Железный волк - Сири Петтерсен

Юва слышала, как он возится там, и смотрела на языки пламени. Красный дождь сыпался на чёрную каминную решётку, она ощущала тепло и свободу, но чувство опасности не покидало её.

Рюген вернулся с новой бутылкой вина и сел рядом с ней.

– Чувствовать их. Рассказывай.

Юва повернулась к нему.

– Как в сказке о сестрицах и волке. Ты наверняка её слышал. Все её слышали.

Рюген протянул ей бутылку. Она отпила вина, а он запустил пальцы в её волосы.

– Может, мне просто нравится слушать твой голос…

Юва сделала вид, что не услышала его слов, но склонилась ближе к нему.

– Три сестрицы отправились охотиться на волка и поймали дьявола в волчьей шкуре. Он пообещал, что, если они отпустят его, он отблагодарит их и подарит им способность всегда знать, где он находится. Где находятся смерть и зло. Сестрицам больше никогда не придётся гадать, кто желает им зла, они будут знать это наверняка. И они согласились.

Рюген лениво улыбнулся.

– Я бы так не поступил. Гораздо лучше ничего не знать.

– Послушай. Сестрицы согласились. Он дал им выпить своей крови, и у них появилась способность видеть. Они стали первыми чтицами крови.

– Но… Разве они не умерли?

– Да, две из них. Одна увидела, что сама является злом, и лишила себя жизни. Другая увидела, что злом был мужчина, которого она любила, и тот убил её, когда она на него набросилась. А третья сестра увидела, что дьявол повсюду. Что все могут поступать плохо. Она выжила, и с тех пор чтицы крови всегда знают, где дьявол.

– А вардари – это зло, которое ты можешь чувствовать, потому что ты из рода чтиц крови?

Юва пожала плечами.

– Не я написала сказку.

Рюген склонился к ней. Его полный желания взгляд был затуманен вином.

– Может быть, это когда-то было правдой и стало правдой вновь. Я говорю о способности замечать их. И это не самое странное из всего, что случилось. Только подумай о той башне в круге Наклы, которая ни с того ни с сего заработала. На самом деле между землёй и небом есть много такого, о чём мы даже не догадываемся, Юва. И что? Сегодня первый солнечный день – давай будем просто жить и наслаждаться?

Она знала, к чему он клонит, но сопротивляться не было сил. Он был прав. Почему бы просто не наслаждаться, если мир всё равно катится в Друкну?

Рюген коснулся губами её губ легко и испытующе. Её мучило, что она готова сдаться, но надеялась, что он по меньшей мере сделает всё хорошо. В его поцелуе не чувствовалось нажима, как будто кто-то научил его, что надо быть мягким.

Юва оттолкнула Рюгена от себя и повалила на спину. Уселась на него и подарила поцелуй, какой хотела бы получить от него. Ей хотелось, чтобы он стал Витниром, волком из божественного учения, но он не станет, если она не потребует.

Мгновенную и твёрдую реакцию Рюгена она ощутила низом живота. Её язык скользил по его зубам, и она могла поклясться, что один из них зашатался.

Юва села и уставилась на Рюгена. Он улыбался, как будто это часть игры. В её голове искрами вспыхивали тысячи мыслей, которые собирались в пожар. Он был кровеедом – может, им и остался. Он пришёл к ней, потому что отчаянно нуждался в помощи и не мог объяснить, что случилось. Он хватался от боли за челюсть. А теперь у него зашатался зуб?

Рюген болен волчьей хворью!

Он попытался повалить её, но она встала и отошла в сторону. В её голове появилась тысяча объяснений, одно другого бесполезнее.

Может, он сам об этом не знал? Да нет. Конечно, знал – как можно не понимать, что у тебя вот-вот выпадут клыки? А может, зуб зашатался после какой-нибудь драки? Отец выбил Броддмару минимум шесть зубов.

Рюген приподнялся на локтях и недоуменно посмотрел на Юву. Надо было выиграть время, чтобы решить, стоит ли задать ему прямой вопрос.

– Принеси ещё бутылочку, – сказала она.

Рюген встал на ноги и посмотрел на неё. На миг ей показалось, что он сейчас разозлится, но он подыграл ей и отправился на кухню.

Петли входной двери заскрипели под порывом ветра. В зал вошёл Броддмар, за ним тащился Скарр. Броддмар снял красную маску и посмотрел на Юву взглядом, которого она никогда раньше не видела. Стальной взгляд говорил, что он вот-вот сломается. Его бледное лицо осунулось. На верхней губе, в том месте, где недоставало зубов, появилась стариковская впадина.

– Юфа…

Он подошёл к ней, обнял и крепко сжал. Юва почувствовала себя такой неустойчивой, что ей показалось, если он разожмёт объятия, она упадёт. Она поняла, что произошло что-то ужасное, но не могла вымолвить ни слова.

Из кухни показался Рюген. Он глухо вскрикнул и выронил бутылку с вином. Бутылка покатилась по полу, из неё полилось вино.

Сквозь туман дикого неприкрытого ужаса Юва поняла, что Рюген всё знал. Он знал, что болен волчьей хворью, и думал, что кровопускатель явился за ним. Но Броддмар даже не взглянул на него.

Дело было не в Рюгене. Дело было в совершенно ином, и Юва боялась, что знает, в чём именно. Она схватила куртку и побежала.

Юва расталкивала людей, но времени извиняться у неё не было. Она неслась так, что куртка развевалась по ветру. Красные фонари кровавыми жемчужинами раскачивались над праздничной толпой.

Она в два прыжка преодолела лестницу и рванула чугунную дверь, которая никогда не казалась тяжелее. Совершенно незнакомый человек стоял с другой стороны, преграждая ей путь. Гора, а не человек – бородатый, одетый в чёрное, с кругом из белых точек на груди. Страж врат. Пучина Друкны, страж врат здесь, в её доме!

Он взял её за руку.

– Прощу прощения, никому нельзя…

– Пусти меня, я здесь живу!

Юва ворвалась в зал не слушая, что у неё за спиной кричит страж. Гомм рыдал на скелетоподобной скамье, где сегодня утром она разговаривала с Огни. Он разговаривал с двумя стражами врат, сидевшими по обе стороны от него. Можно было подумать, они боялись, что повар сбежит.

Дом кишел стражами. Одетые в чёрное мужчины и женщины в грязных сапогах входили и выходили из комнат. Один из них внимательно осматривал полку с диковинками. Он взял кувшин с зубами и огляделся по сторонам, как будто оказался в Друкне.

Кожу Ювы стало покалывать, словно в неё воткнули миллионы крошечных иголок, и от каждого укола ей делалось всё страшнее.

Под галереей в камине пылало пламя, а в открытых сводчатых коридорах по обе стороны трубы в библиотеке она видела людей. Юва шла к ним, словно лунатик во сне.

За деревянным столом в центре библиотеки сидели пять женщин. Неподвижных. Застывших. Огни и Маруска бок о бок расположились на кожаном диване; обе склонили головы, как будто заснули посреди разговора. Их дочери сидели на стульях. Голова Лив откинулась назад. Мирна завалилась на подлокотник. А Сольде…