Опасно быть студентом - Маргарита Блинова

Темные расплылись в радостной улыбке и встали более уверенно, но Крысеныш – он же Крысеныш!

– Слишком откровенно, – процедил он голосом сварливого дядюшки. – Переодевайтесь.

Девочки моментально погрустнели и поплелись вслед за Наткой в примерочные. Шарги кинул на Хорста тяжелый взгляд и поспешно пошел утешать свою любимую блондинку.

– А промолчать никак не мог? – рыкнула я, плюхаясь обратно на диван, где стало чуть посвободнее.

Хорст окинул меня тяжелым взглядом, прожигающим кожу до костей, и недовольно скривил и так не слишком приятную физиономию.

– Слишком откровенно, – процедил он.

– Темный, – нахмурилась я, – ты хоть когда-нибудь бываешь доволен?

Доставала усмехнулся и, глядя прямо перед собой, еле слышно произнес:

– Я буду доволен, только когда обрету то, что хочу…

Неодобрительно качаю головой, краем уха вслушиваясь в невнятные крики Натки, раздающиеся от примерочных.

– Власть еще никого не сделала счастливым, – презрительно фыркнула я и, следуя просьбам желудка, потянулась за яблоком.

– Откуда ты знаешь, чего я хочу. – Его рука легла на мою талию, а затем резко прижала к своему телу. – Или кого… – Шепот и горячее дыхание Темного обожгли шею, а затем он резко отстранился и встал.

И пока я отходила от шока и лихорадочно пыталась привести в порядок расшалившееся сердце, Доставала воинственно замер напротив входной двери.

– Что тебе надо? – В его всегда спокойном пренебрежительном голосе прорезались угрожающие нотки.

– Ангелина Де ла Варга…

Я заинтересованно вытянула шею, но за широкой спиной блондина разглядеть незнакомца было весьма проблематично.

Снедаемая любопытством, я подскочила с дивана, быстрым шагом дошла до Крысеныша и увидела сногсшибательно красивого брюнета с арбалетом и мечом за спиной.

«Горец…» – удивленно выдохнул мозг.

«А я говорил, что давно пора составить завещание!» – вклинился пессимизм.

«Да не… – отмахнулся оптимизм. – Мы же свои. Нас он не тронет!»

«Ну-ну», – мрачно хмыкнул здравый смысл.

Оценив ситуацию, торопливо вклинилась между двумя обменивающимися тяжелыми взглядами мужчинами и выжидательно глянула на пришлого.

Легенда, которую я так упорно разглядывала в темноте катакомб, оказалась очень даже жизненной. По всей видимости, Создатель людей даже и не помышлял, какую великую силу закладывает в свое творение. Люди оказались способны иметь потомство не только от рас других Создателей, но и от чужаков из других миров.

Горцы обитали высоко в горах на севере Светлых земель, за территориями кахар. И уж насколько степняки были большими любителями до драки, но даже они не связывались с чужаками.

В какой-то момент горцы решили, что сидеть в горах тухло, поэтому решили скрасить свой досуг и начали путешествовать по Светлым землям. После таких походов в народе появилась присказка: «Прошелся по улице горец – в каждом доме по мальцу». А что поделать, если одного только взгляда безумно красивого мужчины хватало для того, чтобы растопить женское сердечко. Полукровки, рождаемые после горячих ночей в объятиях горцев, отличались от других детей.

Так появились на Светлых землях первые наемники, а в дальнейшем и целые кланы.

Первоначально жители материка попытались было возбухнуть против иномирцев, но гости вели себя на редкость спокойно и о господстве не помышляли, поэтому на них постепенно все забили, а с наемниками мирились как с неизбежным злом.

– Что тебе нужно? – ровным голосом спрашиваю я, мысленно молясь Светлой Богине, чтобы никто из девчонок не вышел раньше времени из примерочных и не попал под любовные чары горца.

– А почему я не могу увидеться с женщиной, воспитывающей моего сына?

Хорст едва уловимо рыкнул, после чего мою спину обожгло волной нестерпимого жара.

Мельком посмотрев назад на закипающего Темного, я окинула горца задумчивым взглядом и не сдержала ухмылки.

– Никак у нашего быка-производителя родительские инстинкты проснулись? – скрещиваю руки на груди.

– Одно мое слово, девочка, и ты отдашься мне прямо на полу этого магазина, – рыкнул горец, делая шаг навстречу.

Игнорю еще один яростный рык Темного, еще одну обжигающую волну гнева, исходящую от Доставалы, и, нагло улыбаясь, делаю точно такой же уверенный шаг по направлению к горцу.

– Одно мое слово, и хозяин прикажет твоему черному сердцу остановиться, – не осталась я в долгу, а потом окончательно обнаглела и съязвила: – Мальчик!

Мужчина сверкнул практически черными глазами без радужки и подозрительно растянул уголок рта, пытаясь скрыть улыбку.

Ох, если Крестный узнает, в каком тоне я разговариваю с горцем, то задаст мне такую взбучку, что все тренировки Быка покажутся легкой прогулкой по морскому пляжу во время вечернего отлива.

– А ты забавная, – протянул невысокий воин, разглядывая меня с интересом антиквара, нашедшего на помойке драгоценную диковинку.

– Слегка размытая характеристика, – дернула я плечом, прислушалась к воплям девчонок в примерочных и поторопила: – Ты ведь пришел не просто так?

– Да, – легкий наклон головы. – Хозяин велел передать тебе кое-что.

Мужчина расстегнул, а затем сбросил на пол свою куртку и принялся закатывать рукав черной облегающей водолазки.

– Оголи правую руку до локтя, – велел он, поглядывая на застывшего за моей спиной Хорста. – И скажи своему любовнику, что тебе ничего не угрожает.

«Любовник» демонстративно прижал меня к себе и склонился к уху:

– Ты очень опечалишься, если я его немножечко убью? – ласково попросил Темный.

Повернув голову, встречаюсь с серыми глазами, скрывающими в себе отнюдь не добрые намерения, и шепчу в ответ:

– Ничего не имею против твоего «немножечко убью», но нехорошо оставлять сына без отца.

На какой-то краткий миг после моих слов объятия из демонстративных превратились в болезненные, а потом Хорст резко выдохнул и выпрямился, одновременно убирая руки с моей талии.

Я перевела взгляд на нетерпеливо ожидающего горца, спохватившись, поспешно стащила свитер, оставшись в рубашке с коротким рукавом, и протянула правую руку.

– Возможно, будет немного щипать, – предупредил житель гор, резко схватив мою руку на изгибе локтя, и притянул к себе.

Я невольно повторила маневр мужчины, обхватывая ладонью его предплечье где-то посередине, и в тот момент, когда мы соприкоснулись кожей, я почувствовала это…

Боль взорвалась сначала на оголенной коже руки, потом просочилась вглубь и стремительно рванула вверх по венам.

Наемников с детства учат принимать боль и абстрагироваться от нее, да и сама я искренне верю, что тренировка, после которой ничего не болит – только без толку потраченное время. Но то, что я почувствовала сейчас, буквально рвало каждую клетку моего тела на куски.