Дом в наследство - Татьяна Барматти

его доме была одна спальня, гостиная, небольшая кухня и такая же небольшая ванная комната. По сути, для холостяка то, что нужно, чтобы лишнее не убирать, но для нас троих было немного тесновато. Хотя, в тесноте, но не в обиде. Мы так, вне всяких сомнений, быстрее друг к другу привыкнем, сталкиваясь постоянно. Возможно, неловкость благодаря такому тесному контакту исчезнет без следа.

– Я сейчас приготовлю нам завтрак, а после можно будет начинать готовиться к обряду. Тебе моя мама поможет, хорошо?

– Твоя мама? – Переспросила, ведя себя, словно перепуганная перепелка.

Что ж, это будет первый раз, когда я знакомлюсь с родителями моего будущего мужа, второго мужа! И ведь, если так подумать, мне после еще предстоит знакомство с родителями Дэниэля, а там и третьего мужа. Хотя, может, третий вообще не появится? Мало ли, какие еще «сюрпризы» подготовила для меня судьбы, я ждать его буду всю жизнь, а он мимо пройдет?

– Ты не возражаешь? Или попросить девушек твоего возраста из нашего клана? – Спросил осторожно мужчина.

– Я не возражаю, – собравшись с мыслями, кивнула спокойно. Да и глупо будет, начни я сейчас избегать этой встречи. Не маленькая же, все понимаю.

По крайней мере, стараюсь не забывать, что я уже не маленькая, а взрослая девушка. Почти два раза замужняя девушка.

Глава 24 – Всегда рядом

– Как же тебе идет наряд нашей расы, – не отводя от меня взгляда, уже в сотый раз похвалила меня мама Ирласса – Вайлин.

Насколько я поняла, женщину вообще не смутил тот факт, что у меня уже есть один муж. Конечно, я не ожидала, что она воспримет меня в штыки, но и без теплых материнских объятий. Все-таки, какой маме не хочется, чтобы ее невестка видела только ее сына. Меня же госпожа Вайлин приняла с распростертыми объятиями и была, если я не ошибаюсь, очень довольна.

– Вы правы, очень идет, – поддержали ее девочки ирлинги, которые тоже помогали мне подготовиться. – Брату Ирлассу повезло.

– И то верно, – согласилась без промедления будущая свекровь. – Я вообще уже не рассчитывала, что он когда-то женится. Думала, что его пару поразили порождения тьмы, и он теперь навсегда останется холостяком.

– Не стоит даже думать о подобном в такой радостный день, – нахмурившись, проговорила другая девушка.

Поджав губы, я тихо вздохнула, чувствуя себя, если не врать, немного лишней в этом женском царстве. Смех, слезы, переживания или тихие разговоры, казалось, были далеко от меня. Реально, словно в вакууме каком-то оказалась. И понятно же, что это моя свадьба, мой брачный обряд, но я самая спокойная и собранная в данной ситуации. Или же я настолько переживаю, что не могу осознать этого?

Посмотрев на свое отражение в зеркале, стараясь не упустить ни одной детали своего образа, я слегка улыбнулась. Врать было бесполезно, я действительно выглядела хорошо в традиционном наряде ирлингов. Белая, струящаяся по фигуре, легкая ткань делала образ очень возвышенным и каким-то нереальным, вместе с поясом, который делали мамы мужчин для своих невесток. Мой пояс, определенно, был продуман до мелочей. Вне всяких сомнений, на него ушел не один день и даже не один год кропотливой работы. Каждая деталь была проработана до мелочей, не было даже понятно, как вплетались разноцветные нити, которые создавали непревзойденный узор из перьев.

– Ирласс же дал тебе свое перо? – Неожиданно спросила женщина, вырывая меня из вороха своих мыслей.

– Да, дал, – кивнула осторожно, не совсем понимая, зачем им знак любви уже моего ирлинга.

– На поясе есть специальное место для пера, я могу прикрепить его, чтобы все видели, – предложила будущая свекровь, едва не притоптывая на месте от нетерпения.

Слегка улыбнувшись под ее выжидающим взглядом, я достала перо, которое спрятала под подушку и передала его женщине. Действительно, немного неловко вышло, но это ведь хорошо, что я так серьезно его храню, не так ли? Не зная, куда спрятать перо, я поставила его под подушку, чтобы уж наверняка не потерять.

– Наконец-то я дождалась этого момента, – искусно прикрепляя перо к поясу, прошептала она.

– Ирласс выглядит очень молодо, – не удержавшись от замечания, проговорила спокойно. Реально, такое ощущение, что он уже старик, который едва не закончил свою жизнь в одиночестве.

– Я тоже не выгляжу старухой, но мне уже четыреста семнадцать лет, – улыбнувшись, со вздохом призналась свекровь, заставив меня на некоторое время пораженно замереть. Такого ответа я совсем не ожидала. Но теперь, естественно, появляется закономерный вопрос. – Ирлассу двести тридцать семь лет.

Двести тридцать семь лет! Это ведь не тридцать семь даже, а двести тридцать семь. Да у нас разница в возрасте просто нереальная. И судя по всему, жить мужчине еще, как минимум, лет двести точно. Но что тогда с моим сроком жизни? Бабушка Эсмель тоже руководила отелем не десятки лет, а сотни. Определенно, в этом нужно будет разобраться детально и еще возраст Дэниэля уточнить. Что-то мне подсказывает, никак интуиция, что мужчине точно не тридцать и даже не сорок лет, а намного больше.

– Пришло время, – не успела я хоть что-то сказать, как-то отреагировать на новую информацию, как госпожа Вайлин хлопнула в ладоши.

– Уже? А как же мои родные?

– Они уже прибыли и ждут в зале для обрядов, – проговорила одна из девочек.

– Тогда почему они не пришли?

– По традиции невесту может наряжать и видеть только свекровь и незамужние девушки, – объяснила мне другая девушка, тепло улыбнувшись.

Вздохнув, я мысленно пожелала себе удачи. Конечно, перекраивать под себя традиции других рас – это не выход. Да и можно потерпеть немного пока обряд закончится, а после уже поговорить с родными. Если, конечно, тогда время будет. Впрочем, не сбегать же мне, в самом деле, с собственной свадьбы, чтобы пару слов родным сказать и заверить маму, что все хорошо. Думаю, она и так это увидит, без моего напоминания.

Пожалев мне счастливого брака, девушки вместе со свекровью ушли, оставив меня одну в доме, и уже через несколько секунд я увидела своего ирлинга. Пораженно застыв на мгновение, мужчина подошел ко мне и подхватил меня на руки, уткнувшись лицом мне в шею. Казалось, что он не мог сдержать своих эмоций, едва найдя им выход, чтобы попросту не поцеловать меня тут и сейчас.