Лекарь короля драконов - Александра Кузнецова

суженого, я увидела лишь болотного кикимора, вернее злую кикимору с диковатыми зелеными глазами.

— Там только нечисть какая-то, — фыркнула я.

Мира заглянула в шар и рассмеялась:

— Это отражение твое! Сколько раз говорила, надобно прилично выглядеть…

И правда, то, что я приняла за кикимору, было моим отражением. Зеленое лицо, палки в волосах, вперемешку с грязью, прилипшее сено на затылке, которое могло и за шляпку сойти. Возможно, поэтому мой загадочный пациент так на меня смотрел.

— Тьфу ты, — сказала я, возвращая шар Агате, — нет там ничего. Дамы, уговор исполнен. Я посмотрела как обещала, а теперь прошу по домам. Чтобы я до завтра вас не видела.

Агата поджала губы, посмотрела на меня недовольно, но послушалась, увлекая Миру за собой. Ну и хорошо. Конечно, они подумали, что я ничего не понимаю в мужчинах и счастье своего не вижу, но просто они кое-чего обо мне не знают. Не будет у меня никакого суженного, и черт с этим. Это невозможно.

Инстинктивно я проверила закрыто ли запястье. Закрыто. Кожаный наруч со шлейками для флаконов надежно прятал татуировку обручения. Как профессиональный лекарь с Даром оказался в болотной деревушке с названием Могильник?

А потому что мне здесь самое место.

Глава 2.4

Я наскоро затопила баню, бросая дрова в топку и раздувая огонь. Убедившись, что пламя разгорелось достаточно, я закрыла заслонку и начала раскладывать свои вещи. Из залитых грязью кармашков юбки я доставала бутылочки с зельями, баночки и прочие принадлежности. Мои ножницы для толстых стеблей, острое лезвие, чтобы срезать кору, два грибных ножа, свисток, огниво, мятный леденец, кусочек соли, моток лески, лупу.

Я не любила нарядные женские платья за то, что в них не было ни одного кармана. Ни одного! Считалось, что даме достаточно маленькой модной сумочке, болтающейся на запястье.

Мне бы, наверное, подошел самоходный дом на колесах. Вот только по лесам и болотам он не проедет. А жаль.

Вода в котле закипела, и я осторожно залила её в деревянную бадью, добавив туда связку трав. Запахи наполняли баню, создавая успокаивающую атмосферу. Я наконец-то начала чувствовать, как напряжение понемногу отпускает.

С трудом сняв свои грязные, затвердевшие юбки, я с трудом отлепила их от тела. Грязь трескалась и осыпалась на пол, и я почувствовала, как кожа начинает дышать. Я нырнула в горячую воду, чувствуя, как тепло обволакивает меня, смывая усталость и грязь.

Усевшись поудобнее, я начала осторожно вынимать ветки и листья из рыжих, почти огненных волос. Каждый запутавшийся сучок приносил боль, но я терпеливо продолжала, пока не избавилась от всех. Грязь и листья я вылавливала и выбрасывала на пол. На запястье оставался наруч, который я старалась не снимать никогда. Под него забилась грязь, и она засохла, кожа чесалась. Иногда нужно смотреть боли в глаза. Я глубоко вздохнула и потянула зубами за узел, распуская шнуровку наруча. Молочно-белая кожа под ним покраснела, отчего выцветшая татуировка обручения стала заметнее.

Безотчётно я провела по ней пальцами, и в ушах прозвучал голос Виктора: «Эй, веснушка». Это воспоминание было настолько живым, что на мгновение мне показалось, будто он снова рядом. Сердце сжалось от боли и тоски. Когда-то его голос был частью каждого моего дня, а теперь это лишь эхо из прошлого.

Я вспомнила его голубые, как летнее небо, глаза и светлые волосы, которые всегда были слегка растрёпаны. Его утончённость, манеры, лёгкую улыбку на губах. Она могла растопить любое сердце, и как часто она принадлежала мне. Мне одной.

Наши тайные встречи в библиотеке и поиски запретных книг, летний бал, на котором он танцевал только со мной, на зависть всем девчонкам. Он был моим, я его.

Чертова война! Ненавижу людей с оружием, ненавижу аристократов, ненавижу чертовых драконов. Но больше всего ненавижу Виктора за то, что он ушел защищать наши земли от крылатых узурпаторов. Дурак! Земли на месте, вот они, а Виктора больше нет.

Я почувствовала, как слёзы начинают катиться по щекам. Воспоминания о нём всегда вызывали во мне бурю эмоций — любовь, гнев, горечь и тоску. Но я не могла позволить себе утонуть в этих чувствах. Я вытерла слёзы, глубоко вздохнула.

Нужно жить дальше, минута за минутой, день за днем. Пусть иногда жизнь кажется пустой, бессмысленной, невыносимой, как сейчас, но я спасаю других. Тех, для кого счастье еще возможно, и это благородно. Это то, чему нас учили.

Я опустилась в воду с головой, давая себе обещание, что когда вынырну, не буду больше думать о грустном. Есть здесь и сейчас. У меня есть пациент и нужно работать.

Я вынырнула, смыла с волос остатки грязи и выбралась из кадки. Что ж, уже намного лучше. В животе заурчало, как назло, в погребе было пусто. Я собиралась обменять у рыбаков травы на угря, но все вылетело из головы из-за незнакомца.

И вообще, что голый мужчина делал посреди болота? Может быть, скинул одежду, тянущую обратно в топь? Всю, что ли? Даже белья не оставил?

В голове прояснилось, и тут же начали возникать вопросы. Я вылезла из кадки, вся в раздумьях, промокнула волосы полотенцем и накинула на голое тело простыню.

Ничего, завтра к обеду найденыш проспится, и я устрою ему допрос с пристрастием, а пока следовало бы сосредоточиться на поиске еды. Не может быть, чтобы в доме не было ничего съедобного.

Я бросила юбки отмокать в кадку, забрала содержимое карманов и пошла домой.

* * *

Через час пришлось признать: дома есть нечего. Последняя надежда на сердобольных кумушек, которые могли ослушаться и принести чего-нибудь вкусненького обнаженному красавчику.

Я рассудила так: он на ужин неспособен, а чего еде даром пропадать. И вообще, когда твой лекарь сыт — лечение идет лучше.

Наскоро расчесав подсохшие волосы, я накинула на себя чистую нижнюю рубаху и босяком пошлепала к навесу.

К вечеру по обыкновению поднимался легкий ветерок, так что за колыхающимися простынями я не сразу заметила большую проблему. А вернее, отсутствие большой проблемы. Голый пациент исчез! — Он что, сбежал?!

Глава 3.1

Я заметила следы босых ног, ведущие в сторону дороги. Выбежав на дорогу, я остановилась, пытаясь разглядеть его в сгущающемся тумане, но тщетно. Он становился всё гуще, скрывая всё вокруг.

— Туман! — выдохнула я и метнулась обратно в дом. Я влезла впервое попавшееся платье, натянула сапоги на босу ногу, схваила нож, посох и побежала по следам.

Они вели в сторону болота, но не той