История дождя - Нейл Уильямс

В любом случае МакКарроллы остались в стороне от всего этого. Из-за того, что Эпоха Лосося была в их кровотоке, у них было довольно много знаний, и они не забыли важную вещь, которую река преподала им: все проходит. Место под их ногами изменило название дюжину раз, но они остались на том же самом месте.

Некоторые МакКарроллы сели в лодки и направились к горизонту, что вполне логично, говорит Томми. Не было ли это неугомонностью тех людей, которые когда-то были лососями и плавающими морскими водорослями?

С этим не поспоришь.

В любом случае я бы не стала спорить с Томми. Миссис Куинти говорит — три месяца назад, когда Томми привели в Районную больницу, хирург открыл его и сразу же закрыл, будто Томми Девлин стал Томми Книгой и на каждой странице было напечатано слово Рак. Потом Томми забрал свою Книгу обратно домой, в Фаху, и продолжал жить, ни на что не обращая внимания. Теперь он стал знаменитым, как Лазарь. Нет человека в округе, кто отказал ему хотя бы в чем-то.

— Я считаю, — говорит он, — что неугомонность есть естественный побочный продукт лососьности.

Вот почему есть родня МакКарроллов в Куинсе[398], Лейк Вью[399], Чикаго, Мичигане[400] и Сан-Франциско[401], и вот почему есть Рэнди МакКарролл, который разводит лошадей в Кентукки[402], Пэдди МакКарролл, который разводит овец в Крайстчерче, Новая Зеландия, и Кэролл МакКарролл, который разводит черепах на Бали[403].

Но часть их осталась на том месте, которое стало называться Клэр.

— У семьи есть определенное противоречие, — говорит Томми. — Разве не видно? Время от времени семья взрывается в споре, одна группа занимает одну позицию, другая — противоположную, даже если только ради того, чтобы противоречить, что является специфическим вывертом ирландского ума, который относится ко времени людей неба и моря. У некоторых МакКарроллов случается припадок раздражения или гнева и — опа! — они откололись и ушли через горы в Керри и даже, Да Поможет Нам Бог, в Корк.

Что тогда есть в хронике страны? Несколько веков игры в Мятеж-Предательство, Мятеж-Предательство, Восстание-Подавление — и в Разбитые Надежды.

История Ирландии в двух словах: А, ну и что!

Вторжение Викингов: А, ну и что!

Вторжение норманнов, Бегство графов[404], мистер Оливер Кромвель[405], Дэниел О’Коннелл, Роберт Эммет[406], Голод[407], Чарльз Стюарт Парнелл[408], Пасхальное Восстание[409], Майкл Коллинз[410], Имон Де Валера, опять Имон Де Валера (Дорогая Германия, мы с сожалением узнали о смерти вашего мистера Гитлера)[411] и снова Имон Де Валера, Смута[412], Трибуналы[413], Партия Фианна Файл, Церковь, Банки, восемьсот лет дождя: А, ну и что!

В «Энеиде» Вергилий называет это Sunt lacrimae rerum, что в переводе Роберта Фицджеральда[414] означает «они оплакивают то, как меняется мир», — что более красноречиво, чем «А, ну и что!», однако означает то же самое.

МакКарроллы каждый раз были с обеих сторон. Они в равной мере были За и Против. Единственное, в чем вы могли быть уверены с МакКарроллами, говорит Томми, так это в том, что их мнения Крепко Держались. Это было благодаря сочетанию лосося и морской водоросли. Лососи не разумны. Они мальчишки потому, что идут против потока.

— Что поддерживает их определенную привлекательность для Противоположного Пола, — говорит Томми, используя Заглавные Буквы.

— Неужели?

— О, да, — подтверждает он.

И тут он начинает говорить в стиле Ветхого Завета и перечисляет, кто кого Родил. Кирбхол МакКаррилл женился на Файоннуале Ни Как ее Там, которая родила Финна, который женился на Фидельме Ни Как-то Там Еще, и родил Финина, который женился на Фионе и родил Финтана, и так далее. Когда эти люди появляются из дымки времен, пахнущих морскими водорослями, они все еще женятся и рождают, некоторые из них пропустили А, другие Мак, и некоторые превзошли себя и взяли O[415]. Таким образом, есть МакКарроллы, МкКарроллы, Карроллы и О’Карроллы, все они с огромным, как море, упорством и характером, состоявшим из того, что Бабушка просто называет солью. У некоторых из них двенадцать человек в семье, одна из Ни награждена званием Яичники Года, поскольку дала миру восемнадцать МакКарроллов, прежде чем послать яичники в Музей Клэр в Эннисе и лечь на постель из сена, прихватив с собой ведро молока.