Шанс для дознавателя - Варвара Ветрова

— И вы не первый, кто мне об этом говорит, — отбиваю подачу я под пристальным взглядом Ирмиса, — уже закончили?

Я не собираюсь быть излишне вежливой: привычная корректность мне ближе. К тому же, я чувствую исходящий от лекаря ничем не скрываемый интерес и даже догадываться не приходится, с чем он связан.

— Я нужна здесь, мистер Лоуренс? — обращаюсь я к старшему инквизитору.

Тот неожиданно веселым взглядом окидывает нашу разношерстную компанию и качает головой:

— Нет, мисс Локуэл. Можете приступать к дежурству.

В кабинете дежурных тепло и, подумав, я снимаю свитер, оставаясь в легкой рубашке. Прохожу к магическому нагревателю и ставлю на него пузатый чайник. Сквозь небольшое окошко в стене я могу видеть Вальтца — инквизитор стоит спиной ко мне и о чем-то тихо беседует с гвардейцами. Будто почувствовав мой взгляд, мужчина оборачивается и вопросительно смотрит на меня:

— Что-то хотели, мисс Локуэл?

Вздрогнув, я мотаю головой. Надо же… задумалась.

А подумать есть над чем.

Похититель протокола, присутствующий при легкомысленной реплике Ирмиса. Кто он — один из гвардейцев, лекарь, инквизитор? Или же мой непосредственный начальник? Не стоит снимать со счетов и коллегу — много ли изворотливости в наше время нужно, чтобы симулировать нападение?

Надо бы допросить лекаря. Он не одаренный, а значит, не нужно дополнительных разрешений.

При мысли о допросе меня знатно перекашивает — невовремя вспоминается ситуация с переполнением резерва. Хотя, с другой стороны, теперь его хватит месяца на полтора с лихвой.

Надо бы с Вальтцем переговорить. Раз ему Риндан доверяет…

— Мистер Лавджой? — я выглядываю в окошко. Инквизитор удивленно поднимает брови, но дополнений ему не требуется — уже через пару минут мужчина, закончив разговор, заходит в комнату и плотно притворяет за собой дверь.

— Да, мисс Локуэл?

— Откуда прибыл лекарь? — сходу огорошиваю я. Видать, попадаю в цель — потому что инквизитор, едва заметно улыбаясь, качает головой:

— Переведен из Нойремштира.

Нойремштир. Как интересно — городок маленький, а все мои вопросы на нем и сходятся.

— Сможете поучаствовать в допросе?

Объяснять не требуется. Вальтц хмурится и, помешкав, все-таки задает вопрос:

— Думаете, он…

— Пока не думаю, — прерываю инквизитора, — просто хочу сократить число подозреваемых.

— И много их?

— Пятеро, — и я кратко описываю мужчине прочувствованное в хранилище. Вальтц внимательно выслушивает, не перебивая и, стоит мне закончить, тяжело вздыхает:

— Да, невовремя Максвелл уехал.

Реплика интересная и я тут же за неё хватаюсь.

— Почему?

— Не обращайте внимания, мисс Локуэл, просто мысли вслух, — морщится инквизитор, подходя к столу, — хорошо, я вызову лекаря на допрос. Но давайте вечером?

Я пожимаю плечами:

— Я никуда не тороплюсь.

Допрос не приносит пользы. В воздухе витает что угодно, но только не желаемые мною эмоции. Задавая очередной вопрос, я вдруг ясно понимаю — я нравлюсь мужчине, сидящему напротив. И Вальтц это тоже чувствует — от завесы отрицания идет волна иронии, направленная на лекаря и я не могу сдержать улыбки.

Из допросной выхожу одна — инквизитор, согласно протоколу, телепортируется и я застаю его уже в дежурной, задумчиво склонившимся над чашкой чая.

— А ведь вы ему симпатичны, мисс Локуэл, — зачем-то сообщает он мне.

— Мне нет никакого дела до его симпатии, — пожимаю плечами я.

Лекарь ни при чем. Я констатирую это с некой затаенной грустью, предчувствуя растущее количество работы. Можно, конечно, допросить гвардейцев, но тогда мой интерес к этому делу станет достоянием общественности и может привлечь излишний интерес.

А инструкций от Лоуренса пока не поступало.

— Вам-то, может, и нет никакого дела, — продолжает гнуть свою линию Вальтц, — но он ведь решил, что вы допрашиваете его из-за встречного интереса.

— Что за чушь, — фыркаю и тут же осекаюсь: а ведь…

— А ведь это удобно, — транслирую свою мысль инквизитору и, подначеная вопросительным взглядом, делюсь соображениями, — давайте так и оставим, Вальтц. Я предпочту дождаться выводов Лоуренса, прежде чем предпринимать дальнейшие действия. К тому же… — озадаченная странным фактом, я замолкаю.

Да и что тут говорить, когда ты внезапно осознаешь, что теперь все ниточки сходятся на тебе. И дело Вермейера в сейфе, и копия протокола осмотра места его убийства.

Инквизитор, кажется, тоже ловит внезапно изменившуюся атмосферу в помещении. Он как-то незримо подбирается и спустя миг в дежурной звучит очень тихий вопрос:

— В чем дело, мисс Локуэл?

От звуков мужского голоса я ежусь, как от промозглого зимнего ветра. Странно как — с каких пор я так реагирую на инквизиторов?

— Вальтц, понимаете…

Мой рассказ занимает не так много времени. Вкратце описав все, во что я так потрясающе влипла, я замолкаю, ожидая выводов. Но их не следует — инквизитор, дослушав все, что я хотела ему сказать, задумывается и даже на оклик не реагирует — смотрит в чашку с чаем и молчит. И, лишь когда, отчаявшись получить ответ, я отхожу к окну, внезапно оживает:

— Знаете, мисс Локуэл, я должен связаться с Максвеллом. Он предложит решение.

Мне до жути хочется узнать, почему инквизитор пришел к такому выводу. Но вместо этого с моих губ срывается другой вопрос.

— Как давно вы его знаете?

— Риндана? Почти десять лет.

Ответ ошеломляет, но удивляться я не спешу. Задумчиво смотрю на темноту за окном, понимая, что не зря все-таки мужчины оказались здесь. Особенно учитывая встречу Максвелла с Хиллом в Нойремштире… Интересно, прошлые инквизиторы уволились по своему желанию или же… их попросили?

— И часто работаете вместе? — свои соображения я предпочитаю оставить пока что при себе.

Вальтц, откинувшись на спинку стула, внимательно изучает мое лицо и, наконец, кивает:

— Случается.

— Разъездная работа способствует?

Губы мужчины искривляются в ухмылке:

— Знаете, мисс Локуэл, я склонен согласиться с Ринданом в том, что вы умны. Так что же вам известно?

Улыбку я возвращаю.

— Ровно то же, что и вам. Но если посвятите в остальное…

— Исключено, — инквизитор мотает головой, — давайте пока остановимся на насущном.

Домой я приезжаю следующим вечером. В животе зазывно урчит и Терра, услышав это, сразу же направляет меня на кухню.