Ворон хозяина не выбирает - Тисато Абэ

Лежавший посреди маленькой мрачной комнатки Ацубуса выглядел ужасно. Лицо его было бледно, а одежда – вся мокрая от крови. Даже на футоне[12] под ним расплывались яркие красные пятна.

– Ацубуса! – позвал его молодой господин, опустившись рядом, и веки умирающего дрогнули, хотя казалось, что они уже не поднимутся.

Ацубуса чуть приоткрыл глаза и затуманенным взглядом посмотрел на молодого господина.

– Ваше Высочество?

– Это я.

– Прошу прощения. Оплошал я.

Через силу улыбнувшись, он вновь закрыл глаза.

Несколько раз он медленно вздохнул и наконец тихо заговорил:

– Рокон узнал, что я встречался с Вашим Высочеством.

– Рокон? – Молодой господин нахмурился.

– Да, – еле слышно ответил Ацубуса. – Я все еще жив, возможно, потому, что он не хотел добивать меня.

Голос прерывался, и на лице его отразился страх: видимо, он вспомнил тот момент, когда получил удар.

– Досадно, Ваше Высочество. Я убежал из Таниай, потому что испугался его. – Ацубуса на миг прикрыл глаза, а затем невнятно продолжал: – Руки и ноги холодеют. Я и сам знаю, что потерял слишком много крови, пока бежал сюда.

Хриплый голос Ацубусы звучал едва слышно, и каждое слово явно давалось ему с трудом.

– Рокон – страшный человек. Если так пойдет и дальше, то даже господин Нацука падет его жертвой… Прошу вас, Ваше Высочество, спасите господина Нацуку… – точно задыхаясь, говорил Ацубуса. – Если вы пообещаете мне это, я сейчас же выдам вам имена тех, кто пытался навредить вам, и способ, каким можно их изловить. Я недавно об этом узнал… Вот почему хотел встретиться с вами.

Ацубуса дышал неровно.

– Прошу вас… Пообещайте мне.

– Я понял. Я обязательно помогу брату.

Ацубуса дождался, пока молодой господин уверенно кивнет, потом испустил длинный вздох и сказал:

– Раз вы так говорите, я вам верю.

Внезапно за спиной наследника раздался грохот – это упал на татами меч, который Сумио держал в руках. Молодой господин обернулся и увидел, что Сумио, до сих пор стоявший опершись о дверь, чтобы защищать хозяина со спины, бессильно оседал на пол.

– Сумио! – позвал молодой господин и двинулся было к нему, но оказалось, что руки и ноги больше не слушались его.

Тогда он понял, что его провели. Тело безвольно повалилось на окрашенный кровью футон. Там все так же лежал, но теперь с совершенно другим, ясным, волевым взглядом Ацубуса.

Комнату наполнял запах крови и трав. Однако, имея дело с травами, которые способны избавить от боли и одновременно усыпить, главное – не ошибиться в количестве, ведь итог может оказаться очень неприятным – разве об этом не предупреждал молодой господин?

– Это… карон? – пробормотал он, но язык заплетался.

Ацубуса не ответил. Вместо этого он отбросил одеяло, вскочил, сунул руку себе в рукав, весь промокший, и вынул кожаный мешок с кровью дикого зверя. Беззвучно подскочив к наследнику, он отшвырнул подальше меч потерявшего сознание Сумио, чтобы его нельзя было достать.

– Прекрати! – Грубо отбросив руку молодого господина, который делал слабые попытки сопротивляться, он отобрал лакированные ножны с мечом тати.

Разорвав собственный рукав, Ацубуса сделал кляп и засунул его в рот наследнику, но замер, услышав шаги в коридоре.

– Молодой господин! Прибыли господа из Ямаути-сю.

Ацубуса не ответил.

– Молодой господин! Ваше Высочество? – спрашивал хозяин заведения, но Ацубуса промолчал и на этот раз.

Тут что-то тяжело приземлилось на пол.

Раздался шепот:

– Господин Ацубуса! Это я!

– Входи.

За дверью бесформенной грудой лежал хозяин заведения, а рядом стоял мужчина в уэ с повязкой, говорившей о его принадлежности к Ямаути-сю.

– А где парень-посланник? Кажется, Кадзуми? – решительно обратился Ацубуса к гвардейцу в уэ.

Тот, прикрывая рот рукавом, ответил:

– Не волнуйтесь. Я погнался за ним и перехватил его до того, как он добрался до места. Ямаути-сю, приближенные к молодому господину, ничего не заметили.

– Ты уже расправился с ним?

– Нет. Похоже, он знает приспешников молодого господина, так что я не стал его убивать.

– Хорошо. Заставь его говорить.

– Есть.

– Сколько еще человек с тобой здесь?

– Тех, кто поклялся в верности господину Нацуке, – восемь. Они уже расставлены по округе, чтобы перехватить тех, кто заметит, что что-то не так, и попытается бежать из «Сёгэцу-ро».

Ацубуса слушал и кивал, но вдруг заглянул за спину гвардейцу и изменился в лице.

– Ты видел кого-нибудь по дороге от входа в кабак до этой комнаты?

– Нет, только сказал вышибале, что сменяю караул. Девушки сюда пока не приходили, слуг тоже нет: наверное, хозяин всех разогнал.

– Его нет.

– Кого?

– Пажа нет. Куда он подевался?

В коридоре лежал только хозяин «Сёгэцу-ро».

– Когда наследник входил, он сказал: «Будь здесь», – закричал Ацубуса. – Где паж? Он должен быть еще в здании. Найдите его!

Заметив, что в комнате происходит что-то странное, Юкия сразу же бросился за хозяином заведения, но тут же услышал голоса снаружи:

– Сюда, пожалуйста.

– Угу.

Он понял, что прибыли Ямаути-сю. Юкия выглянул во двор из окна третьего этажа, чтобы позвать на помощь, но тут же нырнул обратно, не издав ни звука: он знал человека, который, кивнув хозяину, подмигнул своим гвардейцам.

«Телохранитель одного из приспешников Нацуки?..»

Он видел лицо этого человека той ночью, когда убили Кадзумити из ветви Сидзё-кэ Северного дома. Он точно был среди телохранителей многочисленных гостей.

Растерявшись, Юкия тихонько спрятался на лестнице напротив той, по которой поднимались хозяин и этот мужчина. Не высовываясь, он навострил уши и сразу собрал общую картину: все они легко попались в ловушку, расставленную Ацубусой.

Надо позвать на помощь, но как? Если закричать сейчас, пока рядом никого нет, он просто попадется в лапы гвардейцам-предателям. Тогда нужно хотя бы дать понять местным девушкам или воронам в соседнем доме, что здесь что-то неладно.

Юкия стал тихонько спускаться по лестнице, чтобы его не обнаружили Ацубуса или Ямаути-сю, по дороге раздумывая. Сначала главное – выбраться отсюда, пока о нем не вспомнили…