Солнце и луна, лед и снег - Джессика Дэй Джордж

Моя сестра несколько расстроилась, что «Драконьи тапочки» посвящены не ей. Эта книга тоже посвящена не ей, поскольку совершенно особенная книга с ее именем на форзаце ждет публикации и я отказываюсь смягчать удар путем посвящения ей других книг, даже притом что она одновременно моя лучшая подруга и стилист. Мой муж, сын и остальные члены нашей безумной семейки также повлияли на написание этой книги, но им, как ни печально, она тоже не посвящена.

А посвящена она, и с большой любовью, моим дорогим любимым родителям. Пусть они закатывали глаза, когда я переключилась с театра на скандинавистику, но продолжали поддерживать меня (и оплачивать мое обучение!).

И знаете что? Скандинавистика в долгосрочной перспективе оказалась полезнее. Многие годы они мирились с моей страстью ко всему норвежскому, и эта книга, надеюсь, поможет мне, пусть в самой ничтожной степени, воздать должное тем, перед кем я в неоплатном долгу.

В стародавние времена в далеком краю, как говорится в сказках, я влюбилась — не в человека, но в место. Влюбилась в Норвегию с ее громадными скалистыми утесами и темными густыми лесами. Влюбилась в язык, который лился как песня, и традицию сказительства, то веселую, то трогательную, то ужасающую. Вскоре я открыла для себя «На восток от солнца, на запад от луны», эту чудесную старинную сказку о благородном полярном медведе, храброй юной девушке и очень злых троллях. В ней было все, что душе угодно: любовь, опасности, магия, сокровища, трудная стирка и великолепные, страшные, завораживающие тролли. Я сказала себе, что однажды возьму эту историю и превращу ее в роман, чтобы поделиться этой сказкой с новой аудиторией, а также разобраться со всеми вопросами, на которые нет ответа в оригинале, — вроде того, как звали девушку и почему родители так легко отдали ее белому медведю.

Много лет я держала эту идею в уме. Я хотела стать писателем и хотела, чтобы в одной из моих книг была пересказана эта история. Я выбрала норвежский и старонорвежский языки как часть специализации в курсе гуманитарных наук/сравнительного литературоведения и скандинавистику в качестве второй специальности, но прошло еще много лет, прежде чем я почувствовала себя готовой написать эту книгу. Раз или два со мной случались мелкие приступы вдохновения. Однажды в воскресенье я поймала себя на том, что набрасываю заметки в церкви на обороте рекламного проспекта, и засунула его в ящик письменного стола еще на несколько лет. На занятиях по физике я написала первые несколько страниц в блокноте, который потом не смогла отыскать, да страницы все равно были неудачные. Затем, вскоре после написания «Драконьих тапочек», я как-то сидела за компьютером и подумала: «Пора». Ладони у меня вспотели, и мне пришлось съесть шоколадку, чтобы успокоиться, но было определенно пора.

Пора рассказать историю о нежеланной, безымянной дочери, которую поцеловал белый олень и которую ищет полярный медведь; пора рассказать о неожиданных встречах, сказочных дворцах, странных созданиях, о волшебстве, доброте, жестокости и любви. Пора воспарить над миром на крыльях четырех ветров, свести знакомство с загадочными старушками, которые дают странные советы и делают еще более странные подарки; пора подружиться с волками и горгульями и заключить сделку с троллями.

Пора отправиться во дворец из золота, что лежит на восток от солнца, на запад от луны.

Джессика