Провинциалка в высшем свете. Дым без огня - Елена Малиновская

— Не понимаю, почему ты не желаешь учиться языку мертвых, — с ноткой претензии заметил Томас.

— Потому что мне и без того кошмаров хватает, — измученно пошутил Велдон и чуть ли не насильно всучил другу новый мелок.

Томас поджал губы, видимо, недовольный, что Велдон не устыдился после его замечания. Но безропотно скинул с себя камзол, оставшись в одной рубахе, и принял мел из рук приятеля, после чего, в свою очередь, опустился на колени, чуть ли не уткнувшись носом в пол, и принялся чертить какие-то знаки, от усердия высунув и прикусив кончик языка.

Я невольно поморщилась. Один взгляд на тот символ, который вырисовывал сейчас Томас, почему-то пробудил во мне головную боль. Пока еще несильная, она лишь глухо заворочалась в висках, напоминая, что в любой момент может обернуться приступом нестерпимой мигрени, когда половина головы охвачена пульсирующим огнем.

Велдон тем временем отошел в сторону к столику с напитками. Придирчиво осмотрел ровную шеренгу бутылок и каким-то чудом отыскал непочатую. Ловко откупорил ее мастерским ударом по донышку, дунул в два бокала, очистив таким образом их от пыли, и разлил напиток, после чего подошел ко мне, не забыв при этом прихватить початую бутылку.

Я с сомнением покосилась на протянутый фужер, стенки которого были все в грязных разводах. Но затем все-таки взяла его в руки, решив не обижать категорическим отказом Велдона. Сделаю вид, будто пригубила, а потом поставлю куда-нибудь. Если честно, никакого алкоголя мне сейчас совершенно не хочется. И без того в голове как-то странно и гулко после так называемого разговора с Уолтером.

А вот Велдон с удовольствием осушил свой не менее грязный бокал и причмокнул губами. После чего посмотрел на меня и прямо спросил:

— Ты правда говорила с этим парнем, когда тот был уже мертв?

Странная постановка вопроса. Но я кивнула без всяких уточнений, осознав, что более конкретно Велдон все равно не мог выразиться.

— Дела, — пробасил тот и озадаченно запустил пятерню в свою густую шевелюру. Добавил: — Похоже, Томасу действительно придется с тобой серьезно поговорить.

Я опять передернула плечами. Ох, не нравится мне, как это звучит! Очень не нравится!

— И что это значит? — требовательно спросила я. — О чем он собирается со мной говорить?

— Это просто такое выражение, — постарался успокоить меня Велдон. — На самом деле он просто проверит тебя на колдовские способности.

Если честно, сказанное не понравилось мне еще сильнее. Зачем меня проверять на какие-то там магические способности? Я и без того могу сказать, что ничего не понимаю в этом!

— Скорее всего, твой дар имеет противоположную полярность дару Томаса, — продолжил рассуждать вслух Велдон, без всякого стеснения налив себе еще вина. — Это могло бы объяснить, почему он не видит твоего прошлого и вообще не способен проникнуть в твои мысли. При соединении двух разных зарядов происходит не просто суммирование мощности заклятья, но многократное ее увеличение. И это опять-таки объясняет, почему при ваших тесных телесных контактах возможности Томаса так резко возрастают.

— А что насчет того, что я видела мысли мертвого человека? — с невольным любопытством осведомилась я. — Разве такое вообще возможно?

— Конечно, возможно, — неожиданно подал голос Томас, который, как оказалось, внимательно прислушивался к нашим негромким переговорам. — Аль, напомню, что мы сейчас собираемся вообще оживить мертвого и заставить его отвечать на наши вопросы. Пусть и ненадолго, но все равно. А мысли… Мысли — это лишь энергия в нейронах мозга. Даже тело после смерти остывает не моментально. Возможно, и та энергия, которая делает нас разумными, не сразу исчезает, а постепенно затухает.

А? Я едва удержалась от желания ляпнуть это вслух. Что такое нейроны? Как понимаю, они расположены в мозгу. Но что они там делают?

— В общем, я считаю, что ты потенциальный некромант, — обронил Томас, глянул на меня и опять вернулся к своему занятию. Негромко проговорил, словно рассуждая сам с собою: — Точнее, я почти уверен в этом. Необходима лишь парочка финальных испытаний, чтобы развеять последние сомнения.

— Некромант? — недоверчиво переспросила я.

Если честно, я пока не понимала, какие эмоции должна испытывать по этому поводу. С одной стороны, безусловно, не могло не обрадовать то, что хоть какие-то способности к искусству невидимого у меня имеются. С раннего детства я привыкла считать магов людьми некоего высшего порядка, которым дозволено гораздо больше, чем всем остальным. Они сильные, уверенные в себе, независимые и плевать хотят на чужое мнение. А женщины колдуньи! О, во всех книгах, которые я прочитала, утверждалось, будто им абсолютно безразлично общественное порицание, поэтому они поступают так, как сами захотят, а не так, как того требуют правила приличия. И даже — о ужас! — преспокойно заводят себе любовников и вообще не чураются выставлять напоказ бурную личную жизнь.

Нет, конечно, не только сексуальная раскрепощенность привлекала меня в образе жизни магов и колдуний. Я как-нибудь проживу и без любовника. Хватит с меня и одного крайне неудачного первого опыта. Но все-таки имелось во всех этих рассказах нечто притягательное. Наверное, каждому человеку хочется жить без оглядки на мнение посторонних. Жаль, что не все на это осмеливаются.

— Некромант, некромант, — подтвердил Томас, который вряд ли подозревал, о чем я сейчас на самом деле думаю. Задумчиво почесал переносицу, перепачкав ее мелом, но, по-моему, даже не заметил этого, с сомнением добавив: — Или как там будет некромант женского рода? Некромантша?

— Если честно, я прежде ни разу не слышал о подобных личностях, — пробурчал Велдон и покосился на меня с нескрываемой опаской. — Женщина и некромантия… Есть что-то не совсем нормальное. Женщина — суть созидающее начало. А некромантия — магия мертвых.

Я поежилась. Да, своя правда в словах Велдона, несомненно, присутствовала. Хоть он и выразился несколько коряво, но я прекрасно поняла, что здоровяк имел в виду. Женщины рождены, чтобы давать новую жизнь. А некромантия — это, по сути, копошение на могилах.

И вообще, не хочу я быть некромантом! Я мертвецов боюсь! И совершенно не испытываю восторга при мысли о визите на кладбище!

— Первое испытание, кстати, мы можем провести прямо сейчас! — торжественно провозгласил Томас, словно не услышав рассуждений своего друга. — Аль, ну-ка, подойди!

Ага, сейчас! Когда я услышала про планы Томаса заставить меня принять участие в некоем весьма подозрительном эксперименте, то первым моим порывом было вообще сбежать куда подальше. Я даже попятилась в сторону двери.

— А ну, стоять! — гаркнул Томас, без особых проблем разгадав смысл моего отступления.

Я аж подпрыгнула от неожиданности. Обиженно насупилась. А вот кричать на меня совершенно необязательно! Я ведь девушка. И расплакаться могу, если со мной грубо обращаться.

— Томас! — укоризненно проворчал Велдон, опять встав на мою защиту. — Ну что ты, в самом деле. Дались тебе эти испытания. Не видишь, что девочка устала…