2024-й - Юрий Никитин

Он размешал, отхлебнул и впервые усмехнулся, коротко ирезко, словно предостерегающе показал зубы хищника и тут же спрятал.

— Владимир, вы хорошо сказали.

— Что?

— «Им», — ответил он. — А могли бы «нам».

Я развел руками:

— Ну, если честно, то я одной ногой и там.

— Но основной вес у вас на этой ноге, — отрубилон. — А что раздвоение, так интеллигент, понятно. Исследованияпродолжаются только в тех странах, где хоть и делают вид, что все творится поволе народа, но ведут страну туда, куда надо, а не куда это быдло хочет. У наснемного проще с законами. Мы увидели, что нам нужно догонять развитые страны,потому слегка ослабили запреты. И один из них нам особенно важен…

Я понял по его лицу, что он хотел сказать, но замолчал,чтобы это сказал я. Еще одна проверка, ему надо знать, на какой ступени ясейчас.

— Вообще-то, — сказал я осторожно, — вобласти секса свободнее всего азиатские страны. В Японии и Корее уже половинаигр посвящена полностью сексуальным отношениям…

Он быстро, почти обжигаясь, выпил кофе и посмотрел накофейник. Я торопливо налил еще, а он потянулся к сахарнице.

— В Таиланде, — сказал он, наблюдая за пахучейкоричневой струей, что красиво изогнулась, падая в его чашку, — и Малайзиивообще процветает даже подростковый секс! Но у них традиции, к сексу другоеотношение, а я говорю про европейские страны. Все-таки ведем человечество мы, ав Азии и на Востоке только тиражируют то, что создаем. Потому так важно вестиправильно. Европа все еще пуританский континент, несмотря на все эти фестивалитоплес или раздуваемую моду на промискуитет. А правильно в моем понимании — этовсе больше и больше честности.

Я умолк, несколько ошарашенный, все-таки от жесткогобизнесмена слышать о честности как-то непривычно. Хотя, конечно, прекрасно быжить в мире честных людей, а возможность обманывать оставить только за собой.

— Наша байма, — продолжал он, — это честныйвзгляд. Без ханжества. В ней сексу уделено места даже меньше, чем занимает врилайфе.

Я сказал со вздохом:

— Вы уже знаете реакцию нашего общества. Мало того, чтоувольнялись, как я уже сказал. Так еще и по сети поползли слухи. На бета-тестподало заявок народу больше, чем играет в Варкрафт!.. Я как почитал на форумах,чего ждут, волосы дыбом встали. Уже слюни у всех текут, слухи ползут всякиегадкие… Скорее бы запустить, чтобы народ успокоился.

— Но ведь все готово? — спросил он. — Серверакуплены и настроены? Что вам еще? Что-то не отлажено?

— Да, — ответил я, — но это что-то выяснитсяв тесте. Думаю, после него понадобится не больше одного-двух месяцев, чтобыисправить замеченные баги.

— Покажите, — велел он.

Странное ощущение, когда идешь по виртуальной Москве: экранна всю стену, здания, улица с проносящимися автомобилями, небо над головой —все не просто реально, а даже реальнее, чем в rl, в том смысле, что здесь миркрасочнее, ярче, интереснее.

Корневицкий быстро создал себе аватару, хотя у него их уженесколько десятков, но всякий раз придирчиво тестит новые фичи, ввел встартовую локацию, у нас это вокзалы, а оттуда с рюкзаком гастарбайтера вышелна городскую площадь.

Мужчины у нас мужественнее, а женщины настолько женственны,что я не раз видел, как наши ребята играют женскими персонажами. Впрочем, это ив старых играх бывало, но у нас вообще…

— Класс, — сказал он, не отрывая взгляда отэкрана. — Вы молодцы. Пока другие стараются добиться еще большейреалистичности, у вас хватило отваги сделать следующий шаг…

— Сделали, — ответил я честно, — и самибоимся этого Франкенштейна.

— Это понятно, — отмахнулся он. — Когдачеловек старых взглядов делает настолько радикально новое… все мировоззрениелетит к черту!.. До этого мига мы старались только восполнить с помощью техникито, в чем нас обделила природа. Стать сильнее слонов, видеть зорче орлов, житьдольше галапагосских черепах… А сейчас пришло время сделать весь мир лучше. Выпонимаете, что вы сделали?

Я понимал, конечно, но, когда он так спросил, я ощутил, чточего-то недопонимаю, и посмотрел на него с вопросом в глазах.

— Что?

Он оглянулся, в прищуренных глазах искрился злой смех.

— Пока другие девелоперы строят миры, — сказал онраздельно, — подстраивая под реальный, вы создали такой vw, что теперь ужереальный нужно будет подстраивать под наш!

Я пробормотал ошарашенно:

— Не слишком ли круто?

— Не всегда, — сказал он, — всегда действовална людей!.. Хорошая песня может выдавить слезу из твердокаменного, а трусазаставить броситься на врага. Несуществующий, а говоря современным языком,виртуальный Павка Корчагин менял вполне реальных людей… а у вас оружиепомощнее, ребята!

— У нас, — поправил я.

— У нас, — повторил он с удовольствием. —Все-таки я молодец!.. Умница. Другие не видели, а я рассмотрел в вас такиевозможности!.. Нет, меня не зря иногда просто раздувает, как большую старуюжабу. Нет, как аэростат!

Он быстро и умело работал манипулятором и горячими клавишамиразом, взгляд не отрывался от фигурок на экране. Мне казалось, что он на глазахраспухает от гордости, сытый и довольный, как кот, укравший из погреба кувшинсо сметаной. Даже два кувшина.

В день открытия бета-теста желающих нахлынуло столько, чторухнул, не выдержав нагрузки, первый сервер, за ним и второй. На третийвыстроилась очередь на вход. Мы поспешно подключили четвертый и пятый, аКорневицкому слезно взмолились, чтобы закупил еще не меньше трех.

Мы с Тимуром и Романом остались ночевать в офисе, остальныемониторили с удаленных компов. Теперь программный код надежно закрыт, в инетможно входить свободно, хотя от нас пересылать информацию пока что нельзя, исорок человек поддерживали байму снаружи, а еще пятьдесят рассыпались полокациям гээмами.

— Сколько народу, — простонал Тимур. — Чтоони ждут, что они хотят увидеть?..

— Понятно, чего, — ответил Роман злорадно.

— Но мы же сто раз сообщали в анонсах, — сказалТимур тоскливо, — трахаться можно только взрослым! Это значит, не нижесорокового левла!.. А за время бета-теста вряд ли выйдут за пределы десятого…

— Но надеяться-то можно? — ответил Роман. —Кроме того, с двадцатого уже доступны поцелуи, а с тридцатого — петтинг. Шансесть.

— Как?

— Если группой начнут прокачивать одного, —объяснил Роман. — Чтобы посмотреть, как реализован интим. Это для насважнее стресс-тест и крэш-тест, а им подай совокупление…

…Два месяца мы не вылезали из баймы, работая там гээмами,объясняли, спасали, исправляли, гасили конфликты и недовольство, некоторые багиухитрялись исправлять на ходу, все остальное накапливалось, чтобы послеокончания теста мы могли засесть без перерывов на перекуры и выходных.