Времена года. Золотое лето - Галина Гончарова

– Вылечим и допросим, – махнула рукой Яна. – Митя, вы незаменимый человек.

– Кстати, у меня для вас письмо от жома Тигра.

Яна молча протянула руку.

И не будь Митя таким внимательным, не заметил бы, как едва уловимо подрагивают тонкие пальцы.

Письмо он отдал спокойно. Ничего романтического там не было. Все по делу. И не удержался:

– Тора Яна, я как-то не уточнил. Как вы с Тигром познакомились? Если это не секрет?

– Не секрет, – отмахнулась Яна, пробегая глазами по строчкам. – Чтобы добраться до Звенигорода, я воспользовалась проходящим поездом. Жом Тигр по доброте душевной довез меня до города.

Митя поднял брови. Яна ухмыльнулась максимально пошло и добила:

– Проезд я оплатила натурой. Спасла ему жизнь, тор, а не только то, о чем вы подумали.

Митя шокирован не был. Подумаешь – пересеклись дорожки. Его вот Валежный тоже спас. Хотя и не слишком романтично получилось.

– Жизнь вы ему, тора Яна, не зря спасли. Вот – оно добром и отзывается.

– Делай людям добро – бросай их в воду, выплывут – вернутся, – опошлила детскую сказку Яна. И вздохнула.

– Жом Тигр обеспокоен тем, что в Русине начнется голод и смута. Должность в правительстве помогла бы ему наиболее эффективно справиться с этой проблемой. А он поможет ее величеству.

Митя решил сразу сообщить то, о чем Тигр размышлял уже не первый месяц. Голод…

Яна фыркнула.

Но проблему-то жом назвал именно ту, о которой и она думала.

Мало, что некому пахать-сеять!

Зерно подчистую выгребли! Не одни, так другие. Валежный этим озабочен, но и Тигр тоже! А о чем это говорит?

– Может, мне за него замуж выйти? И пусть решает эти проблемы на правах императора? – мрачно пошутила она.

Митя хмыкнул:

– Так что страшного? Совет соберем, а любовь у вас уже есть.

– Митя?

– Жом Тигр просил передать, что он тоже вас любит.

Яна только головой покачала.

Да, почтовый голубь – убийца, это, определенно, новое слово в романтической истории.

– Митя, я сейчас позову Валежного. Отдайте ему пленника и отдохните. Завтра я поговорю с вами более подробно. Хорошо?

– Как прикажете, тора Яна.

Митя встал с кровати, поклонился и вышел.

Яна упала на кровать и прижала к себе подушку. И сапоги тоже не сняла, но, во-первых, одеяло уже грязное. Во-вторых, до таких ли ей мелочей?

Тигр. Ее. Любит.

Любит… и пусть сказал об этом через другого человека! Так нет еще сотовых телефонов! И долго не будет! А без них на расстоянии поговорить сложно!

Любит по-настоящему!

Любит!!!

М-да…

А может, и правда того? Выйти замуж за Тигра?

Он точно всю эту помойку разгрести сможет. Рано или поздно, так или иначе… м-да! Точно – спать! А то так и до Пламенного додумаешься!

* * *

Как говорят мудрые люди, с похмелья жить тяжко. И страшно тоже. А Митя поил тора Вэлрайо долго и упорно. Как его еще-то было везти? Только водка, водка и еще раз водка! Самое надежное средство от множества проблем. В результате тор, что называется, лыка не вязал. Вообще не соображал, где он находится и кто он такой. До белой горячки Митя его не довел, понимал опасность ситуации. Пользовался где водкой, где снотворным. Последние пару дней так исключительно снотворным.

А тут…

Приходишь ты в себя.

И не в приличном месте, не в хорошей компании, даже не в своей постели… ладно! Даже не на коврике перед порогом!

Ты приходишь в себя в камере. Там же корчишься, блюешь и всячески чистишь организм, благо воду тебе дают в неограниченном количестве. И больше ничего.

Ни пищи, ни света, ни информации… сиди – и думай о своем плохом поведении. Хотя доктор его осмотрел, пока тор был без сознания, и сказал, что загнуться тот не должен. Посоветовал порошки и отбыл.

А с утра Валежный и порадовался. И пообщаться с тором решил.

В результате обычную камеру поменяли на пыточную. И тору это очень не понравилось. А уж когда он увидел присутствующих…

– ВЫ?!

– Рада вас видеть, тор Вэлрайо. – Вот здесь и сейчас роль злого следователя отдали Яне. Она очень просила. – Как вы себя чувствуете? Не болит ли у вас головка?

Тор злобно посмотрел на Яну.

– Я буду…

– Жаловаться? Сколько угодно, – ухмыльнулась Яна. – Дать вам заранее перо и бумагу?

– Зачем?

– Ну как – зачем? Напишете жалобу, письмо ее величеству Элоизе, опять же, завещание.

– Завещание?

Яна встала, потянулась и медленно подошла к Вэлрайо.

– Ты, мразь, думаешь, я с тобой шутки шутить буду? Размечтался! Ты и твоя коронованная сука подписали приговор моей семье. Поэтому о твоей жизни речь не идет. В принципе. О чем ты можешь торговаться, так это о легкой смерти. Чтобы глаза на ниточках не висели, чтобы ушей и яиц четное число было, чтобы никто с тебя шкуру полосочками не драл, во все отверстия не имел, в зад фитиль не засовывал и не поджигал… тут у нас много чего интересного имеется. И люди есть. Умелые, надежные. Сунем тебе кляп в рот, да и пусть развлекаются. Месяц тебе точно сдохнуть не дадут, обещаю. А повезет – и полгода проживешь!

Карие глаза горели диким яростным огнем. Лицо было таким… страшно стало даже Мите, который понимал, что ломать лионессца надо жестко и об колено. Чтобы потом не выправился. Чтобы лгать не начал. Но здесь и сейчас Яна не была собой.

Здесь и сейчас… не за себя она требовала ответа! Не для себя.

За Анну!

За несчастных девчонок, которых расстреливали в Зараево! За всех, кто проливает свою кровь… содрать шкуру с этой мрази?

Да она лично ее полосами драть будет! Медленно…

Со вкусом!

И…

Митя так и не понял, в какой момент что произошло. Но вдруг стены пыточной начали быстро-быстро покрываться белым инеем. Словно его центром была… Анна?!

И повеяло такой жутью…

Шпион, диверсант и убийца затравленно оглянулся. Вот подыхал в канаве – и то так страшно не было.

Поежился Валежный, сделал шаг к двери Изюмский.

Палача и секретаря пока не допустили, их это не коснулось.

А вот Вэлрайо…

Он глотнул полной дозой. И… под тором расплывалась зловонная лужа.

– НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!!!

Визжал он, как поросенок.

Яна улыбнулась ему прямо в лицо – и отстранилась. Поняла, что доводки не требуется.