мы её на балу не видели? Ко всему она привычная!

– Я тебе дам «ко всему»! – делаю шаг вперёд, сам не замечаю, как сжимаются кулаки.

– Зеркало не разбей, – хмыкает Рен.

– Короче, ждём! – братья спешат закончить разговор.

Зеркало затемняется на миг, после начинает банально отражать. Меня, подоспевшего Рена – нет.

Бросаю на духа взгляд, тот вроде хочет что-то добавить, аж лучится ехидством, но передумывает.

Выхожу следом за ним. Ну то есть он-то через стену, а я через дверь, но в смысле, из кабинета. Не знаю, куда он, а я на поиски.

Что-то скверная традиция сложилась, спускаться в крыло служанок. А ведь сколько раз зарекался и носа туда не совать! Только как-то совсем уж нехорошо звать Аши через других. Да и… не хочу, чтобы над ней потешались!

Впрочем, далеко не ухожу, встречаю Аши у мастерской швей с ворохом ткани в руках.

– Что это? – хмурюсь.

Не думал, а ведь она всё ещё работает. Не могу понять, чем мне это так не нравится. То ли тем, что Эрия не обязана расплачиваться за приют. То ли тем, что не хочу, чтобы Аши расплачивалась. Тьфу, твою тыкву, запутался! Ну вы поняли. И ткань какая-то тёмно-синяя, плотная, знакомая подозрительно.