Ответный удар - Йон Колфер

— Ты что натворил, Мульч? — спросила она, увидев показания приборов. — Компьютер говорит, что ты летел сюда все время на первой передаче!

— А у этой штуки есть передачи? — спросил гном. — Я думал, это корыто работает автоматически.

— Некоторые пилоты предпочитают пользоваться ручным переключением передач. Понимаю, несколько старомодно, но обеспечивает большую маневренность на виражах. Кстати, вот еще что: тебе совсем не обязательно было устраивать газовую атаку, болтаясь на канате, — в оружейном сейфе полно гранат шокового действия.

— А здесь и сейф есть? Передачи и сейфы. Кто бы мог подумать!

Дворецки произвел медосмотр своего хозяина.

— Судя по всему, вы в полном порядке, — сказал он, положив тяжелую ладонь на грудь Артемиса. — Как я вижу, Элфи привела в порядок ваши ребра.

Артемис пребывал в некотором оцепенении. Сейчас, когда непосредственная опасность осталась позади, у него впервые появилось время поразмыслить над тем, что произошло за этот день. Сколько раз можно чудом избегать гибели в течение всего одних суток? Пожалуй, искушать судьбы и дальше рискованно…

— Дворецки, скажи, — прошептал Артемис так тихо, чтобы его слышал только телохранитель, — все это происходит на самом деле или у меня галлюцинации?

Он и сам сразу же понял, что задал нелепый вопрос. Если все происходящее — игра воображения, то и телохранитель ему тоже мерещится.

— Дворецки, я отказался от золота, — продолжил Артемис, все еще не понимая, как он решился на столь щедрый жест. - Я. Я отказался от золота…

Дворецки улыбнулся, скорее по-дружески, чем как телохранитель.

— Это нисколько не удивляет меня. Еще до стирания памяти у вас появилась склонность к бескорыстию.

Артемис нахмурился.

— Ты сказал бы именно это, если бы был частью галлюцинации.

Мульч, который подслушивал их разговор, не удержался и встрял:

— Ты уловил запах того, чем я сразил троллей? Неужели ты думаешь, что такая вонь может пригрезиться?

Элфи запустила двигатели.

— Держитесь крепче, — сказала она через плечо. — Пора улетать. Датчики засекли шаттлы — они так и снуют по туннелям в окрестностях. Нас разыскивает полиция. Нужно спрятаться в каком-нибудь месте, которого нет на картах…

Элфи коснулась ручки газа, и шаттл плавно оторвался от земли. Если бы не иллюминаторы, пассажиры вообще не заметили бы взлета.

Дворецки толкнул Мульча локтем в бок.

— Ты видел? Вот это взлет. Когда ты хоть чему-нибудь научишься?

Гном обиделся.

— Что я должен совершить, чтобы завоевать хоть малейшее уважение? Я только что спас вас всех от верной гибели, и что я слышу? Одни только оскорбления!

Дворецки рассмеялся.

— Ладно тебе, мой маленький друг. Приношу свои извинения. Мы все обязаны тебе жизнью, и я этого никогда не забуду.

Артемис с любопытством следил за их разговором.

— Дворецки, по твоим словам можно сделать вывод, что ты все помнишь. Если на минуту допустить, что все происходит на самом деле, значит, ты каким-то образом освежил свою память. Может быть, я что-то оставил?

Дворецки достал из кармана компьютерный диск.

— Да, Артемис. На этом диске было записано сообщение для меня. Для себя вы тоже оставили сообщение.

Артемис взял у него диск.

— Наконец-то, — сказал он. — Наконец-то я слышу разумные слова.

В кормовой части шаттла Артемис обнаружил небольшой санузел. Туалетом можно было пользоваться только в крайних случаях: унитаз представлял собой сиденье, сделанное из какого-то губчатого материала, который, по словам Мульча, разлагал на молекулы любые проходящие сквозь него продукты жизнедеятельности. Артемис решил, что убедится в чудесных свойствах фильтра как-нибудь в другой раз, и устроился на небольшой скамейке рядом с иллюминатором.

На стене висел плазменный экран — вероятно, для того, чтобы не было скучно отправлять естественные надобности. Ему нужно было только вставить компьютерный диск в паз под экраном, чтобы вернуть воспоминания о волшебном народце. Целый новый мир. Вернее, старый…

Артемис покрутил диск между большим и указательным пальцем. С точки зрения психологии, вставить диск в компьютер — значит, признать, что происходящее не является галлюцинацией. Если же на самом деле он, Артемис Фаул, находится во власти разыгравшегося воображения, то такой шаг только осложнит его проблемы с психикой. Однако если он не станет рисковать, может развязаться война между видами. Столкновение между миром людей и миром волшебного народца.

«Как на моем месте поступил бы отец?» — задал себе вопрос Артемис.

Он вставил диск в компьютер.

На рабочем столе появились два файла, отмеченные трехмерными анимационными иконками, которые явно совсем недавно были добавлены в операционную систему компьютера. Там же появились два ярлыка с названиями файлов на английском и гномьем языке. Артемис выделил свой файл, коснувшись пальцем его иконки на прозрачном покрытии экрана. Иконка стала оранжевой и засветилась, потом развернулась во весь экран. Артемис увидел самого себя за столом в кабинете особняка Фаулов.

— Приветствую тебя, — сказал Артемис с экрана. — Очень рад, что ты меня видишь. Несомневаюсь, какое-то время ты не слышал разумных слов.

Настоящий Артемис улыбнулся.

— Правильно.

— Я специально выдержал паузу, чтобы дать тебе возможность ответить, — сказал экранный Артемис, — и поддержать разговор. Больше пауз не будет, так как время весьма ограничено. Капитан Малой сейчас находится внизу, разговаривает с Джульеттой, но с минуты на минуту, без сомнения, поднимется навестить меня. Скоро мы вылетаем в Чикаго, чтобы разобраться с мистером Ионом Спиро, который кое-что у меня украл. Помощь волшебного народца заключается в том, что у меня потом сотрут память. Все воспоминания о подземных жителях будут стерты безвозвратно, если, конечно, я не оставлю сообщение самому себе, чтобы в будущем стимулировать восстановление памяти. Вот это сообщение. Следующие видеозаписи иллюстрируют мою связь с волшебным народцем. Надеюсь, эта информация заставит работать клетки моего гениального мозга.

Артемис потер лоб. В памяти все еще возникали расплывчатые загадочные образы.

Судя по всему, мозг был готов заставить клетки работать. Осталось только найти нужный стимул.

— В заключение, — сказал Артемис с экрана, — я хотел бы пожелать тебе, то есть себе, удачи. С возвращением!

Следующий час пролетел как одно мгновение. Возникавшие на экране образы занимали свободное пространство в сознании Артемиса. Каждое воспоминание не вызывало сомнений, стоило только Артемису его проанализировать.

«Конечно, — думал он, — это все объясняет. Я вставил в глаза зеркальные контактные линзы, чтобы иметь возможность врать подземным жителям и скрыть существование журнала. Я исправил ордер на арест Мульча Рытвинга, чтобы он смог вернуть мне диск. Дворецки выглядит постаревшим, потому что действительно постарел — волшебное исцеление в Лондоне спасло ему жизнь, но добавило пятнадцать лет к его истинному возрасту».