Правила магии - Элис Хоффман

Френни была не на шутку встревожена. Она по-прежнему считала, что должна оберегать брата. Когда его похитили из роддома и потом сразу вернули, она не отходила от его колыбельки. Сидела, держа на коленях банку с солью, и не желала оставить его ни на секунду. Она видела призрачное сияние вокруг него, знак интересной и яркой, но короткой жизни. Френни и сейчас принесла с собой соль, но вот он, Винсент, стоит улыбается. И вот Уильям Грант – наблюдает за ними издалека, встревоженный, обеспокоенный и явно влюбленный в ее брата.

– Френни, – сказал Винсент, – не спорь со мной. Дай мне быть собой.

Она обняла его крепко-крепко и забыла о соли и розмарине, о проклятии и о том, что у судьбы всегда найдется для тебя сюрприз.

– Тогда будь счастлив, – от всей души пожелала она.

Ей действительно очень хотелось, чтобы он был счастлив.

Ворон прилетел в первый день нового года. Прилетел и уселся на фонарном столбе. Они пообедали вчетвером. Сестры приготовили фаршированного гуся по рецепту тети Изабель, с устрицами и каштанами, чтобы разжечь эротическое волнение в каждом, кто отведает угощения. Винсент с Уильямом помогли сестрам убрать со стола, после чего ушли вместе, захватив немногочисленные пожитки Винсента. Винсент и так практически поселился в квартире Уильяма, а теперь переехал уже окончательно. Когда они ушли, Френни обнаружила, что брат забыл «Мага» дома, и сочла это хорошим знаком. Она хотела спрятать книгу в кухне под половицей. В надежде, что, может быть, Винсент забудет о ней совсем. Но как только она прикоснулась к «Магу», он обжег ей руки.

– Ладно, – сказала Френни. – Если ты оставишь его в покое.

Когда Френни с Джет мыли посуду, Джет выглянула в окно и увидела ворона.

– Это не Льюис?

Френни вышла на улицу поприветствовать старого друга, с которым не виделась больше двух лет. Она протянула руки, и он слетел вниз и уселся у нее на плече. Что бы ни говорили о воронах, в глазах Льюиса блестели слезы.

– Что-то с Хейлином? – спросила Френни.

Ворон прижался клювом к ее щеке, и уже через минуту Френни все знала. Она пулей влетела в дом, схватила телефонную книгу и нашла номер Данстер-Хауса.

Ворон сидел на журнальном столике и не сводил глаз с Френни. Пока та пыталась дозвониться до университетского общежития, Джет взволнованно ходила из угла в угол. Уже начались студенческие каникулы, и Гарвард опустел. Наконец трубку взял комендант. Он сказал Френни, что не может дать ей никакой информации, поскольку она не родственница Хейлина.

– Не принимай никаких отказов, – сказала Джет. – Добейся ответа.

Френни принялась умолять коменданта, и тот все-таки сдался и сообщил, что студента Хейлина Уокера увезли в Массачусетскую городскую больницу.

– Конечно, тебе надо ехать, – сказала Джет. – Это даже не обсуждается.

– А если я все испорчу? Если сломаю ему жизнь? – Френни не знала, что делать. – Может, мне лучше остаться?

Никогда прежде Френни не обращалась к сестре за советом, и Джет растерялась и даже слегка испугалась, тем более что она сама поражалась тому, как все складывалось в ее собственной жизни. Она не собиралась видеться с Рафаэлем после той встречи в отеле, но все обернулось иначе. Они часто встречались, подолгу гуляли в парке. Джет читала его конспекты к урокам, иногда даже давала советы, а чуть позже, когда он написал книгу о методах обучения «трудных» детей, на которых повесили ярлык необучаемых, он поблагодарил ее в посвящении. Она не жалела о том, что в ее жизни есть Рафаэль.

– Поезжай, – сказала Джет Френни. – От судьбы все равно не уйдешь.

Френни бросила в сумку зубную щетку и чистую футболку. Льюиса она посадила в кошачью переноску – дело близилось к вечеру, и погода явно не располагала к дальним перелетам. Она приехала на Пенсильванский вокзал на такси и купила билет на ближайший поезд до Бостона.

Вагон был переполнен, и Френни пришлось ехать стоя до самого Нью-Хейвена, а потом места освободились, и ей удалось сесть. К тому времени ее охватило дурное предчувствие. Видимо, окружающие тоже что-то почувствовали: хотя свободных сидячих мест больше не было, никто не сел рядом с ней.

Добравшись до Бостона, она первым делом выпустила Льюиса из переноски, и тот взмыл в небо. Френни зашла в магазин рядом с вокзалом и купила большой пакет пончиков с мармеладом, потом взяла такси и поехала в больницу. Она уже знала, что надо назваться родственницей больного. Она представилась сестрой Хейлина, и ей сообщили, что у него был острый приступ аппендицита. Сосед по комнате нашел его в полубессознательном состоянии и сразу же вызвал «Скорую». Он был в критическом состоянии, сообщила разговорчивая медсестра, провожавшая Френни до палаты. Можно сказать, его жизнь висела на волоске. Врачи боялись, как бы не случился септический шок, и Хейлин до сих пор очень слаб.

Хейла определили в палату на двоих, и Френни пришлось пройти мимо койки его соседа, ближайшей к двери. На койке лежал древний старик, и сразу было понятно, что он умирает. Круг темноты уже смыкался вокруг него, становясь все плотнее с каждой секундой. Френни помедлила и взяла старика за руку. Он с благодарностью сжал ее руку.

– Ты пришла ко мне? – спросил он. – Пришла со мной попрощаться?

– Да, – ответила Френни.

Хейлин дремал, но проснулся, услышав голос Френни. Он был очень бледным и сильно похудел. Щеки заросли темной щетиной. Успокоив умирающего старика, Френни подошла к койке Хейлина. Бросила сумку на пол и прилегла рядом с Хейлом, стараясь не задевать трубки капельницы. Хейлин обнял ее и осторожно прижал к себе.

– Френни, – сказал он. – Ты пришла.

– Конечно, – сказала она.

– Мы всегда были единым целым, – сказал Хейлин.

Френни рассказала ему, как Льюис прилетел к ней в Нью-Йорк.

– На самом деле он меня не особенно любит, – сказала она. – Ты всегда ему нравился больше.

– Неправда, – сказал Хейлин. – Он от тебя без ума. У меня на столе стоит твоя фотография, и он часами сидит перед ней и смотрит влюбленными глазами. – Он рассмеялся, но тут же сморщился от боли и схватился за живот. Френни привезла защитный амулет. Она обвязала запястье Хейлина синей шерстяной ниткой, вымоченной в лавандовом масле, и поцеловала его в ладонь.

– Это чтобы меня вернуть?

– Это чтобы ты быстрее поправился.

Она вручила ему пакет с пончиками. Хейлин улыбнулся.

– Ты помнишь.

– Конечно, помню.

Хейл принялся нахваливать Кембридж. Он утверждал, что Френни непременно понравятся его набережные и узкие улочки. Она может снова подать документы в Рэдклифф. Они снимут квартиру прямо на главной площади. Сам Хейлин взял несколько дополнительных курсов и собирался окончить университетскую программу на год раньше, чтобы провести больше времени с Френни. Ей было приятно разделить с ним мечту о счастье – ровно до той минуты, когда она посмотрела в окно. На подоконнике с той стороны сидел Льюис и пристально за ней наблюдал. Он знал, о чем она думает. Она слишком сильно боялась проклятия. Ей не хотелось, чтобы с Хейлином что-то случилось. Френни соскользнула с койки. Ей было трудно находиться так близко к нему. Она налила Хейлу воды.