Чужое наследие - Вячеслав Шалыгин

Вдруг нож отлетел в сторону, а Щукин вскрикнул и завалился на бок. Шура сначала ничего не поняла, но, услышав рычание и звуки борьбы, она догадалась. Барт! Верный пес очнулся от действия парализующего заряда и, отмахав десять километров, разыскал хозяйку! Шура на миг приподняла голову. Барт намертво вцепился Щукину в запястье, и чужак никак не мог от него избавиться.

– Убейте эту тварь! – заорал Щукин.

Один из охранников наконец выбрал момент и выстрелил. Собака заскулила. Солдат выстрелил еще раз. Шура услышала глухие шлепки и звук царапающих о камень когтей. Она вновь приподняла голову и взглянула на место схватки. Щукин сидел метрах в трех, негромко ругаясь и баюкая прокушенную руку. Барт бился в агонии. Первым выстрелом ему вынесло кусок шеи, а вторым вспороло живот. Из огромной раны вывалились кишки. Лапы собаки дергались, будто она неслась куда-то во всю прыть. Широкая кровавая полоса показывала, сколько Щукину пришлось тащить за собой уже погибающего, но не разжавшего хватку пса. Девушка снова уронила голову. Слезы полились из глаз Шурочки двумя ручьями.

– Э-э… – послышалось откуда-то из-за спины стрелявшего охранника. – Извините, что прерываю… Господин Щукин, есть сигнал.

– Все-таки пустота там была? – Инквизитор Щукин обернулся. – Что же ты морочил мне голову, Невхор?!

– Не совсем так, – подобострастным тоном ответил восточного вида человечек с каким-то портативным прибором в руках. – Когда мы сканировали эту гору в первый раз, в ней не было никаких пустот, клянусь тенью Великого Сунджи! Но теперь горный эхоскан показывает… образование крупной полости.

– Образование? – Щукин нашарил в пыли свой кинжал, встал и сунул оружие в ножны. – Ты хочешь сказать, что эта… полость образуется прямо сейчас?

– Убедитесь сами, мой господин, – Невхор с поклоном подал ему приборчик.

Щукин как ни в чем не бывало взял приборчик раненой рукой. Странно… Когда Барт сомкнул челюсти, Шуре показалось, что в предплечье палача даже что-то хрустнуло. Ну кровь-то была, это точно. Неужели так быстро все зажило? И кости срослись? Мистика какая-то. Может, он того… один из тех существ, один из порождений многомерной реальности, о которых после Катастрофы-Метаморфозы писали все гиперсетевые издания? Правда, кроме Великого Князя и его адъютанта, этих демонов мало кто видел… Но ведь Саша это подтвердил, а не верить лейтенанту Горохову оснований нет. Раз он говорит, что такие демоны бывают, значит, это правда. Вот ведь угораздило попасть в когти одному из них! Шуре стало совсем тоскливо. Барт пожертвовал собой напрасно. Отсрочка ничего не даст. Если этот многомерный маньяк решил убить, он убьет. Да так, что еще и Шуриной душе не поздоровится. Использует, сволочь, в каком-нибудь сатанинском обряде – и крышка бессмертной субстанции. Автоматически – вечные муки, ну, или скитания по Грации в виде печального призрака.

Щукин несколько минут неотрывно смотрел на экран, затем хмыкнул и вернул прибор помощнику.

– Размеры и форма те же, – он удовлетворенно потер ладони. – Хвала Высшему, кажется, он сумел исправить хотя бы этот сбой в Первополе.

– Да-да, хвала Сундже, – согласился Невхор. – Первому сеятелю на поле жизни…

– Тебя кто-то спросил? – Щукин бросил на него презрительный взгляд. – Прикажи всем отойти к кораблю. Скоро здесь кое-что произойдет.

– Откроется пещера? – догадался Невхор. – Мы станем свидетелями чуда?!

– А-а, – Щукин поморщился и пошел вниз по склону, к своему космолету.

– А что делать с этими? – Невхор похотливо взглянул на полураздетую Шуру.

– Придержите их пока. Когда вновь откроется пещера, они войдут первыми. На всякий случай.

Невхор кивнул солдатам. Они быстро выдернули из скалы гвозди и оттащили бесчувственного Краузе на несколько шагов в сторону от предполагаемого входа в пещеру. Шура добралась туда сама. Она оторвала от своей рубашки рукава и перевязала Альфреду кисти. Для себя у нее в кармане джинсов нашлась прокладка. Такая вот полезная привычка носить с собой «НЗ». Шура прижала ее к ране на груди и уселась рядом с шефом. Ждать загадочного события, похоже, оставалось недолго. Но это не утешало. Перспектива сгинуть в пещере, как Павел Германович и ребята, выглядела ничуть не предпочтительнее смерти от ножа этого маньяка Щукина…

…Вход в пещеру «протаивал» в скале, будто она состояла не из камня, а из весеннего льда. Он стал уже достаточно широким, чтобы прошел человек, но процесс не останавливался. Ергелан наблюдал за странным событием, находясь на борту своего флагмана. Он сидел в просторной кают-компании во главе длинного стола, за которым расположились почти все представители потенциальных союзников-колонистов. Не хватало лишь Бородача. Все, что происходило на Грации, транслировалось прямо на огромный экран, занявший всю стену напротив Тирана. Естественно, колонистам не сообщали о причинах полуторачасовой задержки начала шоу. Но землян эта пауза, похоже, не смутила. Видимо, ничего непривычного в проволочке они не видели. Безликий аргумент «по техническим причинам» их вполне устроил. И слава Сундже, что они такие легковерные. Ергелан вновь взглянул на экран. Кажется, вход в пещеру наконец-то принял положенные размеры и очертания и перестал увеличиваться. Перед ним тотчас замелькали фигуры солдат. Четверо из них крепко ухватили под локти каких-то двоих пленников и поволокли внутрь открывшегося грота. Чем это закончилось, Тиран не увидел. На переднем плане появился «комментатор». Наконец-то начавшийся репортаж вел сам Щукин. Он стоял метрах в десяти от пещеры и загадочно ухмылялся.

– Все в сборе? – Щукин обвел взглядом собравшихся, словно присутствовал в кают-компании, а не стоял на поверхности планеты за тысячи километров от висящего в космосе флагмана. – Я вижу, пустует кресло князя Бородача?

– Он пока не принял нашего предложения, – как и было оговорено заранее, подыграл ему Ергелан. – Князь не верит в силу Галактического Правительства.

– Или не хочет поверить? – Щукин хитро прищурился. – Господин бургомистр, Вальтер, дружище, что вы об этом думаете?

– Мои сомнения вы пока тоже не развеяли, господин Щукин, – от панибратского обращения Вальтера немного передернуло. – Думаю, выражу всеобщее мнение, что, откликнувшись на любезное приглашение Великого Тирана, мы продемонстрировали пока лишь глубокое уважение Правителю Тирании Чин. О присоединении к вашей коалиции речь пока не идет.

– Мне нравятся ваши «пока», – удовлетворенно произнес Щукин. – Они означают, что вы открыты для восприятия аргументов. Хотя, по-моему, аргументов было достаточно и до сего момента.

– Ваши усилия не принесли желаемого результата, – заметил представитель Колонии Старт.

– Опять же – «пока», – спокойно возразил Щукин.

– А еще вы так и не переубедили князя Бородача, – добавил представитель Медеи. – А его армия является значительной силой, и с ней…

– Постойте, мастер Толстов, – прервал его Щукин. – Армия князя больше не является его преимуществом. Скоро у нас появится войско более сильное, чем у Бородача. А если вас смущает его необъяснимое упрямство… Смею заверить, все как раз наоборот – оно вполне объяснимо. Причины несговорчивости князя исключительно личные.