Раб из нашего времени. Книга 11. Блуждающий по вселенным - Юрий Иванович

Расчетливо. Но все равно с одним упущением: в данный момент зроаки стояли единой, плотной массой и не знали, что здесь имеется оружие более мощное, чем арбалеты. Конечно, на пятистах метрах стержень из аркабаллисты не нанесет такого урона, как при стрельбе в упор. Но и такой шанс надо использовать немедленно. Позже, по одиночным целям, пойдут в ход луки. А сейчас…

– Начинаю стрельбу! – поставила она в известность напарницу. – И сразу начинай натяжку струны!

Еще прежние иномирцы с печатями неплохо подготовили лагерь к круговой обороне. На проблемных местах устроили небольшие редуты из камней. В двух местах даже скрытные навесы сделали для наблюдателей. Ну и тяжеленные метательные машинки у них стояли на подставках вполне удобно и практично. Впереди сошка, как у пулемета, и под прикладом – легко отводимая в сторону подставка, уместная при работе с воротом. И все они уже смотрели хищно в сторону прибывшей стаи людоедов.

– Хорошо встречать гостей… – декламировала Ивлаева-Герчери, пуская первый стальной стержень, – острой кучей звездюлей! – И, уже бросаясь к третьей машинке, радостно орала: – А получи, фашист, гранату! В печень штык, а в рот – лопату!

Все четыре гостинца нашли свои цели, вызвав настоящую панику среди врагов. Вроде только что стоял организованный, дисциплинированный строй и враз превратился в паникующую, разбегающуюся в стороны толпу. Хотя стоило отдать должное: не все рванули назад, подальше от горы. Два крыла ринулись в стороны, да и авангард, расходясь широкой цепью и разбиваясь на одиночные цели, поскакал к горе.

Зато на месте попаданий осталось биться в агонии несколько лошадей и около пяти тел в специфичных шлемах, предназначенных для широких челюстей. Пятая стрела сбила наземь сразу троих. А вот шестая – пропала втуне.

Да и время пришло браться за луки. Первые шеренги зроаков уже расположились у подножия горы, укрылись щитами и начали постреливать вверх из луков. А некоторые, с веревками и клиньями, сразу начали взбираться по крутому склону. Вот тут и выяснилась самая неприятная деталь ведущейся обороны. Чтобы снять карабкающихся по склону уродов, следовало приподняться, нагнуться над бруствером из камней, и только потом выстрелить. Но при этом вражеские лучники моментально усиливали обстрел из своих луков. При этом еще и остальные вели постоянный навесной огонь по площадке.

Иначе говоря, беззащитная Эмма сразу стала жутко слабым звеном и так короткой цепи защитников. Выпустила два десятка стрел да и получила первое ранение в левый бицепс. Пока отходила назад, подгоняемая жесткой руганью императрицы, вторая стрела оцарапала ей правое бедро. Обернувшаяся на легкий вскрик Мария совсем озверела от раздражения:

– К лестнице! И немедленно себя перевяжи! Нельзя, чтобы по нашим следам поняли, куда мы сделали последний шаг! Как только перевяжешься, уходи!

И уже после этого порезвилась от души. Вуаль Светозарной отражала все вражеские стрелы великолепно. Зато почти каждый выстрел землянки оказывался результативен. Мало того, что вниз стрелять удобнее, так еще и малой толикой силы обладателя Первого Щита лучница пользовалась. Это и меткость улучшало, и пробиваемость увеличивало.

Вначале выбила напрочь тех, кто карабкался по склону. Затем переключилась на уничтожение лучников, упрятавшихся за щитами. Пока зроаки осознавали, что им в данном направлении ничего не светит, кроме смерти, на месте перестрелки осталось около сорока убитых и раненых. И враги отступили. И если бы данный откос был единственным возможным для подъема, Мария могла бы праздновать полную победу. А потом еще определенное время держать врага в напряжении и бессильной ярости.

Но ведь сотни всадников обошли горы и с иных направлений. Чувствуя, что время уходит, Мария поспешила к лестнице в подвал. Там прихватила еще несколько колчанов со стрелами и двинулась к порталу. При этом, особенно на участке за проломом в стене, постаралась замести за собой следы клоком тряпок, намотанных на лук без тетивы. Тщательно проверила, нет ли капель крови на краешке скалы, и лишь потом шагнула в иной мир.

Благодаря Борису, она прекрасно знала устройство данного портала. Шагнешь – и в одном из трех мест иного мира. Шагнет второй человек в течение двух минут, окажется уже в другом месте. Третий, и тоже в этот срок, – в третьем. Но если подождать две минуты, второй человек попадет к первому. И третьему ждать придется две минуты после второго, коль хочет присоединиться к товарищам.

Существовал и более быстрый способ. Два раза шагнуть туда и обратно. А с третьим шагом оказываешься возле ранее ушедшего товарища. Несколько хлопотно, зато можно уложиться в полминуты, если время поджимает, а не ждать целых две.

Так как должное время наверняка прошло, императрица смело шагнула и оказалась возле растерянно осматривающейся Эммы в расчетной точке: на небольшой возвышенности, у подножия которой начинался лес с обитающими в нем разбойниками. Точнее, с недовольными людьми, которые сбегали из городов и пытались бороться против колониального гнета космических завоевателей. Когда-то этой дорогой прошла некая вашшуна, пожившая некоторое время у разбойников, а потом отправленная ими на Дно. Там она тоже отлично выжила и даже смогла вернуться в мир Трех Щитов с каким-то уникальным артефактом.

Так, по крайней мере, рассказывал Борис. Но раз уж ведьма какая-то выжила, чего ей, Ивлаевой-Герчери, в себе сомневаться? Потому что карабкаться по колодцам наверх, а потом пробираться в город мимо механических стражей вообще внапряг получалось. А тут природа, лес красивый, простор кругом и… растерянная коза-дереза! Даже лука с собой не взяла! И что с того, что раненая и бледная? И что с того, что в положении…

Стоило только вспомнить о беременности, как пришла волна смирения и сочувствия.

– Ты как себя чувствуешь?

– Нормально. Только тут как-то жарко и душно…

– Ну да, солнце здесь еще и вредное, – спохватилась Мария. – Топаем в лес, в тенек. А уже там разберемся, куда дальше отправимся.

Они стали спускаться с холма по его пологому склону, но Эмму прорвало на вопросы:

– А что это за мир? И почему в его недрах другой мир? И почему тот называется Дно? И как мы будем домой добираться?

На каждый приходилось отзываться несколькими предложениями. Но вот отвечая на последний вопрос, опять не удалось удержаться от раздражения:

– Долго! – А как тут не злиться? Стоило представить дальнюю дорогу, как становилось дурно и хотелось кого-то побить, срывая зло. Невольную попутчицу – нельзя! Зроака в пределах видимости тоже не наблюдается. Кречи бы подстрелить? Так этой мрази в здешнем мире не водится.

А вот разбойники…

Стоило лишь подумать об оных, а они тут как тут. Из-за ствола толстенного дерева выскочил молодой лоботряс лет двадцати и, натягивая лук со стрелой, гаркнул:

– Стоять, милашки! Как вы вовремя появились-то! Совсем скука заела, и позабавиться не с кем… Эй! Сели на землю и руки за голову! Бросай лук! Тебе говорю, смазливая: бросай!