Тихий омут - Юлия Диппель

– Есть ли возможность не впускать кого-то в свои сны?

У него на лбу появились складки.

– Под «кем-то» ты подразумеваешь праймуса?

Я кивнула и встала прямее под его критическим взглядом. Без сомнения, он уже включил эту новую информацию в ту же картину, складывающуюся у него из фрагментов увиденного. Несмотря на это, а быть может, и как раз поэтому я потихоньку начинала нервничать. Это было как-то неправильно – просить Элиаса о подобном одолжении. Но выбора у меня не оставалось.

– Люциан мне голову оторвет, – заключил Элиас. Я не нашлась, что ему возразить.

– Если я слишком много требую, то я всё понимаю…

Я безуспешно постаралась сделать свое разочарование незаметным. Смирившись, Элиас вздохнул:

– Этого я не говорил. Я помогу тебе, Ари. Но хотел бы, чтобы ты знала: Люциан истолкует это неправильно.

У меня комок застрял в горле.

– Знаю, – выдохнула я.

* * *

Сон отправил меня на скалу, где мы встретились с Люцианом перед путешествием в Патрию. Только на этот раз стояла темная ночь. Призрачный свет полной луны сверкал в неспокойном море, окрашивая утес в зловещий серый цвет.

Я быстро оглянулась. То, что я оказалась здесь, не предвещало ничего хорошего. Хотя Люциана еще нигде не было видно, он точно не заставит себя долго ждать. А значит, мне стоило поторопиться. Я порезала палец об острый обломок камня. Затем подыскала крупный валун и начала кровью чертить символ, который показал мне Элиас.

– Ари?

Голос Люциана звучал тише из-за грохочущего прибоя. Он стоял за мной, но я не потрудилась обернуться. Не хотела его видеть.

– Пожалуйста, оставь меня в покое.

Ветер унес мои слова, а я тем временем доделывала свой рисунок. Оставалась еще парочка линий…

– Я не знал… что тебе… нужна моя помощь… – Слабоватое оправдание. Именно это я и не хотела слушать. Я просто хотела побыть одна.

– Поговори со мной… пожалуйста… – Я чувствовала, как он медленно подходил ближе. – Элиас рассказал, что ты поранилась. Ты в порядке?

Это переполнило чашу терпения. Я вскочила, размахивая сжатыми в кулаки руками, из глаз катились слезы.

– Хочешь знать, в порядке ли я?! – Люциан несчастно смотрел на меня. Он выглядел раздавленным. – Ради бога! Я тебе покажу!

Одним рывком я уничтожила свои стены. Впервые за очень долгое время я выпускала наружу все свои эмоции. Мне было слышно, как Люциан втянул в себя воздух.

Гнев. Разочарование. Упорство. Задетая гордость. Горе. Ревность. Печаль. Боль. Сомнение. Беспомощность.

Все беспрепятственно обрушилось на него.

– Ты говорил, что ты всегда на расстоянии мысли, – прошептала я. – Ты солгал.

Я отвернулась и завершила печать на скале передо мной.

– Посмотри на меня, – тихо попросил он.

Но я не смогла. Я приложила ладонь к кровавым линиям. Они вспыхнули, а я снова осталась одна.

– Да нет же, моя маленькая кувшинка! – раздраженно вскрикнул Викториус. Широким шагом он поспешил ко мне и выдернул из рук картонный скелет. – Всё, где нет гниющего мяса, уходит на второй этаж! Призраки – на первый, а на третьем царствует зомби-апокалипсис! Хочешь, чтобы это была просто какая-то там вечеринка или Вечеринка с большой буквы?!

Тряся головой, он нагрузил меня коробкой с отдельными частями тела и с развевающимся за ним скелетом прошествовал к лестнице.

Лиззи смотрела на меня, ухмыляясь.

– Я. Его. Обожаю! Он вообще понимает, что создан для телешоу?

– Сначала поживи с ним, а потом получишь право голоса, – пробубнила я, ставя коробку, чтобы рассортировать по величине конечности зомби. Все выглядело так, как я сама себя чувствовала с прошлой ночи. Разобранная на части и полумертвая. Лиззи же, наоборот, была ходячим энтузиазмом. Насвистывая, она распутала гирлянду из колючей проволоки и начала украшать окна. Она любила Хеллоуин, любила костюмы и любила вечеринки – особенно пресловутые вечеринки в мужском общежитии.

– Росси! – проревел Райан и, печатая шаг, бросился к нам. – Можешь забыть об этом. Я это не надену! – Как надутый ребенок, он встал перед Лиззи.

– Не моя вина, что ты вовремя не озаботился костюмом, – отбрила его моя подруга. – Ты хоть представляешь, как тяжело за такой короткий срок раздобыть что-нибудь твоего размера?!

Татуированный охотник послал ей взгляд, способный обратить в бегство кого угодно. Но Лиззи – это Лиззи, поэтому Райан уполз обратно – само собой, громко матерясь себе под нос.

Я не удержалась от улыбки. Она ощущалась будто бы деревянной и не совсем искренней, но это лучше, чем ничего. Насколько не в восторге я была с утра, когда Лиззи захотела задействовать меня в украшении комнат к вечеринке, настолько благодарна я была ей сейчас за возможность отвлечься. Кроме того, моя ссора с Люцианом никак не влияла на то, что у нас был план. План, который благодаря Джимми получил кодовое название «Поминки» и для которого сегодняшняя вечеринка послужит спектаклем-алиби. В этом смысле руки зомби у меня в руках служили идеальным прикрытием, чтобы провести разведку и познакомиться с планировкой Башни.

– Кстати, а где брат Люциана? Хотелось бы мне знать, понравится ли он нашему милому Викториусу.

Все утро Лиззи развлекалась изобретенной ей самой игрой «Прекрасно или ужасно», в которой нужно было угадать, как Викториус отреагирует на конкретных людей.

– Его зовут Элиас, – напомнила я ей. – И я с долей уверенности ставлю на «прекрасно».

– Ага, Вик обязательно на него западет, и вообще-то «брат Люциана» – самое подходящее имя, которое у него может быть, – поделилась она со мной. – Но это не отвечает на вопрос, где он застрял.

– Без понятия. Сегодня я его еще не видела. – Обязанности моего личного телохранителя сегодня фактически взял на себя гвардеец с внешностью индийца, с тех пор как рано утром меня забрала Лиззи. На данный момент он стоял рядом с надгробием из папье-маше и не спускал с меня сосредоточенных глаз.

– Паутину в дом с привидениями на первом этаже, моя маленькая дурашка, – громко ныл Викториус выпускнице в очках. – Бога ради, дети, вы не можете брызгать кровь на стены кое-как. Вы что, ни разу не видели, как кому-нибудь перерезают глотку?!

Мы с Лиззи обменялись тревожными взглядами. Наш организатор вечеринок определенно забыл, что в лицее были еще и НЕПЛы.

– Пойду спасу то, что еще можно спасти. – Подруга взмахнула гирляндой из колючей проволоки, закинув ее по широкой дуге, и ретировалась. Я воспользовалась минуткой, чтобы проверить телефон. Я понятия не имела, зачем это делала, но не могла по-другому. У меня был пропущенный вызов от «Твоего Люциана» и сообщение, которое состояло из одного лишь слова: «ПОЖАЛУЙСТА».