Битва титанов. Несущие смерть - Маркус Хайц

И, тем не менее, Ортгер с нехорошим чувством шагал по своему дворцу, больше напоминавшему военную крепость, чем королевскую резиденцию. Он вышел во двор, сел в седло и подъехал к Мейнарту, капитану гвардии.

— Галопом до Пористы, — коротко приказал он. И вскоре после этого застучали копыта лошадей, выезжающих со двора и направляющихся по улицам Тригорья на юго-запад.

Кортеж несся по узким дорогам, позволявшим разминуться только двум лошадям. Справа устремлялись к небу отвесные стены, слева зияли мрачные пропасти и бесконечные отвесные склоны. Вдали солнце освещало вершины и горные пастбища. Игра тени и света отвлекала внимание всадников. Но если из-за красивого пейзажа позабыть о том, куда направляешься, то можно очень быстро распроститься с жизнью.

Быстрая езда требовала осторожности. Капитан послал вперед гвардейца, который должен был обеспечить безопасность дороги. Если бы навстречу им неожиданно из-за поворота вылетела упряжка, то дело могло закончиться ранением и даже смертью. Если кто-то выпадал из седла или слетал с козел, с ним было покончено. Ущелья Ургона не знали жалости.

Всадники пересекли узкую тропу.

Ортгер вспомнил свой сон и, повинуясь неясному чувству, обернулся. Отсюда был хорошо виден замок Тригорья, красиво подсвеченный в солнечных лучах. И в ярком свете, пронизывавшем белые облака, что-то металлически сверкнуло прямо перед входом во дворец.

— Остановитесь! — приказал Ортгер, дернул поводья и развернул лошадь, чтобы лучше видеть.

Снова сверкнула яркая искра, на этот раз слишком яркая, чтобы оказаться отразившимся от шлема или щита лучом; вскоре после этого из дворца повалил дым.

— Назад! — Король повернул к Тригорью. — Нападение! Они нацелились на наш бриллиант. Мы ударим противнику в спину и захватим их врасплох.

— Ваше величество, мудро ли возвращаться, пока замок атакуют? — заметил Мейнарт. — Вспомните письмо принца Маллена. Когда в дело вступает магия, лучше держаться от битвы подальше. Пошлите гонца, который передаст вам…

Ортгер с удовольствием согласился бы на это предложение, но он не позволял себе слабости. Во сне тварь гналась за ним. Настало время повернуть копье.

— Это всего лишь чудовище, Мейнарт. В Златоснопье оно застало людей врасплох, а мои солдаты готовы к его приходу. Мы его уничтожим, — Ортгер вонзил коню шпоры в бока и понесся обратно по тропе.

В городе царило волнение. Жители бегали по улицам, то и дело указывая на дворец, из окон которого к небу поднимался дым. Некоторые вооружались ведрами, чтобы помочь тушить пожар, другие хватали мечи и копья, чтобы поддержать солдат. Весть о нападении разнеслась очень быстро.

С Ортгером во главе гвардия влетела во внутренний двор через разрушенные ворота. Опущенная железная решетка оплавилась и была изуродована, словно с ней поиграли раскаленные пальцы великана. Во дворе громоздились части тел и обуглившиеся копья и расплавленные мечи. На камнях мостовой кое-где виднелись черные пятна копоти. Стекла негромко потрескивали и со звоном разбивались от невообразимого жара.

— Я уже сомневаюсь, что моих мер безопасности достаточно, — в ужасе обратился к Мейнарту Ортгер, не отводя взгляда от обуглившихся тел. На восходе солнца он еще разговаривал с некоторыми своими приближенными и смеялся. А теперь от них не осталось ничего… Лишь растерзанные трупы. Ортгер с трудом сглотнул, задрожал. Что бы ни убило людей, оно обладало силой, которой давно уже не видали в Потаенной Стране… Которой здесь отродясь не было!

Гвардейцы шли по следам разрушения. Кое-где полыхали небольшие пожары. Не обращая внимания на стенающих раненых, солдаты мчались по лестнице в подвал. Прежде всего следовало защитить бриллиант.

Когда отряд преодолел последние ступени к вестибюлю сокровищницы, все услышали громкое шипение и увидели, как по стенам и лестнице мечутся трепещущие отблески света. Сопровождалась эта игра зверским рычанием и предсмертными криками людей. Туча едкого дыма ударила им в лицо, и даже самый простодушный из гвардейцев понял, что в комнате начался пожар.

Ортгер стоял как вкопанный. Дрожь усилилась; его тело отказывалось совершать какие-либо движения и идти туда, где царила ужасная смерть и брала то, что хотела. Король точно знал, какую ценность представляет собой бриллиант и какой силой обладает, но ничто не могло бы заставить сейчас юного правителя защищать его. Чудовище из снов действительно пришло.

Послышался громкий треск. С грохотом разлетелись камни, мелкие осколки отскакивали от стен, прыгали по ногам короля. Вскоре после этого до них донесся победный хохот, зазвенел металл, и к первой ступени подкатились две оторванные головы.

— Он разбил двери в сокровищницу. Помоги нам, Паландиэль! — испуганно прошептал Ортгер, делая шаг назад. — Камень… потерян.

Глухой треск нарастал, повторяясь с равными промежутками, словно поступь какого-то гиганта. Огонь отбрасывал на стену длинную, широкую тень, которая приближалась к солдатам. Она росла, наползала на тени мужчин и поглотила их. Существо, застившее свет, бежало, наклонившись вперед, потому что в полный рост пройти в коридор не могло.

Но это было не то существо, которое снилось королю. Реальность оказалась гораздо страшнее.

Монстр состоял из тиония, целиком и полностью из черного тиония! Руки и ноги были в два шага длиной, тело — не менее высоким, толщиной с три пивных бочонка. В быкоподобной демонической голове из металла вспыхивали и гасли два красных глаза, из пасти валил белый и темный пар.

По конструкции пробегала вязь из нечитаемых символов; они сверкали слабым зеленым светом и, казалось, ждали возможности вспыхнуть в любой миг. Из машины торчали сверкающие клинки и отравленные шипы. Кровь убитых солдат почти полностью покрывала создание враждебной мысли, Ортгер узнал клочки волос и обрывки платья, свисавшие с клинков.

Мейнарт схватил Ортгера за руку.

— Сохрани нас Паландиэль! Вы только посмотрите, разве там, на шее, не эльфийская руна?

Глаза Ортгера были не в состоянии отыскать указанное место. Его взгляд испуганно скользил по чудовищу, разум отказывался оценить весь этот кошмар.

Любое движение руки или ноги чудовища сопровождалось шипением, и где-то внутри огромного черного доспеха звучал звон и треск. Один-единственный металлический коготь мог играючи оторвать головы одновременно трем мужчинам. Под шеей механического монстра виднелось круглое окно, закрытое стеклом, сквозь которое глядело прекрасное и в то же время ужасное лицо, оскалив клыки.

Для Ортгера это было чересчур. Его дрожащие пальцы сами разжались, меч выпал из руки; со звоном ударившись о камень, он покатился вниз по лестнице.

— Прочь отсюда, — пробормотал он, разворачиваясь и собираясь отступать.

Руны вспыхнули внезапно. По бокам открылось пять расположенных горизонтально отверстий; сам он почувствовал только ветер рядом с левым ухом. Из тел тех, в кого попало чудовище, торчали оперенные концы утяжеленных железом арбалетных болтов. Первые гвардейцы были сметены, их тела были пробиты насквозь, снаряды пробили даже ряд находившихся за ними людей. К числу погибших принадлежал и капитан Мейнарт.