«Эскадрон смерти» из космоса. Звездные каратели - Федор Вихрев

Котинский судорожно вздохнул. Отпустят! Но сразу же в голову пришла мысль — а куда отпустят? Куда идти, что делать?

Собеседник продолжил:

— Однако учитывая государственные интересы СССР, а также руководствуясь необходимостью обеспечить вашу собственную безопасность — а ваши коллеги оставили о себе далеко не самую добрую память, — просто так мы вас отпустить не можем. Вам нужны как минимум документы, новая биография, профессия. Могу предложить несколько вариантов трудоустройства…

— Вы знаете, — перебил Владислав — я хотел бы остаться пилотом робота. Вряд ли у вас много подготовленных кадров в этой области.

— Надо будет — подготовим, — собеседник выглядел откровенно недовольным, что его перебили. — Для этого нужно как минимум быть военнослужащим Советской Армии.

— А если как обычно — по договору найма?

— Наемничество является тяжким уголовным преступлением, причем во всех цивилизованных странах планеты. В нецивилизованные же вас не пустят, да вам и не захочется. Тем более что ваша боевая машина останется в распоряжении СССР как один из трофеев этой короткой войны.

Незнакомец сделал паузу.

— Итак, в густонаселенные районы мы вас отпустить не можем, потому что никакие подписки не оградят от случайных обмолвок, да и ваше бытовое поведение не может не отличаться от привычного в нашем мире. Могу предложить, например, должность лесника под Салехардом. Места там тихие, можно сказать — курортные. Такие тихие, что даже комары не гудят — от скуки дохнут. Или — рыбаком на Баренцевом море. Артель тихая — местные поморы, которые с посторонними дел никаких почти не ведут, и бывшие заключенные, вставшие на путь исправления. Тихие, безопасные места с возможностью надежной охраны.

— А что вы говорили насчет армии?

— Ну, для этого необходимо выполнить ряд условий. Во-первых, написать ходатайство о предоставлении вам гражданства СССР. Затем выразить желание служить в рядах Вооруженных Сил. Пройти первоначальную подготовку, в первую очередь — изучение уставов и наставлений. Принять присягу. Затем — пройти аттестацию на присвоение воинского звания. Достаточно хлопотно, правда? Ну, и каким будет ваше решение?

Котинский представил себя на утлой лодчонке в водах холодного океана в компании угрюмых аборигенов и «бывших» уголовников. Стало невыразимо тоскливо.

— Давайте в армию.

— Отлично! Итак, вот вам образец ходатайства о предоставлении гражданства — перепишите собственноручно. Я обожду.

Больше в этот день Владислава не беспокоили, предоставив время подумать. Наутро его снова вызвал знакомый незнакомец («Диковатый каламбур», — подумал пилот) и, поприветствовав, протянул паспорт.

— Итак, вы — гражданин СССР Владислав Францевич Котинский, одна тысяча девятьсот сорок второго года рождения. Родились на Гродненщине. Вот ваша новая биография, я оставлю для ознакомления. Вот военный билет с отметкой о прохождении срочной службы в качестве механика-водителя танка в шестидесятом — шестьдесят третьем годах. Вот трудовая книжка, согласно которой вы с шестьдесят третьего по семидесятый годы трудились трактористом в леспромхозе в Якутии. Вот профсоюзный билет с отметками об уплате взносов.

Котинский крепко сомневался, что такую груду взаимодополняющих документов могли сделать за ночь, и почувствовал себя… неважно почувствовал. Как обманутая красотка. С другой стороны — не идти же на самом деле трактористом в якутские леса?

— Вот образец рапорта о желании пройти сверхсрочную службу, который сержант Котинский написал на сборах в 1970 году. После принятия вами Воинской Присяги и прохождения аттестации сюда будут добавлены данные о дальнейшем прохождении службы в соответствии с тем званием, которое вам будет присвоено. О, чуть не забыл — ваша медицинская карта.

Ознакомились? Давайте сюда, кроме паспорта, конечно, и биографии. Затем вам будут выданы документы, которые должен иметь советский офицер, остальные — отправятся по месту прохождения службы, для учета и хранения надлежащим образом.

Еще через два месяца старший лейтенант Котинский прибыл на полигон, где хранился и изучался его «Овод». До новоиспеченного офицера доходила информация о неких планах по «модернизации», что вызывало оторопь и опасение. Какая «модернизация» на технологиях тысячелетней давности?! Посмотрим, что тут местные техники сотворили с его роботом.

Солнечная система. Планета Земля. СССР. Где-то под Москвой. 12 февраля 1978 года. 9 часов 05 минут

— Здравствуйте, товарищ Савенков.

— Здравствуйте, э-э-э…

— Я капитан Свиридов, Кирилл Олегович Свиридов. Можете называть меня товарищ капитан. Я ваш куратор. Мне доложили, что вы обучались на техника по обслуживанию шаттлов. Я хочу, чтобы вы дополнительно проанализировали данные из «черных ящиков» обследованного вами челнока и того робота, что стоит у него в трюме. Возьметесь?

— А что надо искать, товарищ капитан?

— Что случилось с ним. С его экипажем. И с роботом в трюме — тоже. Вам все ясно?

— Да, товарищ капитан.

— Отлично. Что вам для этого необходимо?

Последняя запись, сделанная в бортжурнале шаттла класса «Бастион».

«14.02.3015 12.15 Интересно, когда они все-таки проникнут внутрь? После предательства этой… Елены, я думаю, они придут скоро, очень скоро. Надеюсь, что мы успеем уйти достаточно далеко, прежде чем они вскроют шаттл. Я бы с удовольствием поставил его на взлет и подрыв, но нам пришлось отключить центральный комп. Реактор автоматически перешел под управление системы защиты, и она перевела его в режим минимальной выработки энергии. Хватает только на системы жизнеобеспечения. После того, как мы лишились большей части экипажа и техов, для выживших этого хватает с лихвой. Отключить систему защиты означает заглушить реактор, а разогнать его без центрального компа нельзя. Починить же центральный комп без запасных блоков не получится. Мы оказались в ловушке. Этот железный гроб все же доконал нас.

Когда мы сели, на ногах остались только те, кто был пристегнут, — дежурная смена. Эти… туземцы своим обстрелом спровоцировали отказ нескольких систем. Пришлось садиться с обезумевшей системой стабилизации. За те несколько минут, что мы опускались, все незакрепленное оборудование в трюме и каютах летало от одной стенки до другой и от пола до потолка. И люди тоже. После посадки мы неделю отмывали от крови подволоки и переборки. Мы еще на что-то надеемся.

18.02.3015 10.32 Мы знаем, где мы и когда мы. Хотя это знание убило еще уцелевшего — теха Сига. Он сошел с ума и бегал с оружием по коридорам, а потом вышиб себе мозги. Так нас стало одиннадцать. Мы решили не ждать, когда за нами придут.

Уж лучше рискнуть и попытаться уйти, чем сидеть и ждать. Мы выходим завтра, и да поможет нам Бог! А вы, тупые придурки, получите этот кусок железа, который не пойдет даже на металлолом. Даже если вы вытащите его из болота, вам никогда не запустить его реактор до необходимого уровня выработки энергии, а без нее не заработает ни одна система. Даже та „Рапира“, что стоит в трюме, вам не достанется. Даже если вы сумеете вытащить его из трюма, вы не сможете починить его. Вы получите просто кучу высокотехнологического металлолома. Прощайте, тупые дикари!»