Некромант - Егор Соколов

яростно утирает кровь, освобождая глаза. На полу валялись осколки вазы. Похоже, именно её Вадим швырнул в мужчину.

– Ещё раз повтори, а то я не расслышал, – Вадим схватил с полки новый предмет и снова бросил.

Игнатий махнул рукой, а потому шкатулка отлетела в сторону, сбитая порывом ветра. Вадим шагнул ближе, остановившись теперь перед Бурьяном.

– Какого лешего ты тут делаешь! Я же приказал тебе сонного зелья подлить! – рявкнул Игнатий еле разлепив глаза.

– У меня нет привычки пить всякую гадость, – спокойно ответил седой. – Разве твоя сестрица тебе не передавала?

Бурьян прижался спиной к полкам. Голова кружилась, а раны саднили, но тело отказывалось слушаться. Даже если бы захотел, он бы не смог встать и сбежать. Глаза Игнатия метнулись в сторону, он схватил с полки то самое яблоко, про которое рассказывал Бурьяну и вытянул его перед собой с довольной ухмылкой. Вадим даже не попытался спрятаться, но брюнет заметил, что он слегка повёл пальцами правой руки.

– Знаешь чего мне бы сейчас очень хотелось? – спросил Игнатий.

– Чтобы моё лицо расплавилось и я бы на всю жизнь остался уродом, – Вадим кивнул. – Зависть плохая эмоция, хотя и из неё можно пользу выцепить.

Игнатий вдохнул побольше воздуха, намереваясь выпалить проклятие на одном дыхании, но так и застыл, будто его парализовало. Бурьян тяжело дышал, наблюдая за тем, как свет перестаёт отражаться в глазах рыжего. Вадим его убил? Рука Игнатия задрожала, яблоко выпало и разбилось, пальцы метнулись к лицу.

– Что… Что ты сделал, тварь?! – рявкнул Игнатий.

– Сквозь это яблоко надо смотреть на того, кого проклясть хочешь, – Вадим пожал плечами. – А если не можешь смотреть, то и проклясть не выйдет, так?

Бурьян ошарашенно смотрел на спину Вадима, медленно осознавая, что произошло.

– Я убью тебя! – рявкнул Игнатий и от отчаяния попытался тоже швырнуть первый же нащупанный предмет, но тот ударился о невидимую стену.

– Попробуй, конечно, но едва ли выйдет, – седой хохотнул. – Мне бы вот очень хотелось, чтобы ты из этой комнаты никогда выйти не смог.

Сказав это, Вадим отвернулся и обратил своё внимание на Бурьяна. Игнатий вскрикнул и пошёл вперёд, но наткнулся лишь на невидимую стену и принялся колотить в неё. Судя по губам он что-то кричал, но ни Вадим, ни Бурьян его уже не слышали. Вадим присел на корточки и подобрал оружие, которым Игнатий пытался расправится с брюнетом.

– Отравил, гмызь, – буркнул Вадим и поднял взгляд на Бурьяна. – Сможешь встать?

– Что ты здесь делаешь? – вместо ответа сипло поинтересовался Бурьян.

Было невозможно поверить в то, что Вадим действительно пришёл ему на помощь.

– Пытаюсь сделать так, чтобы ты не умер, – ответил седой.

Он запустил руку в карман, попутно подойдя к брюнету, выудил стеклянную колбочку с какой-то жидкостью и протянул её истекающему кровью.

– Он яд из слюны летавицы на кинжал нанёс, так что выпей-ка противоядие, – пояснил Вадим.

Бурьян покосился на Игнатия, который к этому времени сполз на пол и принялся шарить в поисках хоть какого-то пути.

– Ты его проклял, – выдохнул Бурьян. – Дважды.

– Всего один раз, – Вадим отрицательно мотнул головой и покачал пузырьком с зельем, напоминая о его существовании.

– Он ослеп! – Бурьян уставился на седого, чувствуя, как тело бьёт мелкая дрожь. – А теперь ещё и подойти к нам не может!

– Да это просто барьер слабый, – Вадим пожал плечами. – Я его уберу, когда уйдём, но из комнаты он уже не выйдет, а слепоту я иначе сделал. Пей уже, пожалуйста.

Бурьяну казалось, что это всё какой-то странный кошмар. Как могло подобное происходить в реальности? Игнатий пытался его убить, как и Соломея. Он упоминал свою сестру Веронику. И что это значит? Неужели все вокруг против Бурьяна ополчились? Но чем же он провиниться успел?

– Давай потом подумаешь о таком? – Вадим закатил глаза и зубами вытащил пробку, вновь протягивая зелье. – Пей и пошли!

Бурьян вздрогнул и послушно взял бутылёк целой рукой, после чего залпом проглотил противоядие даже не подумав о том, что Вадим сейчас сам отравить попытается. Приятного в таком питье было мало, но Бурьян стерпел. Он перевёл взгляд на свою окровавленную руку.

– Сам вылечишь или помочь? – участливо поинтересовался Вадим.

Бурьян сглотнул неприятный ком, осознавая, что седой сейчас с ним как с другом общается. Он будто действительно беспокоится и хочет помочь.

– Сам, – буркнул в итоге брюнет и принялся за лечение.

Вадим спокойно наблюдал за тем, как затягиваются раны. После руки Бурьян перешёл к шее, но там порез остался совсем неглубоким. И снова в голове застучала мысль – только что его пытались убить, а он оказался таким беспомощным.

– Ты ведь мысли читать не умеешь, – Вадим попытался его успокоить. – Вот и не знал, что этот Игнатий задумал.

– А ты знал? – Бурьян спросил сердито, уставившись на Вадима снизу вверх.

– Ну, когда мы вошли через ворота, он о твоём убийстве не думал, – седой пожал плечами. – Он думал, что меня усыпить надо и убить, но не о тебе. Хотел из меня секреты бабушки вытянуть… Может, обсудим в повозке?

– В повозке? – переспросил Бурьян.

– Я собирался по тихой всё подготовить и сбежать, а когда за тобой пришёл, тебя не было, и вот оно как вышло, – седой кивнул и протянул руку, предлагая помощь.

– Как же… Ты меня нашёл? – Бурьян не торопился вставать.

– Я всё объясню, только давай уедем? – почти взмолился Вадим. – Надоел мне этот.

Он кивком указал на Игнатия, который яростно пытался нашарить на полках хоть что-то полезное. Бурьян искренне ничего не понимал. Зачем Вадиму было так рваться сюда? Неужели он изначально хотел просто обокрасть Игнатия? Или ослепить его? Седому сейчас не доставляло никакого удовольствия находиться в этой тесной пропахшей пылью комнатушке, освещаемой лишь магическим светом Бурьяна. Теперь юный некромант совсем не мог разобраться, что происходит. Он поднял руку, Вадим потянул его на себя, помогая встать. Седой осмотрел брюнета, после чего принялся смахивать ладонью кровь с его одежды, будто это была какая-то пыль. Сил удивляться подобному уже не было. Они покинули злосчастную комнатку, и магический свет скользнул за ними, освещая тёмный коридор.

***

Велераду было немного стыдно, что они вновь уходят из города с ключиком из таверны в кармане. С другой стороны он заплатил приличную сумму денег за тот номер. Возвращаться туда сейчас было бы опасно, а потому он согласился с предложением Есении как можно скорее покинуть город. Княжич хмурился и думал теперь о том как им найти цыган и как не попасть в беду, пытаясь выкупить у них коня? Этот