Обладатель-сороковник - Юрий Иванович

Тут в разговор и Карл Гансович вмешался, как представитель большого бизнеса:

– Слишком смелое предложение, не говоря уже о том, что даже в лучшем случае покупка такого количества недвижимости может не сработать. И средства! Вы представляете себе те огромные средства, которые для этого придётся выложить?

– Несомненно, представляю, – твёрдо ответил Санчес и назвал примерную цифру в американской валюте. – Правильно?

Генерал крутанул головой, признавая мысленно, что сумма гораздо выше, чем его прикидки, и вынужден был согласиться:

– Более чем! Но кто решится вложить такие огромные капиталы в течение ближайшего месяца? И на кого будут оформлены покупки?

– Оформляться всё будет только на создаваемую нами кинокомпанию. Потом вкладчику будет выделена соответствующая его участию доля от прибыли. Естественно, доля может оказаться и не так высока, как хотелось бы, а уж о покрытии затраченных средств в ближайшие десять лет и заикаться не стоит. Поэтому риск такой покупки огромен. Можно сказать, он в несколько раз больший, чем риск спонсоров, вкладывающих деньги непосредственно в компанию. Надеюсь, вы не станете оспаривать мои утверждения?

Джек сидел с присущим ему величием, попивая красное вино, и только лишь слегка кивнул. Видимо, он уже был в курсе, кто, как и сколько. А супруги Фаншель переглянулись между собой и стали высказывать свои сомнения:

– Бесспорно, риск огромен, и вложения окупятся не скоро…

– Но кто же такой щедрый отыщется, дающий подобные капиталы?

Санчес радушно, как родному брату, улыбнулся Скунсу:

– Я вам уже представлял нашего сотрапезника, но теперь уточню: господин Таричелли представляет сообщество банкиров, у которых хватит наличности для покупки не только кинотеатров, но и городов, в которых они построены. Ха-ха! Конечно, я немножко перегибаю, но не настолько, чтобы сомневаться в моих словах. Итак, господин Таричелли, вам слово.

– А что тут говорить, уважаемая дама и уважаемые господа? – пожал плечами мафиози, маскирующийся под респектабельного итальянца, но никогда даже толком не умеющий разговаривать на итальянском языке. – Как только я подпишу составленный нами договор, наши банки и финансовые корпорации, с нами сотрудничающие, начинают скупку обозначенной вами недвижимости. В вопросе выбора мы всецело полагаемся на вас и на ваши знания обстановки внутри России. Ну, разве что вставим пункт, что продавать недвижимость, купленную нами, вы сможете только нам и по цене всего лишь в одну десятую от натуральной стоимости. Во всём остальном мы не подведём.

И опять супруги Фаншель между собой переглянулись с недоумением. В крупной предпринимательской деятельности они разбирались отлично. Ну, разве что Карл Гансович на порядок-два лучше своей жены. Но в данном предложении они не могли увидеть малейшей закавыки для себя. Даже упомянутый пункт не представлялся опасным. Банки или финансовые корпорации скупают недвижимость и передают их управлению кинокомпании. Да ещё и реконструкцию нужную при этом оплачивают и проводят. И дальше, со временем, начинают получать свой, конкретно оговорённый процент прибыли. В отношении процента можно даже не жадничать: гарантированный кинопрокат новых картин – это масло масляное в смысле верной прибыли. Опять-таки если получатся отличные картины, обеспечивающие кассовые сборы. Но даже если не будет сборов, управление компании ничем не рискует, только и нечего будет отдать банкам-акционерам, ибо нет прибыли – и делить не с чего!

Естественно, все детали и нюансы ещё следует оговаривать, обсуждать и согласовывать. Но уже сейчас следует и надо давать конкретное и твёрдое согласие. Как говорится в среде уважающих себя предпринимателей, уговор дороже денег. Кто бы ни был этот невзрачный с виду Таричелли, он, несомненно, ниспослан судьбой. Или, иначе перефразируя выражение, ниспослан зарождающейся кинокомпании всё тем же обворожительным, милым и умнейшим господином Санче’Ри.

Наверно, поэтому Лариса Андреевна подняла свой бокал и провозгласила тост:

– Тогда давайте выпьем за наше согласие и продуктивное сотрудничество! Пусть нам всем сопутствует удача!

Итоги первого заседания, так сказать оргкомитета кинокомпании «Голд Фаншель», только добавили интриги в события. По крайней мере Загралов и его союзники никак не могли понять, что же всё-таки творится и для чего вся эта грандиозная возня затевается. И в спорах между собой никак не могли докопаться до истины. С одной стороны, всё вроде лучше не придумаешь: дают деньги, и много. И даже тот нюанс, что деньги эти, скорей всего, чёрный нал, осевший в России за несколько лет, особо не беспокоил. Группа силовиков вскоре возьмётся и за Скунса, и за его знакомых и помаленьку раскрутит всю цепочку, кончая непосредственно распространителями наркотиков. Ну а то, что в то же самое время средства уплывут на благое дело, так даже лучше, меньше потом придётся самим искать и экспроприировать.

Даже если останутся после предполагаемой чистки некоторые формальные «чистые» управленческие структуры, которым будут принадлежать права по скупке недвижимости, они нисколько не помешают существованию кинокомпании. Ведь у них не будет права решать приоритетность той или иной кинопродукции.

То есть желание наркодельцов «отмыть» свои грязные деньги понималось прекрасно. Но это никоим образом не шло вразрез с выбранной политикой по пресечению преступности.

Вполне правильно понимались и действия всемирно известного человека. Джек хотел выделиться, взлететь на старости лет на новую вершину славы, почувствовать риск и прелесть новизны, вдохнуть полной грудью воздух во многом диковинной для него и некогда запретной страны. Да и рисковал-то он не иначе как мизером, его доброе имя всё равно не слишком пострадает даже в случае полнейшего краха новой кинокомпании уже в течение первого года.

А вот какие цели ставил перед собой Рио-Валдес? В том, что он затевает какую-то гадость, полусотники ни разу не сомневались. А вот какую именно, догадаться, проанализировать или выяснить не удавалось. Слишком уж с размахом, да и вполне официально старался действовать сценарист из Панамы. На следующий день после ужина в «Метрополе» было решено с самого утра подписать предварительные договора, а потом целый день посвятить встречам с остальными заинтересованными в создании кинокомпании людьми. Причём на встречи эти будут ездить и общаться только два человека: Лариса Андреевна, как президент новообразованного предприятия, и всемирно известный актёр, как бренд, маяк и светоч незыблемого авторитета, профессионализма и значимости. После серии таких встреч создание и реклама «Голд Фаншель» можно будет считать делом свершившимся.

А Санчес уже с утра засядет с несколькими своими помощниками за предварительный отбор самых лучших сценариев, по которым после утверждения начнут немедленно сниматься фильмы. Тогда как господин Таричелли вообще заявил, что он человек непубличный и сугубо деловой, поэтому неотложно приступает к намеченной скупке кинотеатров.