Эти ведьмы не горят - Изабель Стерлинг

– Черт подери, Ханна, почему ты молчала?! – Бентон вытирает салфеткой руки, испачканные в соусе, и тянется к сотовому. – А если то нападение связано с пожаром? К Веронике вломился Нолан? – Он утыкается в телефон.

– Погоди, к этому мы еще вернемся. – Джемма отмахивается от вопросов Бентона. – Ты хоть написала Морган? Объяснила, почему сбежала в такой спешке?

– Мм… нет.

– Ханна Мари Уолш! – Джемма здорово пародирует голос моей мамы. – Ты должна извиниться перед Морган, если рассчитываешь на новое свидание.

– Знаю! – Я приподнимаюсь и со стоном падаю обратно на диванчик, а затем смотрю на голые потолочные балки гостевого домика. – Но просто написать эсэмэску я не могу. В качестве извинения не прокатит.

– Почему? – удивляется Бентон. – Эсэмэска – это лучше, чем ничего.

– Мы что-нибудь придумаем, – обещает Джемма, игнорируя Бентона. – Найдем идеальный способ сказать «прости», не перебарщивая.

– Надо поторапливаться. Уже много времени прошло.

– А почему?.. – начинает Бентон, но мы дружно его затыкаем.

Внезапно Джемма делает круглые глаза и расплывается в улыбке.

– У меня есть суперидея!

* * *

На следующий день в «Котле» Лорен то и дело на меня посматривает. Еще недавно я списала бы ее интерес на беспокойство гиперчувствительной начальницы. Заступая на смену утром, поздоровалась я без обычной приветливости, а моя натужная улыбка наверняка перевела Лорен в режим встревоженного взрослого.

Сегодня мои объяснения чернее и сложнее.

А если Лорен и впрямь Охотница на ведьм? Как раз перед вечеринкой у костра она могла заметить, что Вероника заговаривает воздух…

Я гоню эти мысли и сосредотачиваюсь на работе. Вообще-то колоды карт Оракула и Таро лежат аккуратно, но я поправляю стопки, добиваясь безупречности. Собираюсь заняться рунами… и едва не подпрыгиваю от неожиданности.

Передо мной стоит Саванна: одной рукой уперлась в бедро, лицо мрачное. Вроде бы она злится, а я понятия не имею почему.

– Привет, Саванна, надеюсь, тебе не пришлось ждать слишком долго, – говорю я, чувствуя, что щеки пылают.

– Хочешь помочь мне? Держись подальше от Вероники. Ты уже причинила достаточно вреда.

– Вреда? – переспрашиваю я, не представляя, что она имеет в виду.

– Ты прекрасно меня слышала. Она обо всем рассказала мне. Как ты флиртовала с ней и дала ей надежду, чтобы потом снова разбить. Ты унижала Веронику.

– Но я не…

– Молчи! – Саванна подходит ближе, ее цветочный парфюм кажется удушающим. – Если не оставишь Ронни в покое, я покажу тебе, где раки зимуют.

Мне ее не переубедить: Вероника явно перевернула все с ног на голову и повесила вину на меня, поэтому я помалкиваю. Саванну моя безответность устраивает: она разворачивается и выскальзывает из магазина.

– Что случилось? – спрашивает Лорен, и я вздрагиваю. – Эй, я не хотела тебя пугать! – Она тянется ко мне, чтобы успокоить.

– Ничего страшного. Нужно помочь за кассой?

В магазине народу сейчас больше обычного. Кэл бросает на нас измученный взгляд: в очереди стоят уже пять человек.

Лорен смотрит на прилавок и поджимает губы.

– Да, пожалуй, через минуту. Я хотела кое о чем тебя спросить.

– О чем именно?

Лорен топчется на месте, теребит пентакль на шее.

– Сегодня у тебя другая энергия. Отрешенная. – Лорен делает шаг ко мне и понижает голос, когда мимо проходит покупатель. – Дома все в порядке?

– Тревожит меня как раз не дом! – бездумно выдаю я, а что дальше, не представляю. Не рассказывать же Лорен о вчерашнем собрании ковена и нависшими над нами угрозами.

– А что тебя тревожит? – не унимается начальница. – Если тебе нужна помощь, скажи, не стесняйся. Я беспокоюсь о тебе.

От заботы Лорен в душе расцветает чувство вины: ведь я считала ее Охотницей на ведьм. Но, может, именно этого она добивается? Я беззвучно вздыхаю. Подозревать каждого весьма утомительно!

Над дверью звенит колокольчик, и я использую предлог, чтобы сбежать от Лорен.

– Мне точно надо помочь за кассой, – говорю я и отворачиваюсь.

– Ханна!

За моей спиной раздается мужской голос.

– Привет, Лорен!

Я покрываюсь гусиной кожей. Этот голос мне знаком.

Кошусь на начальницу: у нее розовеют щеки.

– Привет, Райан! – Она убирает волосы с глаз. – Я тебя не ждала. Думала, придешь вечером.

Арчер улыбается, полностью сосредоточенный на Лорен. Похоже, он искренне рад ее видеть, а я не в силах справиться с подозрением, несущимся ко мне, будто лавина. Вдруг детектив – Охотник на ведьм? С его появлением в Салеме начались проблемы.

– Я был неподалеку и решил заглянуть. Подумал, вдруг у тебя есть время выпить кофе? – Арчер (для моей начальницы он просто Райан) кладет руку на пояс. Полы темно-синего пиджака расходятся, выставляя напоказ жетон. И пистолет. Детектив замечает меня и чуть заметно прищуривается.

– Мисс Уолш! Забыл, что вы здесь работаете.

– Да, работаю. – Я пристально смотрю на детектива, который в комнате для допросов едва не заставил меня признаться в ведьмовстве. «Очень в духе Охотника на ведьм». Не верится мне, что он по-настоящему удивлен, обнаружив меня в «Котле».

Растянув губы в улыбке, Лорен переводит взгляд то на меня, то на детектива.

– Ханна – прекрасная сотрудница! Пунктуальная, невероятно обучаемая, все схватывает на лету, – нахваливает меня начальница, словно мать, хвастающая ребенком, попавшим в продвинутый класс. В моей душе продолжает цвести чувство вины, но на нем появляются шипы. – Как вы познакомились?

Арчер переступает с ноги на ногу (пиджак запахивается и скрывает пистолет) и, прежде чем ответить, долго смотрит на меня.

– В городе наши пути часто пересекаются. – Детектив опять улыбается Лорен. Его романтические чувства растрогали бы меня сильнее, не будь он столь вероятным подозреваемым.

Я откашливаюсь, прерывая их удивительно нежные переглядки.

– Детектив имеет в виду, что недавно он едва меня не арестовал.

– Он что?.. – Челюсть у Лорен отвисает чуть ли не до пола.

Арчер свирепо пялится на меня, чем распаляет пуще прежнего.

– Он считает, что я пыталась сжечь дом Нолана Эбботта.

– Райан, Ханна не может быть замешана в чем-то подобном. – Начальница покровительственно кладет руку мне на плечо. – Она девочка образцовая.

Детектив приглаживает волосы. Тяжелый вздох пробирает Арчера аж до пят.

– Я не вправе обсуждать находящееся в производстве дело, но документально подтверждено, что мисс Уолш я обвинений не предъявлял. В участке она находилась только для допроса.