Сын лекаря. Переселение народов - Матвей Курилкин

– Когда они явятся?! – голос Лотара стал серьезным. Он уже не сомневался, что угроза нешуточная.

– Бойся! Мучайся неизвестностью, орк! Я хочу, чтобы последние дни твоей жизни прошли в страхе! Я тебе ничего не скажу. Можешь меня убить. А лучше – отпусти, тогда я замолвлю за тебя слово перед патриархами, и, возможно, тебя оставят в живых, когда сюда придут наши воины. Будешь мне прислуживать в моем мэллорне!

Дальнейший допрос не имел смысла. Догадаться, когда примерно ждать гостей, можно было и так. Достаточно было прикинуть примерно, сколько дней могут прожить сорок разумных на том количестве провизии, которая у них была, когда мы захватили их лагерь. Вряд ли подразумевались регулярные поставки продовольствия, этих сорок первородных отправили только оценить количество наших сил, перед тем как нас уничтожить. И судя по моим прикидкам, гостей ждать следует дней через десять.

Усилием воли подавив желание сразу куда-то бежать и что-то делать, я дождался, когда орки закончат разговор и выйдут из камеры. В глазах Беара было заметно то же нетерпение, что и у меня. Заговорить я решился только после того, как мы вышли из здания.

– Если их действительно три тысячи, тяжело нам придется, – сказал Беар, явно преуменьшив величину проблемы. Я прекрасно понимал, что тяжело – это не то слово, которым можно описать предстоящие проблемы. Эльф был прав, такое количество первородных нас просто растопчет.

– Они сейчас, наверное, собираются, – сказал я. – Им необходимо все организовать, разбить рекрутов на отряды, решить, кто кому будет приказы отдавать. Если я правильно понял, регулярной армии-то у них нет, хотя воевать учат каждого.

– Ты думаешь… – начал Беар.

– Да. Нужно пока не поздно устроить им проблемы. Сам понимаешь, в поле с ними биться не вариант, только жизнь уродам упрощать. И если в городе запремся, только оттянем конец. Нас слишком мало, чтобы его защищать, тем более если они еще пороха притащат. Стены сломают, а дальше – только ловушки. Но надолго они не помогут. Полтыщи мы бы так удержали и победили. Тысячу – может быть. Но не три.

– Силы делить тоже не хочется, – начал Беар, тут же прервав сам себя: – Но ты прав. Один из нас должен остаться здесь.

– Ты ведь понимаешь, что это не я буду?

Друг только тяжело вздохнул.

– Эйка с Аганом и Калитишем добрались домой, – неожиданно вмешался Лотар. – Если наши не станут медлить… а они медлить не станут, то через пару недель уже будут здесь. Надо только дождаться.

– Это если добрались, – мрачно уточнил я.

– Предки говорят, что путь наших воинов был удачен. Они живы, я спрашивал, – успокоил меня шаман и тут же добавил ложку дегтя: – Но и ты, Лотар, не прав. Там ведь не отряд собрать, целый народ перевести нужно через горы, да еще как-то рептов миновать. Нельзя нам на помощь надеяться, можем не дождаться. Не знаю, когда они придут, но что через две недели – в это не верю.

– Значит, ты берешь двести человек, – кивнул Беар. – Здесь остается три сотни, да и остальные сидеть сложа руки не будут. Задержите их, насколько получится, а мы пока подготовимся.

– Сотня, Беар, – покачал я головой. – Я возьму сто человек. Там, в лесу, разница в сто бойцов будет не так заметна, как здесь.

– Понимаю, – мрачно кивнул друг. – И даже согласен. Двести – действительно много, вам будет сложнее не попадаться, а сделать больше не факт, что получится. – Беар тяжело вздохнул и все же решился: – Эрик, я верю тебе. Я понимаю, что ты не сорвешься и не будешь их резать без толку, просто ради того, чтобы отомстить. Плохо другое. Ты изменился в последнее время. Мне кажется, ты уже не так держишься за жизнь, как раньше. Как было до того, как твоя девчонка умерла. И я боюсь, что ты станешь рисковать – не ребятами, конечно. Собой. Не специально, не стремясь последовать за ней. Если бы я мог – я бы тебя не отпустил, но я понимаю, что тебя здесь не удержишь. Эрик, я не буду тебя сейчас давить ответственностью за людей и все такое. Я тебе вот что скажу. Ты мне не просто друг. Ты мне единственный родной человек в этом мире. Я только когда с тобой познакомился, начал верить, что жизнь не всегда дерьмо. Я не стану тут распинаться, что без тебя мне жизнь будет не мила и все такое. Помрешь – переживу. Просто пообещай мне, если я тоже для тебя не чужой человек, что ты не заставишь меня снова переживать твою гибель, если будет такая возможность.

– Обещаю, – прохрипел я осипшим голосом и крепко обнял друга.

– Все, хорош обниматься, пойдемте народ обрадуем.

Ждать утра не стали. Жизнь в нашей общине не предполагала такой роскоши, как долгие сборы. После того, как новости были оглашены, стихийный праздник мгновенно прекратился, люди стали расходиться по домам – все, кроме той сотни, с которой мы должны были отправиться в эльфийский лес. Я сознательно старался выбирать тех бойцов, у которых не было родственников в нашем городе, конечно, не разбивая сложившихся троек. Сам прекрасно понимал, что те, кто останутся – находятся в не меньшей опасности, но пересилить себя не мог. Это ведь мне потом придется смотреть в глаза родным тех, кто не вернется…

– Парни, я хочу еще раз сказать, для чего мы идем в лес, – я решил, что нужно как-то подбодрить бойцов. Слишком уж мрачная решимость была написана на лицах, будто каждый уже похоронил себя. – Не ради чего, это-то каждый из вас знает, а именно для чего. Наша задача не в том, чтобы перебить всех первородных – это невозможно такими силами. И даже не убить как можно больше, чтобы оставшимся в Кеймуре меньше досталось. Мы должны сделать так, чтобы первородным было неудобно воевать. В идеале – чтобы они вообще решили отменить этот поход. Напугать, внести разлад, сделать так, чтобы они заглядывали под каждый куст в лесу, который считают своей вотчиной. Для этого мы должны оставаться в живых, понимаете? Если они будут видеть наши трупы, страха не будет, будет только злость, а нам это не нужно. Поэтому мы сейчас тихо придем, наведем там шороху и так же тихо уйдем. Живыми. Договорились?

Еще раз окинув взглядом свое воинство, я остался доволен. Моя короткая речь достигла нужного эффекта – из глаз бойцов уходила мрачная обреченность.

Я уже собирался отдавать команду на выдвижение, когда увидел спешащего Квотара в сопровождении мелко семенящей Говорны. Вид одетой по-походному с сумой за плечами девчонки заставил меня болезненно скривиться. Я уже начал надеяться, что мне удастся обойтись без долгих объяснений, почему не могу взять девчонку с собой.

Удивительно, но первым ко мне обратился шаман:

– Нельзя в бою без шамана, Эрик.

– Квотар, ты ведь понимаешь, что я не могу взять ее с собой! Говорна! Я думал, ты достаточно взрослая.

– Эрик. – Орк говорил тихо, но голос его прозвучал так, что я мгновенно заткнулся. – Говорна идет с вами. Я тоже не хочу этого, но так будет правильно, понимаешь? Не нужно со мной спорить. С ней все будет в порядке. И если она пойдет с вами, то, возможно, и у вас все будет в порядке.