По дороге на Оюту - Мария Лунёва

— А как же ты, замёрзнешь ведь.

— Земляночка, ну я же марионер. Для меня такой холод ощутим, но вполне приемлем.

— Я могу взять одеяло, а ты - куртку, — предложила я компромисс.

— И одеяло возьми тоже, завернёшься сверху в него,— подхватил мою мысль он, но переиначил на своё усмотрение.

— Но ты замёрзнешь,— вырвалось у меня, — там холодно.

— Анита, вспомни карантин,— мягко возразил он, — ты от холода зубами стучала, а мне было вполне комфортно. Мне очень трудно замёрзнуть, я чистокровный марсианин.

Поджав губы, я всё же надела куртку. Хотя так и не согласилась с ним.

— У меня в рюкзаке есть ещё одна, но тоньше немного. Я надену её, обещаю. Чтобы ты не переживала обо мне. Хорошо?

Я кивнула, моментально просияв, за что и получила жгучий страстный поцелуй.

— Это, оказывается, так приятно - когда о тебе любимая женщина переживает и беспокоится, — поддел меня Демьян, заметя мою довольную моську.

Зарядно -заправочная установка оказалась расположена на небольшом изолированном астероиде, который служил платформой для когда-то работающей рудодобывающей станции. На мониторе я созерцала приближение огромной металлической махины, под которой и куска космического камня, на которой она стоит, не видно было. Словно станция парила в космическом пространстве сама по себе. Такое я видела разве что на картинках.

Пришвартовка к этой громадине оказалась настоящим испытанием для моего нетренированного организма. Нет, кровь носом не пошла, но в кресло меня припечатало знатно.

— Знаешь, земляночка, всё-таки космические перелёты - это не твоё, — чётко подметил Демьян.

— Угу, — страдальческим голосом подтвердила я его слова, — была бы моя воля, я бы с твёрдой поверхности планеты не сходила.

— Потерпи, до Оюты. Путь, конечно, не близкий, но если здесь хорошо подзарядимся, то нужна будет только ещё одна остановка на заправочной станции. Я попытаюсь подобрать какое-нибудь более для тебя щадящее место.

Потянувшись, Демьян пригладил мои волосы. Этот такой простой жест подействовал успокаивающе.

— Например? — заинтересованно простонала я.

— Стратосфера какой-нибудь планеты, чтобы не требовалось пришвартовываться так жёстко, — задумчиво произнес он.

— Это было бы чудесно, — вздохнула я, — у меня сосуды не выдержат ещё одной такой посадки.

— Всё приходит со временем, — попытался взбодрить меня он. — Ты привыкнешь, организм адаптируется.

— Не хочу, — взмолилась я, — это ужасно!

— Ужасно?! Ну, Анита, где твоя романтичность? Здесь сейчас только ты и я!

— Ага, и целая Вселенная в придачу!

— Ну да, земляночка. Ты, я и вся Вселенная. Разве не это истинная романтика?

— Возможно, но только без посадок, пришвартовок и взлётов,— уже не так обречённо пробурчала я.

— Постараюсь, чтобы эти мелкие неприятности не портили всю чудесную атмосферу нашего путешествия, — хмыкнул этот романтик.

Наконец, встав, я не удержалась и ласково поцеловала своего романтичного мужчину. А затем отправилась к автомату за чашечкой напитка. В горле у меня стоял комок, да и подташнивало сильно.

— Сейчас система нас просканирует и я разгерметизирую корабль. Потом выйду наружу, чтобы подсоединить зарядное устройство к нашему ядру. Станция законсервирована, так что кроме нас тут никого нет. Мы задержимся примерно на два часа. Ну, если установка у них допотопная, то на три. Я буду снаружи, ты останешься здесь. Так что никаких кнопок не нажимать, наружу не выходить. Лучше всего иди в каюту и поспи, — принялся раздавать приказы прямо по-армейски Демьян.

— А дышать-то можно,— подразнила я его.

— Можно. Это единственное, что можно, всё остальное строго воспрещается.

Наш разговор прервал короткий сигнал. Словно на автовокзале, когда рейсовый автобус объявляют. Я любила кататься в пригородные деревни за натуральными овощами. Мама хоть и с опаской, но отпускала меня одну. Автобусы я обожала. Удобные сидения, мягкая воздушная подушка вместо допотопных колёс и бесшумный мотор, работающий от солнечных батарей делали поездку комфортным расслабляющим отдыхом. Если бы не вечно брюзжащие старушки да тётки, которым в жару холодно, а зимой невыносимо жарко, то всё было бы вообще замечательно. А так захлопнут все окна и сидят, потом обливаются, а окружающим от них страдай. И ведь скажи только им слово - так обругают.

Предаваясь воспоминаниям, я не сразу поняла, почему Демьян так внимательно смотрит на меня.

— Что? – спросила я.

— Ты иногда выпадаешь из реальности, — мягко ответил он. — Это конечно не страшно, но будь немного внимательней. Ты поняла, что я тебе сказал?

— Да, — кивнула я ему, — ничего не трогать, никуда не нажимать, наружу не выходить. Мы взлетим через два - три часа.

— Молодец, — довольно кивнул мужчина.

Встав, он сходил в каюту и вернулся оттуда уже в куртке. В его руках я увидела сложенное одеяло. Расправив его, Демьян укрыл меня по самый нос и подоткнул концы под мои ножки.

— Вот, так уже лучше, — довольно подметил он. – Сиди тут и ничего не делай. Только дыши.

Поцеловав меня, Демьян скрылся за первой дверью. Раздался ещё один сигнал, и распахнулась вторая дверь, выпуская мужчину наружу.

Я осталась совсем одна.

Вслушиваясь в тишину, я пыталась расслышать шаги своего марсианина или гул активированного зарядного аппарата. Щелчок. Шипение. Звук звеньев цепи. И снова тишина. Через пару минут она начала нервировать. Встав, я накинула одеяло на плечи и прошлась по помещению. Накручивая круги, я изрядно волновалась. Уж не знаю, что меня тревожило, но неконтролируемая паника нарастала.

Снаружи послышался отдалённый удар, словно кто-то с размаху обрушил металлическую трубу об пол или об стену. Странный звук. Пугающий.

Тяжело вздохнув, я попыталась взять себя в руки. Демьян сказал, что станция нежилая. Работают только аварийные системы. Тут всё вокруг спокойно и безопасно. Скрипнула дверь, и эхо донесло до меня мужское покашливание. Это успокоило. К тому же на входе, ведущем на трап, слабо отсвечивала сеть красных лазерных нитей, тех самых, что препятствуют проникновению на корабль посторонних.

— Всё хорошо, — твердила я себе под нос. — Всё хорошо! Мы заправляемся или заряжаемся, — я раздражённо махнула рукой, — неважно, что мы делаем, главное - всё хорошо.

Мой разум со мной соглашался, а вот внутренняя интуиция вопила и требовала бежать за Демьяном, чтобы затащить его на корабль.

— Успокойся, Анита Корф, — шикнула я на себя. — Ты просто никогда не была в такой ситуации. Вот она тебя и пугает. Это отголоски болезни. Нужно слушать разум. Всё хорошо.