К тебе через Туманы - Мария Лунёва

— Отчасти,- шепнула я, - я родилась знахаркой с магией земли, тьма появилась в плену. То что там было, я никогда и никому не расскажу, вард Итан. О таком не говорят. Такое забывают, стирают с памяти и делают вид, что было это не с ними. Но да. Сказанное им, правда. Живыми от гуронов не уходят. И я не ушла. Я оживший мертвяк. Таких, как я, жгут

Меня сжали, нежно но сильно.

— На моей земле никого не жгут. Ты расскажешь мне, что считаешь нужным, дома, в спокойной обстановке, покушав и приведя себя в порядок. – Помолчав, добавил, – Давить я не стану, но на некоторые вопросы тебе придется ответить.

—Хорошо,- скрывать-то мне в принципе больше нечего. Все самое гадкое сегодня уже выплыло наружу, остальное мелочи.

Через пару минут вардиган вывел меня на улицу. За нами шли Обертон и Селестина. Моя подруга плакала, уткнувшись своему мужчине в бок, я же даже смотреть в ее сторону боялась. Что я прочту на ее лице? Презрение или обиду за то, что скрыла, то кем являюсь. Мне было так горько, трясущимися руками я хваталась за кафтан Итана и не отрывала глаз от земли. Видеть окружающих, их эмоции … Судорожно сжав ладони, я внезапно поняла, что мы остановились. Вокруг царила тишина, словно одни мы были на целой улице.

Подхватив, меня усадили на сидение повозки, и мы тронулись в обратный путь.

Селестина всхлипывала, а я сидела истуканом и разглядывала собственные руки. На них засохшей корочкой местами виднелись кровавые разводы. Рукава куртки тоже были выпачканы. Выкину, пронеслась в голове мысль. И тут же я вспомнила, кто подарил мне эту куртку. Не, не смогу. Это память о ви Марко и его сыне, а еще о сероволосом Корте. Я попыталась осторожно отшкребсти пятна.

— Не трогай. Вы все выбросим, – Итан склонился надо мной и нежно касался то носом, то подбородком моей макушки

— Нет, – прошептала я, - она мне дорога. Эта память

— Куртка?

— Да, куртка, сапожки, даже сумка. Это все не мое, мне подарили. Совсем незнакомый мужчина и его сын. Я встретила их на дороге. Вышла из Тумана, не знала куда идти и как быть, просто брела по дороге. Темнело, все мимо проезжали, даже не смотрели на меня. А их отряд остановился. Я тогда и слова толком сказать не могла, шептала еле слышно. Их командир сжалился. Его сын меня до ближайшего постоялого двора на своей лошади вез, все обнюхивал,- улыбнулась я, вспоминая,- а потом меня накормили. Это был первый на моей памяти суп, такой вкусный, - воспоминания захватили меня, отвлекая от того ужаса, что случился со мной сегодня. — Эти люди не только довезли и накормили, но еще и комнатку сняли с удобной пастелью. А утром ко мне влетел Корто и потащил меня к повозке. Я тогда даже не понимала, что происходит. Меня одели в куртку и сапожки, дали плащ и полную сумку еды. Подняли на телегу и сообщили, что еду я за Вьюжный перевал. Эти люди сделали мне столько добра, сколько я за всю жизнь не видела. Я жалела, что сын командира не оказался моим избранным, он слышал мой запах. Говорил, что я вкусно пахну.

Меня сжали так, что ребра чуть не хрустнули. Ой… До меня только дошло, кому и что я говорю. Пока соображала, как выкрутиться из ситуации, услышала лилейный голосок Селестины, вмиг прекратившей плакать.

— А сын, это тот суровый сероволосый парень или русоволосый зеленоглазый стройный красавец, что обнял тебя напоследок?

Вот же подруга. Я и забыла, что она там была и уж точно видела, как меня в повозку садили. И ведь не смолчала же. Хватка вардигана усилилась так, что и дышать стало трудно.

— Да, помню я их. Такие красавцы, все как один.

Я благоразумно промолчала. Кто же меня за язык дергал. И Селестина подлила масла в огонь. Надо мною шумно дышали и даже, кажется, зубами скрипели. Мда. Нужно думать, что говорю и при ком говорю. Молчание все-тики золото.

Повозка медленно заползала через ворота во внутренний двор крепости Бессон. Мужчины странно переглядывались, словно вели немой разговор. О том, куда утащил вард Вульфрик тело моего отчима и как они его доставили сюда, я старалась не думать. Понимала, что он где-то в повозке, но об остальном предпочитала не знать. В полу он или в ящиках под сидениями? Не думать и все тут.

Спешившись у входа, я неспешно пошла в дом. Но на пути меня встретила Гласа.

— Вия,- пренебрежительно начала она и осеклась.

Вскинув голову, заметила, как та пристально таращится на мои руки и куртку. Ну да, я вся перепачкана в крови.

— Ты что-то хочешь мне сказать Гласа?- устало выдохнула я, желая одного, чтобы эта женщина просто исчезла с моей дороги, а лучше всего, вообще из моей жизни.

— Не ущербная… - зло прошипела она, напомнив о моем обмане.

— Как видишь, нет, - развела руками я.

— Вы безобразно выглядите, на вас кровь,- быстро взяла себя в руки Гласа, ее голос холодный и надменный, звучал так, словно она с тараканом разговаривает.

— Правда, а я думала, что это подливка пролилась, - иронизировала я

— Я уже слышала, как вы опозорили дом клана Бессон. Это неслыханно, чтобы вартеса поднимала на кого-то нож. Хотя чего еще от такой ожидать!? Женщина не поднимает оружие. Это привилегия мужа.

— А может, его руками убивать удовольствие не то,- зло отшутилась я. Сплетни уже и сюда долетели, быстро-то как.- Что ты хотела Гласа?

— Да не важно, – тут ее взгляд резко изменился, потеплел и стал таким кротким и добросердечным, - если позволите вартеса, зайти в вашу комнату, я наполню ванну, чтобы смыть с вас следы этого происшествия.

Я на мгновение опешила. Что за странные метаморфозы.

— В мою комнату ты не войдешь, – резко отчеканила я. - И моя чистота не твоя забота.

— Я сам приготовлю для вартесы все, что ей необходимо, - раздалось над моей головой, - а ты позаботься, чтобы все ее вещи были отстираны и приведены в порядок, – перечить вардигану Гласа не стала, змеюка подколодная. Умеет же шкуру сбрасывать в присутствии мужчин. Казаться агнецом невинным.

Тоскливо взглянув на лестницу, я поняла, что совершено, не хочу по ней подниматься. Ноги буквально чугуном налились. Вздохнув, задрала голову вверх и изучающее оценила того, что претендовал на звание моего «хозяина». Попросить его поднять меня на руках, было стыдно, да и не те у нас отношения. Вздохнув так, будто на меня каменная стена обрушилась, я обречено стала забираться вверх. Моей гордости хватило ровно на две ступеньки. Итан стоял за моей спиной и пристально наблюдал за тем, как я покоряю ступени.

— Вард Итан, – жалостливым голосом обратилась к нему я,- не могли бы вы меня поднять наверх.

Меня осторожно подняли на руки. Плюнув на все свои прошлые суждения, я обняла вардигана за шею и положила голову на его плечо.

— Сай тебя осмотрит, не нравится мне твоя усталость, – прокомментировал мои действия мужчина.