Зеркало Велеса - Александр Прозоров

— Заклинаю тебя силою земли, — сыпанул он пыль, — заклинаю тебя силою огня, — он провел сверху свечой, — заклинаю тебя силою ветра, — рукой он махнул на оружие, создавая движение воздуха, — заклинаю тебя силою воды, — колдун стряхнул несколько капель из стоящей на столе влажной деревянной миски. — Силой медвежией, волей земной, словом Свароговым, кровью человеческой заклинаем тебя, сталь холодная. Быть тебе костью моей в сече жаркой, быть тебе ухом моим в сладком сне, быть тебе волей моей в руке чужой, быть тебе словом моим в тяжкий час. Дело мое легко, слово мое крепко. Отныне и во веки веков… — Чародей наклонил свечу, и растопившийся состав потек на лезвие сабли. Повторяя заклинание, Лютобор капнул немного на косарь, потом на кистень. Свечу решительно задул и метнул в очаг. — Все! Готово.

— И-и-и… Что теперь? — поинтересовался новик.

— Подожди. — Лютобор сгреб заговоренное оружие, поднялся наверх, вышел из пещеры. Вскоре вернулся уже с пустыми руками. — Ступай наверх и позови его. А я пока отвара нам заварю, для здоровья крепкого.

— А где звать? — не понял Андрей.

— Где хочешь. Я его наугад в стороны раскидал.

— Ну, ты… — возмутился Зверев, но ругань все же придержал, ринулся вверх по лестнице, выскочил на воздух.

Серый вопросительно всхрапнул, затоптался у кустов, дернул мордой поводья, запутавшиеся среди ломких прутьев.

— Потерпи маленько, — попросил его Андрей. — Куда же этот полоумный старик мое добро покидал?

Вокруг, не считая узких тропок, лежал глубокий рыхлый снег — не меньше, чем по колено, намело. А то и выше. Поди разыщи под ним тяжелую узкую саблю! Уж про кистень и говорить нечего.

— Ну, и чего теперь? — Он вздохнул. — Вот… блин горелый. Как он там говорил — позвать? Ладно, попробую. — Зверев опять вздохнул и, чувствуя себя полным идиотом, тихонько позвал: — Са-абля… Са-абля, ты где?

Неожиданно он услышал, как тихонько, словно где-то под одеялом, тренькнул камертон. Долго и протяжно: дзи-и-и-и-и-инь…

— Сабля? — Он повернул голову, ловя направление на звук. Пробежался несколько метров — и увидел в насте продолговатый след. Черпнул рукой возле одного края, нащупал рукоять, выхватил клинок и радостно засмеялся: — Так вот ты какая… Звонкая! — Тщательно вытер сталь о рукав, вогнал в ножны и вопросительно произнес: — Косарь? Косарь, отзовись!

Нож зазвучал низко, басовито, подобно тронутой кольцом тетиве. Новик крутанулся на месте, кинулся вверх по склону и через минуту уже держал оружие в руках.

— Обалдеть! Кистень… Кистень, ты где?

Голос кистеня оказался хриплым, как у утопленника. Но ничего, найти маленькую точечку на насте, в которую тот нырнул до самой земли, труда не составило. Андрей рассмеялся и побежал назад, в логово чародея:

— Получилось, старик! То есть, волхв Лютобор. Получилось!

— А как же иначе, — ответил хозяин. — И знай, что голоса оружия твоего никто, кроме тебя, не услышит. Ну, а как оно в руки не дается, я испытывать не берусь. На другом ком-нибудь пробуй. Иди сюда, отвара моего испей. Шафрана я не кладу, вкус непривычный, но силу напиток сей жилы тебе добавит.

— Надо же, звучат! — все еще не мог поверить Андрей. Он сбежал вниз, сел за стол рядом с чародеем, отхлебнул из глубокой деревянной пиалы кисло-сладкого напитка с брусничным запахом. — Жалко, лука я с собой не взял, его бы тоже заколдовать! А то в сече потеряется, потом и не найдешь. Иногда прятать в колчан некогда, уронить можно. Али ремни колчана кто срубит.

— Заговори, — предложил волхв. — Ты же видел, как это делается. И заговор слышал. Запомнил?

— Сам… — Андрей потер виски пальцами. Вроде ничего сложного в увиденном колдовстве не было.

— Я могу тебя и иными заговорами заговорить. От стрелы, от меча. Глаза научу отводить, стены любые проходить насквозь, запоры отворять, путы осыпать, дождь останавливать, бури-снегопады вызывать.

— Правда?

— Да.

— Надо же, — хмыкнул Зверев. — За что же это мне честь такая, Лютобор? Неужели совесть так мучит?

— Нет, чадо, не за совесть. За то могу наградить, что не боишься меня вовсе. Никакого страха не испытываешь. Невозможно научить знаниям тех, кто глаза от тебя прячет, за версту от холма сего трястись начинает, слова вымолвить не способен, а запрошенное получив — бежит без оглядки, аж дышать боится. Нельзя. А знания я великие накопил. Кому достанутся, как сгину в безвечности?

— Ах, вот оно что, — сообразил Андрей. — Ты хочешь взять меня в ученики? Не-ет, волхв, так дело не пойдет. Ты должен отправить меня домой, ты забыл? Ты мне это обещал! Через пять дней обещал!

— Я клялся попробовать. А получится, нет — не ведаю. Да и то сказать, сколько времени уйдет, пока нужного добьюсь… Кто знает? Покамест расскажу тебе, что значат знаки тайные и явные, на воде, на земле, на огне и в небе. Поведаю, как и на что травы разные влияют, чем в обрядах чародейских помочь могут. Какие заклинания ради чего творить надобно, к каким богам и духам за помощью обращаться. Зная все это, ты и сам путь назад сыскать сможешь. Опять же меня проверишь, искренне я тебе вернуться помогаю али обманываю? Так ведь, чадо?

— В общем, наверно — да, — признал Зверев.

— Хотя, конечно, не ведаю, отчего ты в нищету и мрак так возвернуться стараешься, — вздохнул старик. — Ну, да дело твое. Хоть что-то, ко мне от предков пришедшее, сохранить смогу, и то ладно. Так ты согласен?

— Можно попробовать… Но ведь я не смогу к тебе каждый день приезжать! Мне и с Пахомом тренироваться надо, и отец меня делами своими занимает, да и вообще хлопот хватает. Не школьник все же.

— А ты как часик свободный выдастся, так и приезжай, — кивнул чародей. — Думай: а вдруг нашел-таки волхв путь какой хитрый восвояси, лаз в дом прежний? Узнать надобно. На коня — да и сюда торопись… Одно спросишь, другое узнаешь.

Лютобор опять закудахтал.

— Коли так… — Андрей пожал плечами. — В принципе, я не против. Можно попробовать. Ну, а сейчас я, наверное, поскачу. Вдруг меня в усадьбе хватились?

— Зачем скакать? И так проведать несложно. Помнишь, я обещался тебя научить, как сквозь стены проходить надобно? Так это ведь не только через стены, но и через расстояние проходить можно. Не телом, правда, душою своей только. Но ведь и этого часто хватает. Допивай отвар мой, да и начнем…

Обоз вернулся на пятый день. Видать, без хозяйского пригляда холопы не особо торопились — тем паче что в обозе и припасов, и вина для путников хватало. Усадьба встретила победителей радостью, в трапезной накрыли первый, поспешный стол — пока баня протапливается. Вот только хозяйки в этот раз за столом не оказалось, место слева от боярина пустовало.

Часа два, пока вернувшиеся воины пировали, Андрей молчал, выслушивая их хвастовство и похвалы хозяевам. А когда холопы ушли мыться и он остался наедине с боярином, спросил: