Передышка в Барбусе - Юрий Никитин

— Да нет, — ответил Аспард ещё несчастнее. Потом,словно бросаясь вниз головой в прорубь, выпалил: — Вы их запустили совсем немалость!

— Ого, — сказал Мрак поощряющим голосом. —Ты, может, напомнишь, что, по-твоему, запущено сильнее?

Аспард покосился на безмятежное лицо Мрака, это ещё какойдух предка вселился в их тцара, загнул палец:

— Перво-наперво — это артанцы. Мне, как начальникудворцовой охраны, они вроде бы до одного места, так как не желают вам зла, асовсем напротив — чтоб вы подольше тцарствовали. Другой тцар попробует имукорот дать, а вам лишь бы никто звёзды не заслонял... Но, как барбусец, яставлю артанцев на первое место... ну, по запущенности первое.

— Хорошо говоришь, — одобрил Мрак. — ЖизньОтечества важнее наших жизней. Давай дальше.

Подбодрённый Аспард загнул второй палец.

— Полководцы и военачальники, что под вашим отцомукрепили рубежи, а всех соседей научили кланяться и уступать дорогу. Эти,напротив, хорошие и честные люди, но... увы, Ваше Величество, они собираютсясместить вас. Уже сместили бы, но пока не договорились, кому сесть на трон.Главные из них — Геонтий Секироносец и Рагнар. Рагнар сейчас больше временипроводит в пирах, договаривается со знатью, а Геонтий — в казармах, завоёвываетсердца солдат, у каждого свои пути к трону. Есть и ещё помельче, ихперетягивают на свою сторону Рагнар и Геонтий, обещая всякие вольности идолжности. Пока всё тихо, все хотят обойтись как можно меньшей кровью. Вас ужене считают вовсе, просто не хотят лить кровь барбусцев... ибо половина заРагнара, половина — за Секироносца. Однако, похоже, на днях договорятся. Илиуже договорились, пока сведений не имею.

— Давай гни дальше.

— Третье, — сказал Аспард, — ваша дальняяродня, что всегда мечтала о троне, а сейчас, когда вы перестали вылезать избашни звездочёта, они зашевелились... Я принесу список всех имён, кто не простомечтает о троне, кто из них не мечтает, но и кое-что пытается, роет, строитзаговоры... Четвёртое — главы богатых родов. Вместе с Первым Тарасом, чтопришёл на эти земли, были и другие сильные и отважные богатыри, герои. Нотцаром стал Тарас. Однако теперь потомки тех героев считают, что кровь Тараса вего потомстве настолько разжижилась, что от неё ничего не осталось, и они вправе,да-да, просто обязаны взять власть, дать начало новой династии...

— Ну-ну, — проворчал Мрак, — у меняразжижилась, а у них нет? Ладно, дальше.

— Вами недовольны также горские племена...

— А они что? Тоже на трон?

— Нет, ваш батюшка отобрал их вольности.

— Так на батюшку бы и сердились.

— Батюшка был крут, — пояснил Аспард, — принём никто пикнуть не смел. А вот вы...

— Ладно, дуй дальше. Если что, можешь разуться.

— Зачем? — удивился Аспард.

— А там ещё есть пальцы, — объяснил Мракхладнокровно. — Для загибания.

— Ваше Величество, если перечислять всех, кто хотел бывас сковырнуть с престола, то что люди — тут никаких сороконожек не хватит!Даже если у них на каждой ноге ещё по сорок пальцев. Вы уж простите заоткровенность...

Ужинать Мрак велел подать в свои покои. Тцар он или не тцар,спросил он у перепуганных слуг. Они испуганно заверили, что да, тцар, тогда онхладнокровно посоветовал им засунуть своих жареных змей себе... а следом ещё ипауков. В нём пробудился его прапрадедушка, которому подавай жареногопоросёнка, можно — молочного, да чтоб с хрустящей корочкой.

Аспарда он не отпустил, усадил за стол. Молча ели и пили,утоляя голод. Никто не проронил ни слова, пока от кабанчика не остались толькообглоданные кости, но и тогда Мрак молча разорвал жареного гуся, половинушвырнул на блюдо Аспарду, за другую принялся сам. Слуга, дивясь такому аппетитутцара, молча подливал обоим в высокие серебряные кубки.

Хрюндя отыскала от прошлого пиршества кость, с радостнымхрюканьем принесла Мраку. Мрак отмахнулся, сама грызи, если такая дурёха, ноХрюндя поняла его взмах, как приглашение играть, стала прыгать и тыкать ему владони кость, а когда он намеревался схватить и выбросить, с довольнымхорканьем отскакивала. Рассердившись, он наконец изловчился и отнял кость.Хрюндя тут же полезла ему на голову, кусала уши, топталась всеми четырьмяшипастыми лапами. Мрак едва сумел вышвырнуть кость в окно.

Та исчезла в темноте, Хрюндя с обиженным визгом ринулась кдвери. Манмурт бросился следом. Мрак прислушался, но всё, что уловил, это какво тьме в саду хрустит, хрюкает, шелестят старые листья и трещат ветки.

— Послушай, — сказал он, — ты мне напомни...что там за делы с Фригой?

Аспард поперхнулся, вино плеснуло на блюдо.

— Клевета, — сказал он горячо. — Истиннаяклевета!.. Ничего у нас не было, все брешут!

— Ага, — сказал Мрак. Подумал, сказал снова: —Ага... ну, ладно, брешут, так брешут... Похоже, её родители наметились еёвыдать замуж?

Аспард испуганно взглянул на тцара, снова поперхнулся.

— Не совсем так, — промолвил он осторожно. —Это она хочет пойти за конта Сигизеля, вот и насела на родителей. А у них вродебы есть обязательства перед вами. Или даже перед вашим батюшкой. Вроде быобещали выдать первую дочь за вас, чтобы укрепить дружбу... Потом, правда,дружба распалась, но обязательства...

— Понятно, — прервал Мрак. — А как сам контСигизель?

— Да просто конт, — пробормотал Аспард. — Онвообще-то младший сын правителя Вантита. Здесь был как купец... потом почему-тозастрял. Говорят, потерял голову из-за Фриги. Не шибко умный, не шибкохрабрый... Зато молодой и чистый лицом. Одевается нарядно, а что ещё женщиненадобно?

Мрак сделал знак слуге, чтобы не зевал, наливал сразу же,едва увидит пустой кубок, отхлебнул, осушив сразу половину кубка, заметил:

— Тогда надо сказать родителям Фриги... Да ты и скажи!Больно мне надо вляпываться в такое... Скажи, что я рекомендую.

Уснул с сердитой мыслью, что чёртова Хрюндя так и не нашла втемноте косточку, всё ещё продирается между кустами, пищит, скулит, но слышно ижалобный голос Манмурта, этот не оставит её, иначе голова с плеч...

Проснулся под утро, чувствуя приятную тёплую тяжесть. Онлежал на спине, перед глазами, заслоняя весь мир, расплылся толстый зелёныйзад. Хрюндя мирно посапывала. Обычно она засыпала, повернувшись к нему мордой,и он не раз вздрагивал, когда поднимал веки, а прямо перед глазами страшнаяоскаленная пасть с выпученными глазами. Глаза у жаб не закрываются, они глядятчерез прозрачную плёнку, потому могут таращиться даже навстречу ветру. А сейчасХрюндя, застав его спящим; легла мордой к ногам. Ежели враг нападёт, оба будуткусать каждый со своей стороны.