Миссия Сокола - Вячеслав Шалыгин

— Расслабишься с вами, — Геннадий вынул сигареты, опомнился и вопросительно взглянул на Добрецова. — Не возражаете?

— Ваше здоровье, сами распоряжайтесь, — разрешил Влад. — Что стряслось?

— Пока ничего, но скоро всему этому делу, — Геннадий неопределенно помахал зажженной сигаретой над головой, — дадут ход. Наверху решается вопрос об аресте всей вашей компании. Пока только не решено, под каким соусом. Ведь сражение в вашей загородной резиденции было с наемниками, появление которых на территории России явный минус в работе ФСБ. А уж то, что они разгуливали по центру Москвы и стреляли по вашему офису, — вообще провал.

— То есть ваши коллеги не хотят шума, чтобы не выглядеть бледно?

— Так точно, но это чистое кокетство, Владислав Валерьевич, долго мы раздумывать да кочевряжиться не станем. Все-таки Генеральная прокуратура уговаривает, не кто-нибудь. Очень уж хочется прокуратуре закрыть вопрос в угоду большим людям, ведь олигархи обещали вам кирдык, а они слов на ветер не бросают. Пока идет торговля, время на размышление есть, но дергаться не советую. Менты держат стойку и при малейшем телодвижении откроют пальбу, это однозначно.

— Что же нам, как смертникам, сидеть и печально ждать приговора?

— Ждите весело, — Евстратов нервно затушил сигарету. — Не знаю, что вам делать, Владислав Валерьевич, вкруговую вас обложили. Может, пора к «загранице» обращаться? Вдруг поможет?

— Сами справимся.

— Может, и справитесь, — Геннадий сменил традиционное унылое выражение лица на скептическое. — Только учтите, сколько бы вы ни провели своих бойцов под видом клерков, все равно омоновцев в М-СИТИ больше. И половина от этого большинства уже в офисе, качают права по полной программе. Только на вашем этаже да ниже нивелирной метки, в аппаратном подземелье, власть пока не сменилась.

— И не сменится, — уверенно заявил Добрецов.

— Полно вам, — Евстратов потянулся за новой сигаретой. — Дело табак, Владислав Валерьевич.

— Нет. У нас еще есть Барков.

— А что он может? — Геннадий прищурился от дыма. — Вырубить электронику в радиусе километра? Разоружить ОМОН? Все это будут полумеры. Рано или поздно менты прорвутся, схватят вашего Баркова и посадят «под луч». Не в первый раз, верно?

— Теперь это сделать сложнее.

— Ну и что? Так или иначе, реально же! Значит, так и будет. Менты отступят, перевооружатся и начнут осаду с пропагандой. Сделают из вас врагов народа, а Баркова приглушат М-станнером, вот тогда-то спецназ и пойдет на штурм. Сценарий стопроцентный.

— Да уж… — Владислав задумался. — И вправду обзвонить комиссаров, что ли?

— Звоните, пока не поздно, — согласился Евстратов. — Пусть Бойд на свои рычаги поднажмет.

— Там сейчас тоже не все в порядке, — Добрецов потер высокий лоб. — Как раз с рычагами проблема.

— Хуже, чем у нас?

— Пока нет, но близко к тому. Кстати, очень похоже на такую же, как здесь, скрытую атаку, только по другому сценарию.

— Режиссер тоже Главный?

— Скорее всего.

— В чем тогда сомнения? Хотите дождаться, когда вольные и невольные подручные Главного поступят с вами, как бог с черепахой? «Разделяй и уничтожай», знаете такой принцип?

— «И властвуй», — исправил Владислав.

— Сейчас это не важно; властвуй, уничтожай… главное — смысл. Задавят вас по отдельности, гражданин Добрепов. Конкретно вас местные богатеи затопчут, а Бойда тамошние акулы сожрут. Ну, а всех прочих и вовсе легко будет перещелкать. А когда Михайлов останется один, его и спрашивать не станут — сунут под нос бумагу с «отречением», он и подпишет, никуда не денется. Так и закончится эра «Невода». Без всяких там «системных атак» и больших ошибок. На этот раз Главный подготовился гораздо серьезнее, чем в июле.

— Михайлов ничего не подпишет, — уверенно возразил Владислав Валерьевич. — До этого не дойдет.

— Когда-то и я был убежденным оптимистом, — вздохнул Евстратов, — хотя сейчас в это трудно поверить.

— Вовсе нет, — задумчиво пробормотал Добрецов. — Вы до сих пор рассуждаете, как оптимист. Только приунывший от усталости. Прокуратура, говорите? Есть у меня выход на это учреждение… сейчас посмотрим, что там за шум.

Владислав Валерьевич снова взялся за смарт. Целую минуту он пытался дозвониться, затем отложил машинку и чуточку нервно улыбнулся.

— Забавно. Приятель из прокуратуры внес мой номер в черный список.

— А я что говорил? — Евстратов затушил сигарету и поднялся. — Садитесь в геликоптер и уматывайте, Владислав Валерьевич, куда подальше, советую вам от чистого сердца. У наших бульдогов железная хватка, вы же знаете.

— Не могу, Геннадий, — Добрецов развел руками. — Капитан покидает корабль последним.

— В данной ситуации вы рискуете покинуть его первым. В кандалах.

— Вряд ли, — Добрецов тоже встал и подошел к окну. Разбитые стекла уже заменили, но Владислав хорошо помнил, в каком месте были дыры после атаки наемников. Он зачем-то потрогал стекло и задумчиво уставился на городскую панораму. — Если станет совсем туго, позвоню на Старую площадь или прямо в Кремль. Там, надеюсь, не все пока продались.

— Кто знает? — Евстратов притормозил у дверей и, немного помявшись, добавил: — Даже мне, залетному полковнику, миллион евро предлагали, чтоб я ваши охранные системы подпортил. Всего одна услуга, и жизнь снова в колее. Я, дурак, отказался. Воспитание не позволило. Сколько же загребли те, кто согласился на вас надавить?

— Миллион предлагали? — не оборачиваясь, пробормотал Владислав. — Люди с Рублевки столько сводникам платят за новую «подружку с обложки». Для них это копейки. Так что не продешевили вы, Геннадий, не переживайте. Честь офицера дороже.

— Да какая тут честь офицера! — полковник поморщился и с досадой махнул рукой. — Просто не по нутру мне блядью работать, пусть и не в Химках, а на Рублевке. Не моя специальность.

Он вышел, едва не столкнувшись в дверях со взвинченным Стуковым, тащившим на плече тяжелую сумку.

— Гена, ты куда? Ты нужен будешь, далеко не уходи! — командир спецназа СБН попытался ухватить Евстратова за рукав, но тот буркнул что-то неразборчивое и решительно пошагал к лифтам.

Стуков без приглашения вошел в кабинет и закрыл за собой дверь.

— Началось? — Владислав заложил руки за спину и обернулся.

— Вам бы в пригород вернуться, Владислав Валерьевич, — спецназовец поставил сумку на пол, присел над ней и вжикнул «молнией». — На сегодня рабочий день, похоже, окончен.

— Ты в администраторы подался?

— Я-то? — Стуков покачал головой. — Мне и своей работы хватает. Да и администраторы у нас без подкрепления справляются. Всех гражданских разогнали за пять минут. В офисе только бойцы и незваные гости остались.