Царь горы - Вадим Панов

— Второе, что нам требуется, — продолжил Александр, — это обезопасить себя от челов. Нужны четкие законы, регламентирующие поведение по отношению к обнаглевшей пище.

Кардиналы деликатно посмеялись над шуткой.

— Законы должны соблюдаться, за этим присмотрят лидеры кланов. Каждый из нас достаточно силен, чтобы добиться порядка на своей территории. А не хватит своих сил… поможет Коалиция.

— Кстати, о законах, — задумчиво произнес Виджай. — Не будут ли они напоминать пресловутые Догмы Покорности? У подданных могут возникнуть неправильные ассоциации.

— Разумеется, мы должны избегать аналогий с рабскими правилами Тайного Города, — жестко ответил Бруджа. — Я предполагаю не более двух-трех четких правил, правда… — барон позволил себе усмехнуться, — предполагающих довольно широкое толкование.

— Чтобы чернь не расслаблялась.

— Вот именно.

— Откуда появятся законы? — быстро спросил Мао.

Тонкий вопрос: кардиналы ревностно относились к своей власти и хотели принимать участие во всех аспектах управления Коалицией.

— Законы будем принимать мы, — просто ответил Александр. — Общий совет, обсуждение, споры. Никакого диктата. Внести проект нового закона может любой кардинал.

— Этот пункт должен быть в договоре.

— Обязательно.

— Никакого диктата, это хорошо, — одобрил Фрэнк. — Но кто будет следить за соблюдением законов?

— Мы, — с прежней обезоруживающей простотой поведал Бруджа. — Кто же еще? Коалиция строится на добровольных началах — если кардинал принимает закон, я верю — он будет его соблюдать. Это в общих интересах.

— В таком случае, в чем будет заключаться роль монарха?

— Координация сил и решение спорных вопросов.

— Хочешь быть судьей нам?

— Я выступаю третейским судьей по четыре-пять раз в год, — махнул рукой Александр. — Я привык рассматривать ваши споры.

— Понравилось?

— Главное, что обратившиеся были довольны.

— Но ты не возглавлял Коалицию, — подал голос Салим.

— А что изменится? — с неожиданной тяжестью в голосе спросил Бруджа.

— Твои решения будут направлены на ее укрепление.

— Разве не в этом наша цель?

Фрэнк и Ли рассмеялись, даже Виджай улыбнулся и, прикоснувшись к плечу собрата по треугольнику, весело произнес:

— Ты запутался в своих подозрениях, Салим.

Луминар покачал головой, но промолчал.

— Кстати, Александр, а как мы будем тебя называть?

— Я истинный кардинал, — твердо ответил Бруджа. — Им и останусь. Меня вполне устраивает титул.

— Истинных кардиналов много.

— Целых три.

— Четыре.

— Пабло давно никто не видел.

— Титул без власти ничто, — усмехнулся Александр. — Мы строим Коалицию, под знаменами которой возможно объединение всей семьи. И любой масан скажет, что такая задача по плечу лишь истинному кардиналу.

— Все, о чем мы говорили, — громко произнес Мао, — военный союз, центральная власть, пусть и условная, единые законы — все это интересно. Но масаны должны понимать, ради чего мы предлагаем изменить образ жизни. Лозунги свободной Саббат никто не отменял, у них много приверженцев. Стоит нам закрутить гайки, как появятся недовольные.

— Нужна наживка, — поддержал союзника Салим.

— Хватит темнить! — Фрэнк жестко посмотрел на Бруджу. — Всем надоели «походы очищения». Если они будут продолжаться, нам не объяснить охотникам, почему они должны соблюдать законы, ограничивающие свободу.

— Коалиция сложится только в том случае, если мы обеспечим подданным защиту от Темного Двора, — закончил Салим. — Получим гарантии от навов — сломаем хребет сомневающимся и соберем под свои знамена все кланы.

— Я думаю, что смогу договориться с Великими Домами, — негромко, но очень твердо произнес Бруджа.

— Ты уже пробовал?

— Нет. Но готов рискнуть.

— Они тебя ненавидят! Не боишься остаться без головы?

Барон помолчал, усмехнулся и, медленно оглядев кардиналов, сказал:

— Все знают, что объединение семьи — моя давняя мечта. До сих пор я не находил понимания среди лидеров Саббат. Теперь есть вы, есть вожди, готовые к переменам. Есть стратегия. До исполнения моей мечты остался всего один шаг. И я его сделаю.

* * *

Штаб-квартира ФБР

США, Нью-Йорк

16 декабря, четверг, 09.09 (время местное)

— Значит, кардинала придется отпустить? — угрюмо спросил Ричард Кейн, глава нью-йоркского управления ФБР.

— У нас не осталось выбора, — вздохнул Вольф. — Против Бориса нет ни одной улики.

— А что обыск?

— В «Медсестричке Гризли» не нашли даже шепотки кокаина. Ни одного незарегистрированного ствола. Все чисто, все законно.

— Перестрелка?

— Нет свидетелей, которые подтвердят, что Кардинал принимал в ней участие. Арестованные боевики Шона предпочитают молчать. Одежда Бориса чиста, оружия при нем не обнаружили…

— Ты говорил, что двух охранников Толстяка убили ножом, — припомнил Ричард. — Это не могли совершить с крыши, убил тот, кто находился рядом. Борис.

— Я знаю.

— И что?

— Клинка нет.

— У тебя была отличная информация, Вольф, — после довольно продолжительной паузы произнес Кейн. — Ты обязан был брать Бориса с поличным. У тебя должны были быть свидетели. Ты прокололся.

— Я продолжу работать с людьми Толстяка, — тихо ответил Балдер. — Кто-нибудь из них наверняка сломается.

— Сколько времени на это уйдет? День? Неделя?

— Не знаю.

— А я знаю, что Кардинал покинет город еще до полудня. И если ты действительно найдешь свидетеля, он не вернется.

Оба фэбээровца понимали, что если бы не удача в «Водопаде», специальный агент оказался бы в крайне незавидном положении. Вольф настоял на операции, его осведомители указали место и время проведения бандитской разборки, по его приказу провели тотальный обыск в «Медсестричке Гризли» и задержали законопослушного гражданина. Адвокат Бориса мог бы устроить грандиозную шумиху, но вчерашняя победа сделала Вольфа героем. Все утренние газеты повествовали о захвате крупного склада наркотиков, и Кейну волей-неволей придется прикрывать подчиненного.

— Ты крепко его прижал, — буркнул глава управления. — Будем надеяться, что у Бориса хватит ума не поднимать шум.