Эльфы средней полосы - Юрий Манов

О, эта богатая жизнь! В моменты, подобные этому, прелести ее ощущаешь особо. Приятно, черт возьми, видеть, что твои однокурсники не разбрелись отдельными компашками отмечать сданный у заразы Нистратова экзамен, как раньше, а ждут на лавочках около главного корпуса возле автостоянки. Ждут меня, Мишу Попова. При этом старательно делают вид, что ждут не именно меня, а просто ждут, когда все сдадут экзамен, чтобы всем вместе скинуться, выбраться на природу и, так сказать, отпраздновать. У нас же очень дружная группа. С недавних пор. И однокурсницы уже не морщат брезгливо свои прелестные носики, глядя на мои затертые джинсы и стоптанные туфли, а обжигают страстными взглядами мой спортивный «мерин». Правда, джинсы у меня и сейчас затерты до небесной лазури, но очень, очень дорогие.

Не спеша подхожу к лавочке, девчонки облепляют меня со всех сторон, щебеча и поздравляя. Сдать у Нистратова с первого раза, да еще на «хор» – чем не повод отметить! Знамо дело, кто бы сомневался. Ребята тоже здесь, уже раздавили пару пузырей недорогой бормотушки, вон, под лавкой тара пустая. Глаза уже с искорками, смотрят выжидательно, душа требует продолжения. Будет вам продолжение, не беспокойтесь. А кто это меня не поздравляет? Диреева с Галкиной сидят поодаль, обнявшись. Не, вы не подумайте, они не того… Нормальные девчонки. Просто зараза Нистратов их срезал, сказав на прощание свое обязательное: «Учиться, учиться и учиться, девоньки, вы же – будущие врачи. Увидимся осенью». И следующий семестр – без стипендии. Что ж, бывает, тяжко это, по себе знаю. А вот сюрприз! Королева курса Дина Карасевич тоже здесь? Снизошла наконец! Видно, прослышала про нашу последнюю оргию в лучшем загородном клубе. Или же просто – созрела.

– Что, ребята, гуляем?! Мы, кто сдал, с радости, ха-ха-ха, Диреева с Галкиной – с горя. Едем, как обычно, к дубкам?

Интересно, кто-нибудь скажет, что нужно остальных подождать? Ведь полгруппы еще потеет у заразы Нистратова. Ну хоть кто-то заикнется? Народ безмолвствует. Народ готов гулять со мной прямо сейчас хоть до утра. Даже несчастные Диреева с Галкиной, даже королева курса Карасевич.

Народ в нетерпении, народ ждет, народ безмолвно требует хлеба и зрелищ. Нельзя долго испытывать терпение народа. Рука привычно лезет за лопатником. «Вить – на транспорт», – это с парой купюр Баранову. У него братан на маршрутке работает. Привезет куда надо и увезет, посчитав по головам и собрав самых нестойких по кустам. «Ларис – закусон», – это с парой купюр Ивановой. Самая домовитая у нас, купит все, что надо, и даже соль не забудет. «Коль – на шашлычок», – у Семина кореш на рынке работает, мясо рубит и сам же маринует. Такой шашлык мастырит – слюной подавишься от одного запаха. Там же, на рынке, и уголек прикупит. А «пойло» у меня в багажнике с прошлого раза осталось, слишком много взяли – не осилили.

Ну что, по тачкам? Кроме меня, свои тачки имеются у Баранова – старая «пятерка» – и у Карасевич. Но королева курса сегодня без своей белой «хундайки», сидит на лавочке, рассматривает игру лучиков в перстеньке. Протягиваю королеве руку, говорю какую-то банальщину. Королева принимает комплимент сообразно своему сану, царственно подает ладонь, поднимает упругую попочку с лавочки, чтобы занять подобающий ей трон – переднее сиденье моего «мерина». Но какая королева без фрейлин? Делаю знак Диреевой с Галкиной, поедут с нами, хоть какая-то им компенсация за неуд от заразы Нистратова.

В дубках хорошо. В дубках у нас уже своя поляна, где все прибрано-убрано, песочек белый на бережку озерка, дрова для костра заготовлены, мангал вычищен. А на том берегу шалашик, как у Ленина в Разливе, с очень мягким сеном. Какой-то шутник около шалашика гипсовый бюст вождя установил. И погодка сегодня, как по заказу: солнышко палит, водичка теплая. Солнышко и водичка – бесплатно, остальное – по установленной таксе. Дорого, но могу себе позволить.

Едва остановились на полянке, Карасевич первая вышла из машины, подошла к воде и смачно потянулась. Попробовала воду ладошкой, вернулась к «мерину», достала из сумочки купальник, сказала «отвернись» и, не особо смущаясь, переоделась. Я послушно отвернулся, но в зеркальце заднего вида все очень детально рассмотрел. Вот это формы! Аж дух захватывает! И купальник, надо сказать, ей очень идет, знать, послеэкзаменационный выезд на купание был запланирован заранее. Интересно, заплыв на тот бережок со мной в планы королевы входит? А чего тут думать? Сейчас и проверим, пока остальные на маршрутке сюда добираются, а двоечницы Диреева и Галкина по кустам прячутся – купальники переодевают.

Мы зашли в воду, Дина показала прекрасный стиль кроля, но плыть на тот берег пока не захотела. Особое ударение сделала на слове «пока». Или мне так показалось? Ничего, мы не гордые, подождем…

* * *

Веселье было в самом разгаре. У костра уже груда пустых бутылок, шашлык съеден, косточки обглоданы, из мощных динамиков «мерина» гремит танцевальная музыка. Диреева и Галкина пляшут, взбрыкивая ногами и матом понося заразу Нистратова. Пьяненький Баранов уже дважды падал на раскладной столик, он всегда падает, наверное, это станет традицией нашего курса. Как и очередное стояние Семина на коленях перед Ивановой с признанием в любви.

Королева сидит очень близко ко мне, благосклонно позволяет моей правой руке поглаживать ее талию и то, что пониже талии, порой выразительно поглядывает мне в глаза. От дорогих напитков ее лицо зарумянилось, глазки чуть окосели, но все равно хороша, чертовка! Нежные пальчики ее гладят мне запястье. Мог ли я мечтать об этих пальчиках еще год назад? Ну да, как свинопас из сказки про горшочек и принцессу. Что ж, и свинопасы порой достигают высот немалых. Думаю, нам пора осмотреть ленинский шалашик. На ушко предлагаю Дине освежиться в озерце. Предложение принято. Других желающих присоединиться к купанию останавливаю жестом – их величества желают уединиться.

Что ж, Дина оказалась девушкой современной, к предложению осмотреть ленинский шалашик изнутри отнеслась благосклонно, правда, в соитии показалась несколько холодноватой, хотя, возможно, это последствие купания. И еще поинтересовалась на обратном пути, много ли юных дев приглашал я осматривать этот шалашик? Что?! Претензии?! Первая ссора влюбленных голубков?

Братец позвонил, когда народ начал играть в бутылочку на раздевание. Едва услышав его голос, я понял: что-то случилось. Осторожно освободился от объятий королевы курса и отошел в сторонку. Братец всхлипнул и сказал, что лежит в больнице.

Когда я сказал про братца и больницу, все вскочили на ноги, всем своим видом показывая, что готовы хоть сейчас мчаться и спасать моего единственного родственника. Если нужно – сдать кровь для переливания, а также кожу, костный мозг для пересадки, если понадобится – органы. Я предложил компании догуливать и поцеловал на прощание Дину. С собой ее решил не брать – не тот случай.

Гайцов мне по дороге, к счастью, не встретилось, через сорок минут я был на месте.

Интересно, почему наша медицина до сих пор считается бесплатной? Даже в «травме» с меня сразу стали вымогать. Хотя сам виноват – подъезжать к больнице «Скорой помощи» на такой тачке… Не надо дразнить гусей. Одарив купюрами различного достоинства всех встреченных на пути – от дежурного врача до поломойки, – я наконец оказался в палате братца. Ну и рожа у тебя, Шарапов… Морда разбита, под глазом здоровенный фонарь, ноздри распухшего носа заткнуты ватными тампонами. Слава богу, кости целы, а я-то боялся, что разбился мой непутевый братец на «Харлее». Ведь не хотел покупать, да братец упросил. Разве откажешь? Родная ведь кровь. И поведал мне братец, что нет у него больше «Харлея», Муня отнял.