Лорд в серой шинели - Александр Конторович

– Однако... – почесывает в затылке Кот. – И давно у тебя... это?

– Впервые проявилось после ранения.

– Это когда ты с караваном попался?

– Угу.

– Мирна знает?

– Она много раз видела этот след...

– Она знает, что обозначает этот отпечаток на твоей груди?

– Откуда? Я и сам-то про это только сегодня узнал.

Лексли хмыкает:

– Ты напрасно ее недооцениваешь. Целители знают много больше обычных людей.

– Но она мне ничего не говорила!

– Понять любящую женщину не могли лучшие умы нашего мира. А ты хочешь это сделать за такой короткий срок?

Возразить мне совершенно нечего, и я только смущенно пожимаю плечами.

В дверях забухали сапоги. В трапезную, озираясь по сторонам, ввалились двое стражников. Оглядевшись, они направились к нашему столу. Я сижу вполоборота, и с их стороны трудно разобрать, кто именно уселся напротив Кота.

– Кого-то ищете, парни? – окликает их Лексли.

– Отец Варшани послал нас на поиски милорда... Вы не видели его?

Оборачиваюсь в их сторону:

– Да здесь я, здесь. Уже и поесть нельзя.

Стражник торопливо кланяется:

– Извините, милорд, но... отец Варшани очень волновался!

Пожрать толком теперь уже точно не дадут. Встаем, на ходу допиваю молоко, и идем вслед за стражниками к башне.

Тут, несмотря на раннее время, присутствует весь ареопаг.

– Утро всем присутствующим! – бурчу я, поднимаясь на площадку вслед за Лексли. – Сказал бы, что доброе, но, судя по вашим невыспавшимся лицам – оно таковым тут никому не кажется...

Все молчат и разглядывают меня.

Сонный, полуседой и небритый – тот еще персонаж...

– Милорд, – наконец нарушает тишину барон, – с вами все в порядке? У вас такой вид...

– Да цел я, барон, не волнуйтесь вы уж так сильно. Спать хочу, да и поесть толком не дали... А что за видок такой – ящик этот открывал.

По помещению проносится вздох. Ящик я оставил открытым, только ткань, что раньше у него внутри была, развернул да сверху набросил. Желающих ее потрогать не нашлось, так что факт открытия никому не известен.

– А вот это... – подносит руку к виску брат Манрике. – Следствие работы по его открытию?

– Нет, святой отец, – отрицательно качаю головой. – Там и без этого было, от чего поседеть... Вы что же, именно от этого и повскакивали ни свет ни заря?

– Сын мой, – встает с места хитропоп. – Ты не понимаешь... Господи, о чем это я? Сандр! Ну, ты, скотина бесчувственная, мог хотя бы предупредить нас о том, что все в порядке?!

– Каким образом, святой отец? Послать к вам в спальню посыльного? Разбуди святого отца и скажи ему, пусть спокойно спит дальше? И так к каждому из вас?

– Никто из нас, – обводит рукою монахов Варшани, – не сомкнул глаз! Мы молились за твой успех! Хорошо барону – он вместе с Лексли хоть на людях был, посты всю ночь проверял. За разговорами-то и время иначе идет. А мы... мы так и остались в трапезной. Никто из нас не дерзнул тебе помешать...

Черт! Надо же... не ожидал... А Кот-то – тоже хорош! Мог бы и сказать... Оборачиваюсь к нему – сержант виновато разводит руками.

– Ладно, – говорю я примиряющим тоном. А в глазах что-то защипало. – Все в норме. Жив я и здоров. А волосы – так у вас, брат Манрике, таких больше!

Он хмыкает... и неожиданно улыбается:

– Ну и... слава богу, милорд! Вы целы – и это хорошо!

Народ срывается с места, меня тискают, хлопают по плечам.

Наконец, все рассаживаются по местам. Ждут моего выступления. Ну, раз так...

– Брат Манрике, – смотрю на седого монаха. – Помнится мне, вы высказывали предположение о степени ущерба, который мы нанесли ордену Молчащих. Так?

– Да, – кивает он. – Я предположительно оценивал этот ущерб, как очень серьезный.

– Спешу вас обрадовать – вы не ошиблись! Впервые за много лет мы имеем возможность уничтожить сердце Ордена!

Среди присутствующих наблюдается оживление.

– Дабы не мучить более никого... – Подхожу к ящику и снимаю с него покрывало. – Трогать его все же не советую, тут еще не все хитрости мною разгаданы.

Все повскакивали с мест и столпились за моею спиной.

– Ящик этот и прилагающееся к нему послание были отправлены мне тем Серым рыцарем, который в свое время и нанес самое тяжелое поражение ордену Молчащих. В своем письме он дает некоторые советы по данному вопросу.

Перехватываю озабоченный взгляд отца Варшани.

– Нет, о массовых казнях тут речи не идет, хотя он и упоминает этот факт. Дело в том, что, по его собственному признанию, разрушенное святилище Ордена было не единственным. Во всяком случае, он не нашел там того, ради чего оно и строилось.

– И ради чего же? – поднимает правую бровь брат Иан.

– Помимо того, что в нем происходит поклонение их божеству и инициация новых адептов, достигших определенного уровня, святилище служит одной, очень важной для Ордена цели. В нем происходит процесс создания Шерна.

– Это мы уже знаем, – кивает монах.

– А вот чего вы не знаете... Шариков Шерна может быть в природе только три штуки одновременно!

Примерно минуту все молчат, переваривая услышанное.

– То есть, – снова брат Иан, – в наших руках сейчас находится весь Шерн? Все его запасы?

– Да. И новых Ордену взять негде. Это просто невозможно. Более того, само святилище, где можно его создать, необходимо готовить к этому не менее ста лет.

– Ну... – задумчиво покачивает головой брат Манрике. – Я бы не был столь категоричен... Если в отношении двух порций Шерна у меня сомнений не имеется – они вполне завершены, то вот в отношении третьей... Что будет, если в мире существует и четвертая?

– Это невозможно, ваше преподобие. Шариков может быть только три. При рождении четвертой порции существующая третья просто утратит свою силу. Как я понимаю, создание Шерна заключается в том, что одна порция яда просто каким-то образом копирует на следующий... э-э-э... носитель свои вредоносные свойства. При определенных условиях, разумеется.

– Но может ли быть так, что, предусматривая все возможные опасности, адепты Ордена сохранили где-то и четвертую копию? Пусть она утратит свою силу в момент рождения очередной копии – это неважно. Зато, если святилище будет захвачено... всегда есть возможность начать все сначала. Пусть и через сто лет. Тем более что так уже было сделано один раз.