Демон-хранитель. Сделка - Елена Малиновская

– Да, – еще тише прошептала я.

Сознание мерцало, в любой момент готовясь покинуть меня. Но, увы, благословенное темное небытие все никак не открывало мне свои ласковые объятия, прекращая страдания.

– Отлично.

Боль схлынула так внезапно, что я задохнулась от наслаждения. Несколько минут продолжала стоять на коленях, боясь, что стоит мне только пошевелиться, как пытка возобновится. Затем осмелилась поднять голову и с ненавистью посмотрела в глаза садисту, скрывающемуся под внешностью холеного красавчика и любимца женщин.

Марко Шаорраш все так же стоял рядом, наблюдая за мной с искренним, незамутненным любопытством прирожденного исследователя. Когда он увидел, что я окончательно оправилась после насланных чар, то с легким сочувствием пожал плечами, будто говоря – ничего личного, поднял со столика недопитый бокал и вновь пригубил его.

Я перевела взгляд на Фабиона, уже представляя в мечтах, как расцарапаю ему лицо за то, что не пришел мне на помощь. Но мигом растеряла свою воинственность, заметив легкую голубоватую дымку, окутавшую приятеля наподобие кокона.

– Пришлось прибегнуть к некоторым мерам предосторожности, – ответил Марко на невысказанный вопрос, застывший в моих глазах. – Мой племянник весьма горяч и безрассуден, как оказалось. Я не захотел множить проблемы.

Я промолчала. Марко протянул руку, намереваясь помочь мне встать с пола, но я поднялась сама, проигнорировав его жест. С демонстративной тщательностью отряхнула платье, разгладила несуществующие складки на поясе и замерла, с усиленным вниманием уставившись на противоположную стену.

– Обижаешься? – Марко понимающе хмыкнул. – Ну что же, имеешь право. Надеюсь, мне больше не придется прибегать к столь жестоким, но, что скрывать, действенным урокам. Не люблю причинять людям боль, особенно красивым девушкам.

«Что-то не похоже», – едва не брякнула я, но в последний момент торопливо прикусила излишне дерзкий язык. Спокойнее, Катарина, спокойнее. Этот противник тебе точно не по зубам. Увы, но даже родители не защитят тебя от него.

– На чем мы там закончили? – Марко замер над столиком, явно вознамерившись за сегодняшний вечер перепробовать все напитки отца. – Ах да, я спрашивал тебя, читала ли ты книги бабушки. Так как?

Его рука выхватила из ровного ряда бутылок одну. На этот раз выбранный напиток отличался густым черным цветом с едва заметным фиолетовым отливом. По всей видимости, он пришелся Марко больше по вкусу, чем розовая наливка, поскольку он принюхался к хвойному запаху, довольно кивнул и щедро налил себе чуть ли не полный бокал, после чего уставился на меня с самой милейшей улыбкой.

– Мне было любопытно, – проговорила я, больше всего на свете мечтая оказаться как можно дальше отсюда. – Поэтому я залезла в тот проклятый сундук, оставшийся после бабушки. Но там не было ничего особенного, клянусь! Реана забрала все книги, хоть малейшим образом относящиеся к колдовству. Мне было скучно сидеть взаперти, так что я решила хоть таким образом скрасить себе домашний арест.

При этом я благоразумно утаила тот факт, что уже не раз и не два заглядывала в подобные книги, когда мать куда-нибудь отлучалась из своей комнаты. А в фолиантах, которые она изучала на досуге, про различные заклинания говорилось даже более чем достаточно. Но я понимала, что это признание станет приговором для меня, поэтому собиралась до последнего хранить в тайне свою неуемную тягу к новым знаниям.

– Когда сидят взаперти, то не шастают по чердакам. – Марко кисло ухмыльнулся, не догадавшись, что ему рассказали лишь часть правды, и глянул на Фабиона, словно это он был виноват в моих ночных прогулках.

Приятель никак не отреагировал на его затаенное неудовольствие, поскольку все так же находился под действием заклинания своего могущественного дяди. Марко прищелкнул пальцами – и дымка чар моментально развеялась, будто ее никогда и не было.

– Катарина!.. – захлебнулся в оборванном крике Фабион. Рванул было с кресла, намереваясь с опозданием прийти мне на помощь, но остановился, осознав, что пропустил огромный кусок произошедшего. С недоверием, граничащим с ужасом, уставился на дядю, молчаливо требуя объяснений такому провалу в памяти.

– Иди в комнату Катарины, – приказал ему Марко, не снисходя до признания в том, что заколдовал собственного племянника. – Найдешь там книги по магическому искусству, которые она стянула с чердака, пока была под твоим присмотром. Принеси их.

– Там не было ничего про магическое искусство! – возразила я, перехватив гневный взгляд Фабиона. – Честное слово! Иначе я бы и не тронула их.

– Да неужели? – Марко недоверчиво покачал головой. – Дорогая моя, и как бы ты узнала, о чем говорится в книге, если бы не прочитала хоть строчки? А запрещенная магия тем и опасна, что самостоятельно от ее изучения невозможно оторваться. Сначала думаешь: что дурного в чтении? Потом – да я просто попробую самое легкое и невинное заклинание. А затем не успеешь оглянуться, как уже стоишь перед жертвой, сжимая в руках кинжал и готовясь нанести смертельный удар.

– Вы говорите настолько уверенно, будто сами однажды прошли этот путь, – заметила я с удивлением, уловив в его голосе какие-то странные нотки стыда и недовольства собой.

– Просто слишком часто был свидетелем этого. – Марко с усилием растянул губы в улыбке и прикрикнул на Фабиона, который все еще был в комнате: – Чего ждешь? Быстро за книгами!

Приятель кинул на меня полный сомнения взгляд, не желая оставлять наедине с дядей, но все же с явной неохотой подчинился.

– Глупый мальчишка, – пробормотал Марко, едва за Фабионом закрылась дверь. – Первое же самостоятельное дело – и такой промах.

– Какой же? – спросила я, обмирая от собственной дерзости и прекрасно понимая, что хожу по самой грани, отделяющей меня от очередного жестокого наказания за неумеренное любопытство. – По-моему, Фабион справился с заданием. С небольшими огрехами, но для первого раза неплохо.

– Не пытайся казаться глупее. – Марко недовольно фыркнул. – С другими, быть может, эта уловка сработает, но только не со мной. Я вижу тебя насквозь. Ты ведь умна не по годам и прекрасно понимаешь, о чем я. Вопиющее нарушение – влюбиться во время проведения расследования. Не говоря уж о том, что он обязан был подозревать тебя наравне с остальными. Но даже не это меня расстроило, а то, что он продолжает сохранять к тебе слишком теплые чувства, несмотря на безвозвратно загубленную репутацию твоей семьи.

– По вашему мнению, так легко вытравить из сердца чувства? – Я с сарказмом ухмыльнулась.

– Это трудно, но возможно, – холодно проговорил Марко. – Однако Фабион даже не сделал попытки. И этим разочаровал меня.

У меня на языке вертелось множество колких замечаний, но я не стала лезть на рожон. Что скрывать – полученный урок пошел мне на пользу, избавив от многих иллюзий. Род Шаоррашей не нравился мне все сильнее и сильнее. Жаль, что Фабион имеет несчастье к нему принадлежать.