Десант «попаданцев». Второй шанс для человечества - Александр Конторович

Подпись.

Начальство мою наскальную живопись одобрило и 21 июня двое белых – я и Курбаши (он, конечно, в индейском организме обитает, но мозги-то никуда не денешь) проводником, и четверо краснокожих – Игнасио с миссии плюс трое паютов, имена которых я расшифровал как Куропатка, Брачующийся (ну, в неприкрытом варианте – С Постоянно Возбужденным понятно чем) Бык Оленя и Корень Травы вышли к солонцам. Дошли до вечера, нам ходить не привыкать, а индейцам вообще любой терновый куст – дом родной. Индейцы все работали со мной на лесозаготовках, всех знаю, немного учились друг у друга.

Солонцы – на склоне холма, рядом красивое обнажение, любой геолог был бы в восторге.

Утром разбудил Игнасио, сменил им на посту Кореша и пошел думать. Пришел к выводу, что инвентарь подобрал вполне разумно. Та-ак… для начала отщипываем от выхода песчаника пару-тройку плит, нормальных таких. Подтаскиваем их к ручью, устанавливаем более или менее ровно. Отправляю индейцев за дровами, сам рою яму. Выстилаю ее двумя мешками мусорными, придавливаю на дне и по краям камнями. Первую закладку делаю сам – то есть набираю соленосной породы ведро, потом еще одно, сыплю в яму, бодяжу водой из ручья, хорошо размешиваю.

Нарисовываются краснокожие (вот, кстати, не пойму, почему у них кожа красная – протомонголоидная раса, нормальные коричневые морды), разжигаем костер. Глина и песок более или менее оседают на дно (на это и мешки: без них пришлось бы обжигать ямы. Но и так не хуже, чистить придется чаще, и все), зачерпываем… На раскаленную плиту лью образовавшийся в яме рассол. Вода испаряется, оставляя на камне серый налет. Процесс пошел…

Делаем носилки, ставим палатку нормально, роем еще одну яму под рассол, один бдит, один размешивает, льет и соскребает, двое таскают породу.

За день заготовили около пятнадцати килограммов. Нормально.

Вечером пофехтовал на тесаках с паютами. Форму надо поддерживать, да и от них, глядишь, толк будет.

А сегодня часов в двенадцать тихо охренел. Помощь прислали. Непонятно только, какую. Пришли, поставили два чума (по-ихнему – «тии-пии»), девки и скво бегают, сверкая голыми ляжками, роют корни, ребятишки под руку лезут.

– Тсеш-Лааш (это они меня так по-своему зовут. Переводится как Хитрый Лось вроде бы), магива zaebis, во-да… – и жестами показывает, как он баб припахивать на работу будет. Договариваюсь, что сильно напрягать не станем, пусть лучше готовят, а помогают в свободное время.

И вот – сижу на красивом холме, смотрю на мир, радуюсь жизни, пробую голос:

– Потеряли мы нахальство, йо-хо-хо, А с нахальством и удачу, йо-хо-хо, Так и бродим наудачу, йо-хо-хо, За добычей по лесам.

Вечно пляшем мы на мушке, йо-хо-хо, Наша жизнь не за понюшку, йо-хо-хо, Потерявши черепушку, йо-хо-хо, Плакать, что ль, по волосам!

Индейцам нравится. А особо – девкам ихним. А мне – снова двадцать. Красота…

Дядя Саша

На очередном «командирском хурале» меня озадачил Кобра. Мол, давным-давно встал вопрос – что делать с индейцами?

– В смысле – делать?

– Мы с ними дружим?

– А то ж!

– Военный союз у нас с ними есть?

– А что, нету до сих пор?

– В том-то и дело! По их понятиям, мы гости. Да, там у с е б я мы, возможно, и были воинами. Крутыми и могучими. Но здесь правила другие.

– Обожди-обожди, это вроде как в шахматах?

– …???

– Ну, я в том смысле, что надо каждый год подтверждать свой титул чемпиона.

– А-а-а… Ну да, где-то так. Поэтому дружба с нами очень даже возможна и желательна. Родственные связи – вообще прекрасно. Но вот союз вожди могут заключать только с равными им воинами. Иначе – не поймут…

– А то, что мы «раков» нагнули в форте?

– А кто это видел?

– И что теперь? Войну с соседями затевать? На долгое время лишний геморрой зарабатывать? Когда эти обиженные к своей «крыше» с жалобами побегут?

– Н-да… Не хотелось бы… но делать что-то надо.

– Ладно. Кто там у нас из вождей на горизонте первый маячит?

– В смысле?

– Кого нам первого на переговоры ждать?

– М-м-м… Хитрый Лис должен приехать. Мы у него пару десятков молодых парней попросили – для помощи по хозяйству.

– Согласился?

– За пять человек мы ему по ружью обещали. Кстати, – хлопнул он себя по лбу. – У нас ведь трофейный холодняк без дела лежит! Ведь так?

– Что лежит – верно. А что без дела… так нет его еще, дела-то…

– Десяток тесаков забрать можно?

– Да хоть все! Баланс у них фиговый, толку никакого. А на фиг?

– На «пальмы» перекуем.

– Добро. Бери. Кстати… а вождю холодняк не нужен?

– А на фига он ему? Индейцы ножами работают. И топорами.

– Так. Тащи вождя, как приедет. Побазарим…

Трапеза подходила к концу. Обрадованный отсутствием нашего «шамана» вождь был в приподнятом настроении. Антилопа только успевала переводить мне его возвышенные речи. Ну, в том смысле, что возвышал он в них в основном себя. Ну и отчасти признавал наше умение. Которого он, впрочем, сам и не видел даже. А потому относился к этому прохладно.

– Вождь спрашивает, как долго вы будете строить свою крепость?

– Да работы хватает пока. Так что его помощь нам очень даже вовремя пригодилась. Лопа (так я для себя сократил ее длинное имя), спроси вождя, не может ли он дать нам еще людей?

– Хитрый Лис говорит, что у него остались только воины. Не их дело копать землю.

– Согласен. Мы готовы их, помимо стандартной платы, обучить еще и искусству войны. Так, как этому учат у нас.

Вождь скептически улыбнулся.

– Он спрашивает, чему вы можете научить его воинов?

– Долго говорить, проще показать.

Хитрый Лис довольно кивнул головой. Повелительным жестом подозвал к себе одного из сопровождающих и что-то ему сказал. Поднялся и приглашающе указал мне на дверь.

– Выйти просит? Добро, не здесь же руками-ногами махать.

На площадке уже стоял здоровенный индеец с копьем в руках. Так… этот, что ли, у него главный копейщик?

– Вождь говорит, что Летящий-Как-Ветер убил своим копьем уже семерых врагов. Он сильный воин. Если кто-то из вас сумеет победить его силу, Хитрый Лис поверит в вашу. Хао, я сказал.

– И сколько раз это надо сделать?

– Еще никто не сумел это сделать и одного раза…

– Добро… Здоровый парень, громко упадет…

Я скинул очертевший камзол (вот же достала меня эта церемониальная одежка!) и вошел в круг.