Дар Шаванахолы. История, рассказанная сэром Максом из Ехо - Макс Фрай

— Вот прямо сейчас? — всполошилась Хелви.

— Каким именно образом? — строго спросила Хейлах.

— Прямо сейчас, — кивнул я. — Зато способ, по идее, должен вам понравиться. Перед вами леди Гледди Ачимурри, наследница сокровищ Тубы Банцбаха…

— Мы знаем, — хором сказали сестрички.

— Мы уже давно знакомы, — улыбнулась леди Гледди. — К сожалению, не так близко, как мне хотелось бы. Рада возможности это исправить.

— Совсем хорошо, — обрадовался я. — Так вот, девочки. С этой минуты леди Гледди — ваша гостья. Вы, царицы Хенха, официально пригласили ее пожить в нашем доме.

— И сами не заметили, — прыснула Хелви.

— Если нужно, я могу составить письменное приглашение и подписать его задним числом, — предложила сообразительная Хейлах.

— Так и сделай. Не помешает. И пусть леди Гледди устраивается, выбирает себе комнаты, заказывает еду, посылает кого-нибудь домой за вещами, вызывает сюда своих слуг, если они ей нужны, и так далее. Развлечения — на ваше общее усмотрение. За одним исключением: выходить из дома леди Гледди пока не стоит. Особенно в сопровождении полицейских. Тем более, кого-нибудь из моих коллег. Сэра Кофу вообще к ней близко не подпускайте, даже если станет петь любовные песни под ее окнами.

— В леди Гледди влюбился сэр Кофа? — Хелви прижала ладони к щекам. — И теперь собирается ее похитить?

— Что-то вроде того, — вздохнул я. — Ничего, авось передумает. А пока не забывайте, что вы — царицы и леди Гледди — ваша официальная гостья. Причем со вчерашнего дня. И тогда все будет хорошо.

— Спасибо, — хором сказала вся троица.

— За помощь, — добавила леди Гледди Ачимури.

— За такую прекрасную гостью! — воскликнула Хелви.

«За доверие», — подумала Хейлах. Но вслух говорить не стала.

Я оставил их и отправился в подвал. Потому что, даже будь у сногсшибательной леди Гледди Ачимурри дюжина сестер-близнецов и вплети они в свои разноцветные косы поющий Умпонский мох и живых арварохских хубов, им все равно не удалось бы отвлечь меня от главного дела жизни. То есть от Шурфа Лонли-Локли, сидевшего сейчас в Незримой Библиотеке, под завязку набитого новыми знаниями и, возможно, ответами на некоторые мои вопросы. И, кстати, ничего не жравшего как минимум со вчерашнего вечера. Даже если у библиотекарей-призраков припасены какие-нибудь специальные незримые бутерброды, вряд ли это подходящая пища для живых людей. Поэтому я прихватил с собой кувшин камры и единственный несладкий пирог, каким-то чудом оказавшийся на столе.

В подвале было сумрачно, тихо и пустынно. И, как назло, ни одного призрака. Даже мой добрый приятель Гюлли Ультеой не спешил мне навстречу. Еще бы, подумал я, у них теперь есть идеальный читатель, воплощенная мечта любого библиотекаря, живого или мертвого. Зачем отвлекаться на всяких проходимцев.

Однако оставлять все как есть я не собирался. Если уж явился сюда с миллионом вопросов в голове и пирогом за пазухой, назад не поверну.

— Эй, я тут! — громко крикнул я.

Ответом мне было гробовое молчание.

«Хорошенькое дело, — подумал я. — Получается, заклинание надо вспоминать? Этого… ну как его… Куэйи Ахола. Ох, оно же длиннющее такое! И даже если действительно само себя произносит, начать-то с чего-то все равно надо…»

Впрочем, вместо первых слов заклинания я вспомнил о существовании Безмолвной речи. Что в данном случае было гораздо полезней. Я послал Шурфу зов и начал с довольно бестактного вопроса:

«Ты еще хоть где-нибудь есть?»

«Безусловно, — тут же ответил он. — А почему ты сомневаешься?»

«Потому что я пришел в подвал. И никто не бежит мне навстречу, радостно размахивая руками».

— Прости, Макс, — сказал он, как ни в чем не бывало выходя из совершенно гладкой стены. — Я, как мне свойственно, несколько увлекся чтением. И, боюсь, господа библиотекари заразились моим энтузиазмом. А что, уже утро?

Этот вопрос меня натурально убил. Никогда прежде я не встречал человека с таким безукоризненным чувством времени, как у Лонли-Локли. Он в любой момент мог сказать, который час, с точностью до минуты, не потрудившись даже покоситься на хронометр. И тут вдруг — «а уже утро?» В полдень-то.

— Утро уже закончилось, — сказал я. — И чтобы отпраздновать это выдающееся событие, я принес тебе пожрать.

Некоторое время сэр Шурф внимательно меня разглядывал. Потом перевел взгляд на пирог. И снова на меня. Словно бы пытался сообразить, что за странную штуку сует ему этот смутно знакомый человек, возможно, бывший одноклассник. И как в этой связи следует поступить.

В конце концов у меня не выдержали нервы.

— Привет! — я помахал ему рукой. — Вижу тебя как наяву. Меня зовут Макс. Мы с тобой вместе работаем в Тайном Сыске. Это такая смешная благотворительная организация; впрочем, там очень неплохо платят. А это пирог. Его едят. В себя, ртом. Рот — это такая дырка в голове…

— Спасибо, я знаю, — вежливо сказал сэр Шурф.

Я умолк. Он еще какое-то время разглядывал нас с пирогом. Наконец спросил:

— Я правильно понимаю, что ты принес мне поесть?

— И попить, — вздохнул я, вручая ему кувшин с камрой. — Хотя, похоже, надо было захватить чего-нибудь покрепче.

— Нет-нет, не беспокойся, ничего больше не нужно, — торопливо сказал он. И, помолчав, добавил: — Просто ты опять очень меня удивил. Никому другому даже не пришло бы в голову приносить мне еду. Я — не тот человек, которого следует опекать. Любому очевидно, что я вполне способен о себе позаботиться, равно как и обходиться без пищи сколь угодно долго, не делая из этого трагедии.

— Ни на миг не сомневаюсь. С другой стороны, зачем без нее обходиться, если уж я все равно мимо шел. И совершенно случайно нес с собой пирог и камру. Такое, понимаешь, счастливое стечение обстоятельств, ну.

Он только головой покачал. Взял у меня пирог и кувшин, огляделся, как я понимаю, в поисках стула и стола; не обнаружив никакой мебели, кроме книжных стеллажей, уселся на пол. А я устроился рядом.

— В последнее время ты делаешь мне такие невероятные подарки, что я уже бросил придумывать способы достойно тебя отблагодарить. Все равно их не существует, — сказал Лонли-Локли, оперативно умяв добрую половину угощения. — А теперь еще этот пирог. Как вовремя ты его, оказывается, принес. Я и вчера-то только позавтракал, потом не до еды было… Давно же со мной такого не случалось — зачитаться и забыть обо всем на свете. В юности, конечно, постоянно, но с тех пор прошло полторы сотни лет.

— Неплохой срок, — заметил я. — По-моему, самое время немного расслабиться. А что касается способов достойно меня отблагодарить, один тебе отлично известен. Пожалуйста, поговори со мной о Мирах Мертвого Морока. Просто скажи, что ты об этом думаешь. Потому что с того момента, как я о них узнал, мне нет покоя. Очень хочется, чтобы пришел кто-нибудь умный и объяснил, что все в порядке. Ну, или не в порядке. Но чтобы объяснил. Слова меня обычно успокаивают, ты знаешь.