Немая и Туз - Милана Шторм

– Сп… спасибо, – прошептала Силь.

– Ты здорово нас напугала, девочка. Но зато теперь многое становится ясно, – продолжила Лейни. Она отставила чашу с заживляющей мазью подальше и посмотрела на Сиэллу со смесью восхищения и жалости.

– Ты о чем? – Голос звучал хрипло. Она слишком долго молчала. Теперь нужно разработать связки, чтобы голос зазвучал, как прежде.

А еще ей нужно найти книгу. Не ту, что она купила.

Очевидно, ей нужно порыться в библиотеке Тинклера, ведь так?

Лейни вздохнула.

– Если хочешь, можешь попробовать встать. Мы с тобой оденемся и выйдем в сад. А там поговорим. Тебе нужен воздух, а мы об этом забыли. Только давай сделаем это быстрей: поднимается ветер. Кажется, нас ждет знатная метель.

Сиэлла хотела возразить, что, пока она будет ползать и собираться, метель уже нагрянет, но Лейни не стала слушать.

Она безжалостно сорвала с Силь одеяло и гаркнула:

– Одевайся! Твой обморок не имеет ничего общего с твоим здоровьем. Так что не стоит думать, что умираешь. Я жду тебя в холле.

Она бросила одеяло в угол и вышла из комнаты.

Силь аккуратно села на кровати и поняла, что Лейни права. Как будто и не было этого странного приступа, она чувствовала себя просто замечательно. Да и мысль о том, что она теперь может говорить, доставляла удовольствие.

Приведя себя в порядок, Сиэлла вытащила из шкафа плащ с меховой оторочкой и завернулась в него. Было немного страшно, но в большей степени Сиэлла чувствовала любопытство. Лейни что-то собирается рассказать ей. А вдруг это поможет ей понять, что делать дальше?

Интересно, а Холеру уже отправили домой? Наверное, да, иначе бы Лейни не настаивала на прогулке. С другой стороны, никто в этом доме не знает, что она, пусть и мимолетно, но знакома с Марианной.

Это не важно. Спустившись вниз, Сиэлла поняла это абсолютно ясно.

Сама не зная откуда. Как будто Старуха шептала ей это изнутри.

Лейни, облаченная в черный драп, выглядела восхитительно. Сейчас она меньше всего на свете была похожа на служанку. Как Сиэлла вообще умудрилась принять ее за прислугу?

– Молодец! Я знала, что ты справишься! – Глаза Лейни блеснули. – Пойдем в сад. Ты ведь ни разу на улицу не выходила с тех пор, как появилась здесь, я права?

Сиэлла кивнула.

– Помни, что тебе можно говорить, – заметила Лейни и открыла дверь. – Пойдем.

Глотнув свежего морозного воздуха, Сиэлла почувствовала, как у нее кружится голова. Сад, огражденный каменным забором, был небольшой, но зато очень красивый. Покрытые инеем ветки акации и черемухи, засыпанные снегом дорожки, кусты сирени и войлочной вишни, среди которых прятались каменные скамейки.

– Нравится? – спросила Лейни.

– Я и забыла, как вкусно пахнет мороз, – ответила Сиэлла, подняв голову к небу. Рваные тучи двигались по нему довольно быстро, то скрывая солнце, то возвращая его Омирше. Лейни была права: скоро начнется метель.

Еще раз вдохнув полной грудью, Сиэлла спустилась по крыльцу.

– Почему ты хотела поговорить на улице? – спросила она, наслаждаясь самой возможностью говорить.

Она может говорить! Пусть это пока что доставляет некое неудобство, а щека кажется стянутой.

Скоро это пройдет. Или она привыкнет.

– Потому что тебе нужно дышать свежим воздухом, а ты об этом забыла, предпочтя запереть себя в душной комнате.

– Я ходила по дому, – возразила Силь.

– Послушай, девочка. Ты не в тюрьме. Да, за ворота тебя не пустят. Потому что пока твое место в этом обществе… неопределенно. Сбежишь отсюда – последствия будут жуткие, и Нейт или я тут будем ни при чем. Ты не представляешь, как тебе повезло встретить в ту ночь именно детективов.

– Возможно, – поморщилась Силь. – Почему ты сказала, что мой обморок не имеет никакого отношения к здоровью? Может, это от духоты? Ты права, я не выходила на воздух, вот и…

– Нет. Дело не в этом, – жестко прервала ее Лейни.

Они прошли под сень высокого вяза, и Силь засмотрелась на его ветви, покрытые серебром изморози. Ветер пока что был просто ощутимым, но скоро он спустится с небес, неся за собой снег. Много-много снега.

Можно надеяться, что сегодня ночью никого не убьют. Погода не позволит. Судя по расположению солнца, Сиэлла провела без сознания не больше часа.

– Тогда что со мной? – спросила Силь.

Лейни прислонилась к стволу и улыбнулась. Опять – со странной смесью жалости и восхищения.

– Скажи мне: ты слышишь гул?

Сиэлла непонимающе нахмурилась, подумав, что ослышалась.

– Гул? Какой гул?

– Значит, не слышишь… а когда прикасаешься к предметам – тоже ничего?

– Я не понимаю, о чем ты! – воскликнула Силь.

Лейни покачала головой, и теперь в ее взгляде было сочувствие.

– В тебе проснулся дар, девочка. Омирша тем и славится, что здесь каждый третий – менталист. И ты, дорогая, теперь одна из них.

Силь улыбнулась и почувствовала, как шов на щеке немного растягивается.

– Это хорошая шутка, – заметила она. – Я даже на миг перестала чувствовать себя никчемной дурой.

Лейни расхохоталась.

– Это не шутка. Ты действительно обладаешь ментальной магией. Судя по всему, дар слабый, да и пробудился поздно, но твой обморок – это всего лишь последствия. Ты сопротивляешься тому, что для тебя естественно.

– И что же это? – продолжая глупо улыбаться, спросила Сиэлла.

Она – ментальная ведьма? Что за чушь? В ее роду никто не обладал подобным даром. В среде аристократов это вовсе считалось дурным тоном – ведь обладающие властью над духами или мыслями были обязаны отдавать свой долг Хортеллу в рядах магполиции, администрации мэра или еще где-то!

– Ты сопротивляешься собственному дару. Слышишь его, но не слушаешь. Ты – сильнейший интуит, все остальные аспекты дара, очевидно, тебе недоступны. И раз ты его не слышишь – он пытается достучаться до тебя видениями, снами… и обмороками. Вот почему ты так слаба. Вот почему ты выглядишь как сумасшедшая.

Силь покачала головой. Улыбка сползла, осталась лишь горечь.

– Если бы у меня был дар, он оградил бы меня от ошибок, – ответила она. – Я стала содержанкой того, кто предал меня не раздумывая. Я… сбежала из-под венца, и это привело к жутким последствиям. Посмотри на меня, Лейни. Я – никто. Вы держите меня здесь из милости, и мне страшно подумать, что будет, когда ваша доброта закончится. Я изуродована. Я… – Она в последний момент прикусила губу, чтобы не проболтаться о ребенке. – Ты ошиблась. Я не менталист.

Лейни покачала головой и прижала ладонь к стволу вяза, под которым они стояли.