Не играйте с некромантом - Кира Стрельникова

— Приз-з-зываю… — прошипел герцог низким, нечеловеческим голосом. Сейчас он меньше всего был похож на живого.

Кожа его стала напоминать высохший пергамент, волосы колыхались в воздухе, а кровь, пачкавшая пол, не останавливалась, омывая драгоценные камни на кресте, и искорки в их глубине посверкивали, то затухая, то становясь ярче. И на повеление Анжуйского откликнулись. Из коридоров послышалось тихое шарканье, в полутьме засветились зеленым светом глаза их обитателей, и в густом, плотном воздухе отчетливо запахло гнилью и сырой землей. Границу света, пусть даже тусклого и неяркого, обитатели катакомб не пересекали, оставаясь в темных туннелях.

— Мне нужна жизнь Гастона Лорана, — четко произнес тот, кто недавно был Анжуйским, продолжая сжимать крест, уже почти полностью испачканный в крови. Под рукой натекла целая лужица, и жадные взгляды нежити были прикованы к лакомству. — Как можно скорее, любым способом.

Светившиеся глаза пришли в движение, а фигуру некроманта начал окутывать полупрозрачный серый туман.

— Да, с-с-схос-с-сяин… — прошелестело из коридоров, и в этом потустороннем шепоте слышалось недовольство.

Словно те, кто пришел с той стороны, не слишком охотно подчинялись, но возразить не смели: пока у герцога в руках артефакт, магия не позволит им взбунтоваться и покарать наглого смертного с теплой, вкусной кровью. Вот если бы он появился здесь без креста… Анжуйский присел, достал кинжал и быстро нарисовал очередную фигуру кончиком, размазав лужу собственной крови, и от нее во все стороны брызнули черные искры, уходя во тьму с глазами-гнилушками. Послышалось яростное шипение, обитатели катакомб отпрянули, пытаясь избежать осколков темной магии, но она настигла всех, кого могла. Приказы владельца артефакта, подкрепленные печатью на крови, обязаны исполняться в полной мере.

После чего, выпрямившись, Анжуйский развернулся и направился обратно к двери, постепенно возвращаясь к нормальному облику. Порезанные пальцы саднили, но это мелочь по сравнению с ликованием, охватившим его светлость. Артефакт работает! Все как писал его предыдущий владелец! Ален поднял крест, ласково погладил испачканные камни и прошептал:

— Отличная игрушка, однако.

На ходу достав кусок бархата из сумки, он бережно обтер артефакт и спрятал, потом достал чистую тряпицу и перевязал руку. Да, якорь сейчас оказался бы как нельзя кстати, а так придется пользоваться обычной заживляющей мазью. Едва заметно поморщившись, Дерош ускорил шаг — находиться дольше, чем нужно, в опасных подземельях, пока не проведен финальный ритуал, не стоило. Дразнить судьбу Ален не собирался, тем более что впереди волнительная встреча с его следующим якорем.

Ранний вечер этого же дня, дом Гастона Лорана

После ухода некроманта я честно попыталась заняться чтением полезных книг, но не вышло: мысли сворачивали на случившееся ночью, перескакивали на предстоящий прием, беспорядочно метались в голове, не давая сосредоточиться. Убив полчаса на безуспешные старания, я отложила книгу и вышла из библиотеки, и как раз в этот момент пришла мадам Бернье с рынка.

— Госпожа Полин… — начала было она радостно, но я перебила, немного смутившись от обращения:

— Можно просто Полин, мадам.

Ну какая из меня госпожа, ей-богу! Бывшая девочка из борделя всего лишь.

— Хорошо, Полин, — легко согласилась экономка. — А мессир Лоран дома?

— Нет, он по делам вышел. — Я покачала головой и вдруг неожиданно для самой себя спросила: — Научите меня готовить, мадам?

Та перестала улыбаться и строго посмотрела на меня.

— Только в том случае, если ты станешь называть меня «тетушка Сара», — категорично изрекла эта добрая женщина, и у меня на мгновение перехватило горло.

Кроме Жиан, я больше ни от кого не видела человеческого тепла и участия, и сейчас вдруг расчувствовалась от простой просьбы экономки Гастона.

— А готовить научу, отчего же нет, — снова расплылась в веселой улыбке мадам Бернье, потом хитро прищурилась, отчего из углов глаз брызнули лучики-морщинки. — Хочешь порадовать молодого господина?

Я покраснела от скрытого намека и отчаянно замотала головой.

— Н-нет, просто… для себя хочу, — немного криво улыбнулась я в ответ.

С чего это мне Гастона радовать, да еще и стряпней собственного приготовления? Больно много чести.

— Ну пойдем. — Сара не стала развивать тему, хотя ее понимающий взгляд сказал, что моей вялой отговорке она не слишком верит.

Я предпочла отодвинуть мысли о некроманте и о моем к нему отношении. Готовка в компании мадам Бернье поможет отвлечься и поднять себе настроение, а то меня так и тянуло смотреть на часы и считать минуты, и, как следствие, сердце начинало колотиться быстрее и нервы натягивались до предела. А так… Экономка Гастона выдала мне фартук, чепчик, под которым я спрятала волосы, и мы приступили. Признаться, никогда не думала, что готовка может быть таким веселым занятием, а умиротворенная болтовня Сары не будет раздражать. Хотя до сих пор длинные разговоры меня всегда утомляли. Слушая рассказы экономки о ее дочерях, давно вышедших замуж и имеющих свои семьи, о внуках и внучках, о том, как Сара их регулярно навещает и какие они растут все хорошие и послушные, я почувствовала смутную тоску и легкий укол зависти. Мне тоже хотелось бы семью… Между словами Сара ловко показывала, как нарезать овощи, как готовить соус для мяса, где лежат сковородки и кастрюльки, а в конце мы занялись тестом для пирожков с ванильным кремом. Атмосфера на кухне царила уютная и домашняя, и, кажется, впервые за последние дни я наконец расслабилась и на время забыла о своих тревогах и сложностях в жизни. Сара действительно вела себя как заботливая тетушка, особо с расспросами не лезла, после того как я упомянула, что отца никогда не видела, а мама умерла, когда я была маленькой.

— Ох, бедняжка, — вздохнула экономка и покачала головой, одарив меня жалостливым взглядом. И тут же дальше, без всякого перехода: — Держи скалку, сейчас будешь раскатывать кусочки.

Только взяла скалку, как позади раздался донельзя удивленный знакомый голос, от которого я чуть не подскочила:

— Полин?

Резко обернувшись, я уставилась на Гастона, стоявшего в дверях и озадаченно смотревшего на меня, подняв темные брови. Я замерла с колотящимся сердцем, слегка растерянная и не зная, что ему сказать. Некромант выглядел довольным — значит, его поход по делам не принес дурных новостей, уже хорошо. Еще я не могла отвести глаз от высокой подтянутой фигуры во всем черном, и в голову настойчиво полезли картинки прошедшей ночи… Как эти широкие ладони нежно прикасались ко мне, губы целовали… По телу прокатилась жаркая дрожь, не имеющая никакого отношения к магии. Магия, насытившись, лишь лениво всколыхнулась, но осталась в глубине сознания, не вмешиваясь в мои переживания. Сейчас откликнулись только эмоции, мои настоящие, а не навеянные переизбытком дара.

— Привет, — поспешно поздоровалась я, ощущая, как теплеет лицо, глаза Гастона не отрывались от меня, и в них затаилось странное выражение.