Злой среди чужих - Олег Филимонов

Поднявшись в комнату, я растолкал Бриана, дождался, пока он приведет себя в порядок, и потащил в администрацию. Надо успеть, пока там столпотворение не началось – народ потянется документы и подъемные получать. Бриану, кстати, тоже надо. На ходу я быстро ввел его в курс дела и проинструктировал, что надо говорить и как себя вести. Невыспавшийся, похмельный Бриан хмуро и покорно кивал.

О том, что будем работать в команде, мы договорились еще ночью, за стаканом – ирландец решил примкнуть, а не пускаться в свободное плаванье. Потом мы демократично выбрали главнокомандующего. После демонстрации силы… то есть моих способностей в роли авторитетного руководителя, против моей кандидатуры на пост атамана ватаги… простите – командира отряда, Бриан никаких возражений не имел. Собственно, и вопроса не стояло. Я максимально доходчиво обрисовал планы и перспективы. А чтобы не возникало недоговоренностей, пояснил:

– Приказы выполнять, как на войне. Не нравится, сразу скажи. Тогда разбежимся без обид.

Бриан с условиями согласился.

Педрила на ресепшене, увидев меня уже в компании огромного, бородатого и страшенного ирландца, попытался спрятаться за стойкой.

– Чего это он? – спросил рыжий.

– Не обращай внимания, он языком не владеет, вот мне и сказали его на заметку взять… – подмигнул я Бриану.

– Что значит «не владеет?» – не врубился кельт. – Каким языком?

– Своим собственным. Монике Левински и в подметки не годится. И подмахивает без энтузиазма – шефы жалуются.

– Эй, «голубок», не бойся, на сегодня тебя в планах нет. Когда начальству совсем надоешь и попросят зарезать, обещаю – первым об этом узнаешь. Так что работай старательней – дольше проживешь. Просто мне этих… даже видеть противно – брезглив. Когда не напоказ, а где-то тихо сами себе шуршат, так и хрен бы с ними – больные люди. Но они почему-то о своей болезни громко и эпатажно заявляют, что-то хотят, чего-то требуют – нагло и неадекватно… А я человек строгих моральных принципов, – пояснил я Бриану, когда мы подымались по лестнице. – Вот и издеваюсь. В общем, я за резервацию, а там все, что угодно, – быстренько и вымрут. Можно еще проще – за ногу и об стенку. Или со скалы, как спартанцы с неполноценными детьми поступали. Но я не о детях, а половозрелых особях… Хотя со спартанцами пример в данном случае неудачный, – поправился я. – Они понятие боевого братства очень широко понимали… Как, к слову, и распиаренные самураи. Кстати, ничего общего не имеющие с европейскими рыцарями, с которыми их почему-то принято сравнивать. Можно сравнить с боевыми холопами – чисто слуги, но и то… у японцев все было гораздо хуже – абсолютный термитник. Настоящему самураю задницу сюзерену подставить было только в радость – почетно и просто необходимо.[60]Ну и самому с мальчиком причаститься – реальная, очень востребованная практика. Даже какое-то специальное попа-дзюцу или попа-до (сюдо) существовало… «Путь жопы», если в переводе. Извини за мой японский.

– А-а-а… Так бы сразу и сказал, что япошек не любишь, а то я что-то плохо после вчерашнего соображаю, – явственно прибалдел от обилия информации потомок ирландских королей.

– Японцев? Да, не люблю, – устало вздохнул я. – И культуру их, и кухню, которая все заполонила. Даже здесь ресторанчик видел.

Совершенно непонятно, как такую дрянь жрать можно. Мне многое попробовать довелось – жизнь заставила, но зачем специально давиться? Ладно, сами островитяне – они привычные, но почему это делают все остальные? Модно? В задницу такую моду! Кстати, за последний век японцы немного подросли, но только потому, что в рационе мясо появилось. С их традиционным питанием далеко не уедешь. В общем, японская кухня для меня что-то совершенно недоступное…

– Ну как какое-нибудь суши с обычным куском жареного мяса можно сравнить? Да хоть бы и с правильно сделанной строганиной, если обязательно сырую рыбу надо жрать.

Бриан согласно кивнул – мол, действительно, никакого сравнения.

– Еще аниме доставляет…

– Что за аниме? – поинтересовался дремучий ирландец.

– Это японские мультики, от которых инфантильные подростки и переростки фанатеют. Короче, дерьмо с полным отсутствием логики и непонятными нормальному человеку примочками.

Бриан смотрел непонимающе, и я добавил:

– Там, где рисуют неопределенного пола персонажей с носами сифилитиков и глазами как у ежика из анекдота. Видать, от комплекса собственной узкоглазости. В общем, герои выглядят почти как этот на вахте. Вспомнил?

– Вроде да, а что там про ежика было?

Пришлось процитировать диалог испуганного волка, столкнувшегося с непонятным страшилищем в кустах:

– …Ты кто?!

– Е-е-е-ежик.

– А что глаза такие большие?

– Ка-а-а-каю…

Что-то я с ликбезом переборщил. Некстати издержки академического образования прорываются… Надо на актуальные темы переходить. Рыжему сейчас не до высоких (или даже низких) материй. Я поспешил исправиться:

– Здоровье – это наше все, здесь закончим и пойдем немного подлечимся. Пиво устроит?

– Просто спасет! – приободрился Мак-Моран.

Второй раз за день я оказался у кабинета большого начальника.

– Ваши шутки переходят все границы! – Такими словами встретил нас С. Скотт.

Интересно, у них видеонаблюдение стоит или секретут сразу нажаловался? Впрочем, плевать.

– А у меня юмор такой. Извините, но это реакция на утечку информации от вас. Моральная компенсация, если хотите, – невозмутимо пожал плечами я.

– Сделайте любезность, в дальнейшем попытайтесь от подобного воздерживаться.

– По возможности…

– А пока снаружи подождите.

Скотт занялся Брианом, а меня выставил в коридор. Обидеть, наверное, хотел… Но я совершенно не огорчился – все и всем потом припомню.

Минут десять я скучал около кабинета, а потом меня пригласили обратно. Индекс Бриану обещали повысить, но появились новые условия – скот, который Скотт, высказался однозначно:

– У вас неделя на адаптацию и подготовку. И еще одна, чтобы хоть какие-нибудь результаты представить. Если этого не будет, соглашение пересмотрим… И о дополнительном снаряжении только после ваших успехов будем говорить.

– Согласен, – резюмировал я. – Идем, Боря, потренируемся, а потом сразу врагов убивать.

Если бы ирония по-английски так же, как по-русски, звучала, я бы сразу спалился. Но пока канает – в переводе они ее просто не понимают.

Потом мы быстренько пробежались по кабинетам, где Бриан получил свои деньги и документы, и покинули наконец присутственное заведение.

В «приюте» с сегодняшнего дня функционировала бесплатная столовая, но туда мы идти не рискнули – в мышеловки сыр лучше кладут, чем в таких заведениях бывает. Да и спиртное там наверняка не подают, а Бриан жаждал пива. Я бы тоже не отказался. Поэтому мы направились в уже знакомое мне кафе.