Эрегинии. Яд для демона - Екатерина Смолина

— Тре-е-ег!..

— Прости, увлёкся. В то утро мне впервые не захотелось никуда уходить. Никогда не стремился назвать женщину, — тем более человека! — своей! А тут испугался, что она может когда-нибудь разочароваться во мне, — не мог же я вечно выдерживать нападки её брата? Боялся потерять ту, что с таким азартом отвоёвывал у одной аристократической семейки.

— И ты женился?

На небритом лице оборотня мелькнула досада.

— Нет. Мне пришлось потратить некоторое время на то, чтобы в подробностях узнать ваши традиции относительно способов привязать её ко мне. Знаешь, когда живёшь среди людей и видишь все эти странные шествия в пышных, смешных нарядах, то как — то не задумываешься, зачем люди это делают. Это забавно, но не более. У оборотней иные обычаи. Я хотел сделать так, чтобы Лана почувствовала себя счастливой после неприятностей в семье. А она хотела свадьбу. Мне пришлось переступить через гордость, чтобы попросить руки у её отца. А он сказал, что согласится, только если на брак даст согласие… Анранар!

— Сурово…

— Угу… Я честно пытался это сделать. Но оказалось, что рассорить людей куда проще, чем помирить. К тому же, тогда пришлось бы признать, что я сам это всё начал. И уж ни о каком согласии твой упрямый лорд и слышать не хотел! А потом пришли рарваны… Улицы залились кровью, псов заставили принести клятву верности новому правителю…

— У меня голова кругом! Анранар — всё ещё лорд?! И почему вы так просто дали клятву рарванам? Ведь могли просто растерзать их!

— Они мне дали понять, что если я этого не сделаю, то Лана окажется одной из следующих в списке жертвоприношений Единому. Дал клятву, лишь бы отстали, схватил мою девочку и постарался увезти как можно дальше. Только оказалось, что клятва — сродни призыву. Отказ от повиновения карается долгими мучительными судорогами. А во второй раз — смертью. Что касается Анранара — да, он лорд по рождению, сын военного министра.

Моё удивлённое лицо смерили оценивающим взглядом и мстительно, со вкусом добавили:

— …а также завсегдатай покерных клубов, любитель дорогой выпивки и женщин. И был им довольно долгое время, пока старый лорд Аскан не лишил его содержания.

Стоило догадаться, что Анранар никогда не был обычным горожанином! Лорд Аскан, будьте любезны!.. Но всё же, если он был любимым сыном военминистра, и тот долгое время считал нормальным подобное увлечение сына, то почему лишил вдруг содержания?

— Из-за ссоры?

— Не знаю. Возможно, лорд Аскан решил преподать урок своему сыну? Но бывший повеса неожиданно быстро поднялся в чине с обычного караульного до капитана стражи, и завоевал немалое уважение среди подчинённых. Оказалось, что талант лидера может проявляться не только в организации махинаций и мальчишеских проделок. За несколько лет молодой лорд возмужал и превратился в обожаемого командира… Когда началась война, и произошёл захват власти, псам приказали усмирить бунт в столице… Ай, ладно, кому я вру? — вздохнул, морщась и потёр шею. — Ты имеешь право знать. В общем… Нам приказали убить всех бунтующих и вырезать подчистую аристократию, на которой держалась старая власть. Я знал, против кого иду, — все знали. Никто не хотел убивать командира Аскана. Мы отказывались, пытались спасти и… погибали.

Аристократов я никогда не любила, но именно сейчас мне вдруг представились самые обычные люди, — с семьями, любимыми, детьми… Пусть богаче, пусть с огромным домом, но…

— Неужели ты… Ты их убивал? — у меня закружилась голова, на миг всё потемнело. Но Трег не заметил.

— Я хотел жить. У меня ведь тоже много близких. Стая. А ещё я до дрожи боялся увидеть Лану на алтаре в одном из Храмов Крови. И меньше всего задумывался о том, что среди погибших в ту ночь будут и те, по кому будет горевать и моя Лана. И даже если я успею её спасти, то она может отвернуться от меня — навсегда.

Он замолчал, повисла гнетущая тишина. Страшные картины прошлого представали перед глазами, и тошнило всё больше, накатами.

— Сарнай, ты спрашивала: почему я тебе помогаю?

— Потому что хочешь искупить свою вину?

Кажется, я снова проваливаюсь в какую-то мглу.

— Да, но не только это. Ты же знаешь, кем стал Анранар. Если бы в ту ночь не погибли Кайра с Тассишей, то у нас бы сейчас не было ни шанса изменить ход событий. Не было бы великой армии кседуши, не было бы хэгатри. Степняки без него — никто. Кочевники, пасущие скот. Есть и другие хэгатри, но Анранар для них вроде божества… Сарнай, ты ему сейчас очень нужна. Нельзя, чтобы кседуши узнали о его плене, — они погибнут, спасая его, и годы войны пропадут даром. Я не могу тебе сказать, где он, — прости! Но без тебя он сдастся, а это не в моих интересах.

— Трег!!!

Я смотрела на него со слезами в глазах, я готова была порвать его на кусочки! Если б ещё так не тошнило и не хотелось крови!.. Крови?!

— Сарнай, я знаю, что виноват. Но ведь он связал вас, — неужели ты не чувствуешь?

Сидя на четвереньках, отставив в сторону пульсирующую ногу, я смотрела на него и ничего не понимала. Ни-че-го-шень-ки! Только хочется снова попробовать на вкус эту солоноватую тёплую жидкость, услышать крики…

— О чем ты? — вынырнула из дурмана.

— Я и так сказал больше, чем должен был. Только… Если ты вдруг почувствуешь… Не пугайся. Не знаю, как это будет, просто чую. От тебя стало явственно пахнуть Анранаром. И за последний час запах усилился.

— От меня пахнет мужчиной?! — распахнула глаза, не зная, как реагировать. Распахнула, да так и застыла, снова провалившись во мрак.

— Детка, это такой запах… Как личная роспись, или походка. Можно спутать похожие, но не заметить резкие изменения — нет.

— Сарнай! — позвала я себя мужским голосом из мрака, повалившись на мягкое. — Приди ко мне!

Связка

Запах крови, головная боль, нереальность происходящего. Разгромленные остатки мебели, три каменные стены и большая, сияющая решётка. И посреди всего этого великолепия, — как же болит голова! — прямо на полу сидит и отстранённо взирает на меня ссутуленный Анранар. В разодранном жилете, и рубахе — такие дыры можно оставить лишь когтями безумного монстра. В остатках шаровар, которые держались скорее потому, что были неумело подвязаны, а перед этим растянуты до предела. Он сильно похудел, осунулся, и выглядел уставшим.

Это не было похоже на сон, — скорее, на очень страшную явь, искажённую бредом психопата. Я чуяла запах крови, — сладкий, дразнящий! — но не могла сказать точно, откуда он доносится. И при этом меня начинала сводить с ума мысль о том, что я очень рада себя видеть, но не знаю, как попросить помощи. А ещё я — ориентир в этом безумии. Якорь.

Якорь?!

— Это опять твоя магия? — прошептала, хватаясь за голову и сползая по стене.

Просто так устойчивее. Но запахи, мысли, чувства, желания — были не мои!!!