Рождение дракона - Джули Кагава

Я думал о детях всю долгую дорогу назад, закипая от гнева и мучаясь угрызениями совести. Я обещал защитить их, когда они покинут «Коготь». Я поклялся беречь их от опасностей и подвел их. Где они сейчас? Что с ними случилось? Из двух возможных вариантов я надеялся, что именно «Коготь» обнаружил своих сбившихся с верного пути юных драконов и вернул их в свое лоно. Ребята, которых я выманивал из организации, часто были молодыми, доверчивыми, неопытными детенышами. Если именно «Коготь» обнаружил гнездо, то детенышей, вероятно, забрали для «переподготовки». Как бы мне ни была ненавистна мысль о том, что я снова потеряю их в организации, по крайней мере, я бы знал, что они живы. Альтернативный вариант исчезновения гнезда и молодняка был намного, намного хуже.

Альтернативой был конец от рук орденцев.

Закрыв глаза, я уронил руки на матрас. Уэс был прав в том, что запаниковал. Не то чтобы ему нужна веская причина, но оставаться здесь, когда что-то приближалось к нашему местоположению, было плохой идеей. Мы смогли выживать так долго лишь потому, что вечно перемещались с места на место и знали, когда бежать, если станет слишком опасно. Однажды нам уже пришлось покинуть этот район. Насколько я знал, «Коготь» все еще искал нас. Чем дольше мы здесь пробудем, тем большую опасность это будет представлять для нас обоих. Но я не мог уехать без нее.

Мне нужно было отдать должное Уэсу. Он был угрюмым, пессимистичным и пил столько «Рэд Булла», что его хватило бы для запуска аэростата. Тем не менее иметь в арсенале элитного бывшего хакера «Когтя» было чрезвычайно полезно. Он был тем, кто мог выследить молодых драконов из «Когтя», узнать, где и когда их разместят, и обычно у нас еще в запасе было время для того, чтобы переехать в этот район и быть готовыми к прибытию имитаторов. Вот почему мы приехали сюда, в Кресент-Бич. Потому что Уэс обнаружил, что «Коготь» собирается отправить в большой мир еще одного новенького дракона. Детеныша по имени Эмбер Хилл.

Я ожидал найти то, что всегда находил: зеленого молодого дракона, наивного и доверчивого, взволнованного и жаждущего свободы. Такие были легкой добычей. Покажите такому дракону таинственного незнакомца, дайте им почувствовать вкус настоящей свободы, и многие захотят спрыгнуть с корабля. Конечно, жизнь отступника не сияла яркими огнями и славой, но главным было вытащить их из организации. Все технические детали, касавшиеся безопасности, можно было обсудить позже.

Я не ожидал встретить дерзкую, самоуверенную девчонку, которая бросала мне вызов, давала мне отпор и не боялась меня… и вообще не боялась ничего. Она бросала вызов не только старшему, более опытному дракону, но и «Когтю», своим опекунам, даже брату-близнецу, который был не таким уж интересным. Она делала лишь то, что хотела. С того момента, как мы встретились и поговорили, я знал, что не могу позволить ей остаться в организации. Было в ней что-то такое, что заставило меня решиться вытащить ее, увезти подальше от «Когтя». Возможно, она напомнила мне меня самого в ее возрасте своим пылким свободолюбивым духом. Я был таким же до того, как «Коготь» систематически пресекал любые намеки на независимость и собственное мнение. Конечно, я сумел восстановиться, но знал, что организация творила с собственным молодняком. Я был чертовски уверен, что не могу позволить этому случиться с ней.

Во всяком случае, именно это я себе говорил. Это не имело никакого отношения к тому, как мой дракон реагировал на нее, почти вырываясь из моей кожи всякий раз, когда девушка была рядом. Я никогда не хотел перевоплотиться в свою истинную форму так сильно, как сегодня, когда Эмбер смотрела на меня во время танца. Я знал, что она испытывала то же самое, хотя ради нас обоих я хорошо все скрывал. Эмбер была младше меня на десятки лет и неопытна во всем. И еще она была слишком человечной для своего же блага. Пример тому ее несостоявшийся поцелуй человека.

Ярость другого рода обожгла мои легкие, и я зарычал, вспомнив сопляка, с которым она танцевала сегодня вечером. Смертные подростки обычно были довольно бесполезными: дерзкими и незрелыми, считающими, что знают все о мире. Ими было легко манипулировать, но они не годились ни для чего другого. Но этот парень… Что-то с ним было не так, хотя я не был уверен, что именно. Может быть, все дело в том, что он мне был противен и я хотел оградить мою маленькую Искорку от унылых человеческих эмоций. Или, может быть, во мне просто говорило внезапное, иррациональное желание откусить тому парню голову.

Я простонал. Ничего хорошего не выйдет, если я буду думать об Эмбер в таком ключе. Мне нужно сосредоточиться. Сосредоточиться на том, зачем я сюда приехал. Эмбер начала сомневаться. Моя маленькая Искорка не будет довольствоваться тем, чтобы сидеть сложа руки и позволять «Когтю» командовать ею. Она начнет расспрашивать организацию, если уже не начала, а когда не сможет получить от них ответов, придет ко мне. И я расскажу ей, что на самом деле представляет собой «Коготь».

– Райли. – Уэс просунул голову в дверной проем. – Гнездо в Остине, приятель. Что нам с этим делать?

Я вздохнул, приняв сидячее положение на матрасе.

– Продолжай наблюдать за пристанищем, но больше не пытайся связаться с ним, – сказал я ему. – Если то, что заставило гнездо отключиться, все еще там, нам не стоит выдавать наше присутствие. После того, как я уговорю Эмбер присоединиться к нам, я сам поеду в Остин и посмотрю, что происходит. А пока сидим тихо.

– А если «Коготь» или орденцы появятся на нашем чертовом пороге?

– Ну, тогда я свалю через заднее окно. Не знаю, что именно ты предпримешь в подобной ситуации.

– Так приятно знать, что тебе не все равно.

Я пинком захлопнул дверь. Уэс по привычке не будет спать всю ночь, уставившись в экран ноутбука и употребляя немыслимое количество «Рэд Булла». Я устал, был раздосадован, и мне было больно из-за известия о потерянном пристанище. Мой раздражающий сосед пусть катится к чертям собачьим, а мне нужно поспать.

И очень скоро я собирался показать рыжеволосой девчонке истинную сущность «Когтя» и убедить ее, что ее место среди нас.

Рядом со мной.

Было уже больше двух часов ночи, когда я вернулась домой. Не проронив ни слова, Гаррет высадил меня на углу, и я бесшумно прокралась по дорожке через двор к входной двери. Все окна были темными, и это принесло мне облегчение. Тем не менее мое сердце колотилось, когда я открыла дверь и осторожно вошла внутрь, стараясь не издать ни звука. Я была почти уверена, что сейчас включится свет и я увижу поджидающих меня сердитых опекунов или, хуже того, наставницу из «Когтя». Когда ничего не произошло и комната осталась в темноте, я расслабилась. Может быть, Данте все-таки прикрыл меня. Быстро поднявшись по лестнице, я на цыпочках проскользнула в свою комнату и со вздохом облегчения закрыла дверь.

– Где ты была?

Я прикусила язык, чтобы не взвизгнуть.

– Черт возьми, Данте! – зашипела я, щелкнув выключателем. Брат сидел возле противоположной стены, скрестив руки на груди и глядя на меня с холодным равнодушием. – Прекрати так делать! Это не смешно!