Метро 2033. Измеритель - Игорь Осипов

– Да я за Сан Саныча. Три дня их уже нет. Пора б объявиться. Подходил к Еремину – говорит: подождем еще денек. А я задницей чую, нельзя ждать. Появились бы уже или на подходе были бы, могли бы связаться. А тут тишина, как на кладбище! – Максимыч сам испугался своего сравнения и суеверно поплевал через плечо.

Данила-мастер, кряхтя, снял ногу со стула и наклонился к парню.

– Верю я твоей чуйке. У самого тревожный колокольчик набатом бьет. Так, а что делать-то – выход запрещен.

– Пойдем к Еремину вместе. У одного у меня не вышло, может, вдвоем…

– Хорошо, пойдем, только идти-то надо не с пустыми руками. Что ты предлагаешь?

– Так предложений не много. Мы знаем только место нападения. Собираем отряд человек пять-шесть – и по короткой дороге туда. А там уже смотреть надо.

– Убедил, – Данила поднялся. – Ну, что сидишь – похромали к Еремину.

* * *

Еремин окинул взглядом хмурую парочку и, пробурчав что-то себе под нос, произнес:

– Что, тяжелую артиллерию подтянул? Вот умеешь, ты, Изотов, зерно сомнения посеять и взрастить. Как от меня ушел, у меня твои слова из головы не идут. Сидел себе спокойно, ждал возвращения отряда, и тут ты… со своими сомнениями.

Максимыч открыл было рот, чтобы продолжить убеждать начальника, но тот махнул рукой:

– Да ладно уж, молчи. Опоздал ты со своими доводами и подмогой. Сам уже как на иголках.

В комнату заглянул Васильев:

– Ты занят, Леш? Что тут у вас за собрание?

– Да вот. Пришли эти два экстрасенса, разбередили душу. Говорят, надо бежать отряд искать.

Васильев хрюкнул и смущенно сказал вполголоса:

– Я, собственно, к тебе, по этому же вопросу. Что-то долго они – должны бы уже объявиться.

Бросив уничтожающий взгляд на друга, Еремин «отодвинул бочку сомнений с последней капелькой от Васильева» и сел за стол.

– Ну, что будем делать? У кого какие предложения?

Максимыч достал карту города со множеством пометок и, разложив ее на столе, указал в одну из них пальцем.

– Вот тут на нас напали. Это самое начало улицы Рыленкова. Я предлагаю собрать небольшой отряд из пяти-шести человек, не больше. И обязательно только опытных людей. Военных не надо. И по короткой дороге, – он прочертил пальцем маршрут до озера, через полуразрушенный мост и мимо собора прямо к улице Рыленкова, – мы попадем в эту точку. Если ничто не помешает, на переход уйдет часа два, не больше.

Васильев еще раз хмыкнул:

– А чего военных брать не хочешь и людей так мало берешь? Мы один отряд уже послали, и сам видишь, что из этого вышло. И потом, вы там, я так понял, не только спасением будете заниматься. Наверное, и повоевать придется.

– Идти надо очень быстро через открытые и опасные участки – военные без соответствующей подготовки не вытянут. Будут тормозить. А время, мне кажется, сейчас решающий фактор. А что касается повоевать, то сталкеры в этом не уступят, а может, и форы дадут нашим воякам.

– Ладно, хватит спорить! Я предлагаю взять за основу вариант Изотова, но задачу поставить только разведывательную. Пусть сбегают, посмотрят, а вот если что найдут, тогда выдвинемся большими силами. А вот это я уже поручаю тебе, Виктор. Пока сталкеры будут там по джунглям рыскать, надо собрать большой отряд и быть готовым к выходу.

– Может, «Урал» завести? – Васильев вопросительно посмотрел на капитана. – Мало ли, как далеко…

– Хорошая идея. Заводить не надо, но чтобы был на ходу. А тебе, Максим, надо людей искать. Кого думаешь брать?

– Да полный бар бездельников. Сейчас только клич брошу, столько будет желающих, – Максимыч с сомнением посмотрел на Данилу. – Жаль, что ты в форму не вошел, может, присоветуешь кого?

Данила переступил с ноги на ногу, будто пробуя больную ногу на прочность, но поморщился и, не говоря ни слова, кивнул.

– Ну, вот и лады. За дело. Максим, как отряд будет готов, докладывай.

* * *

С набором в отряд сразу возникли проблемы. Как только Максимыч в баре объявил, что для выхода требуются четыре сталкера, поднялся такой гвалт, что заложило уши. Желающие – а желали абсолютно все – кричали во все горло, пытаясь переорать друг друга. Каждый различными доводами аргументировал, что только он, как никто другой, подходит для этой ответственной работы. Изотов даже растерялся и от неожиданности попятился назад. Ситуацию спас Данила.

– А ну тихо! – гаркнул он своим зычным басом так, что самые ретивые и, соответственно, ближайшие к нему присели обратно на свои места. – Разорались тут, как на бирже труда. По одному, к нам за столик, соблюдая очередь… – Вдруг, словно вспомнил что-то забавное, усмехнулся и добавил: – В очередь, *censored*ны дети, в очередь.

В установившейся тишине он, прихрамывая, прошествовал к своему столику и уселся в излюбленную позу, водрузив больную ногу на соседний стул. Максимыч посмотрел на оторопевших сталкеров и поспешил за другом. Немного повозился с установкой стула напротив «экзаменационной комиссии», но потом, наконец, пристроил и свое седалище. К столику по одному потянулись соискатели. Всех их Максимыч знал, но каковы они в деле, слышал лишь мельком, и то явно приукрашенно. Как сейчас не хватает Латышева. Вот он точно представлял, кто из них чего стоит – с кем можно связываться, а с кем в один сортир, пардон, ходить нельзя. Замкнутый круг: чтобы спасти Саныча, нужен сам Саныч. Ко второму десятку кандидатов Максимыч уже с уверенностью не смог бы повторить, что рассказывал первый. Истории были одинаковые, подвиги однотипные, да и люди, как из одного инкубатора: лысые или бритые, чтобы удобней было надевать противогаз или респиратор, поджарые, с мозолистыми руками.

Максим с мольбой посмотрел на Данилу. Тот кивал очередному рассказчику, делая пометки напротив его фамилии. И как только тот отошел от их столика, взмолился:

– Может, уже хватит? Можно же выбрать четверых?

– В принципе, да…

К столику подсел «Молодой». Тот же парень из «новой поросли», что был с ними в караване. «Вот, даже неудобно. Привязалось это “Молодой”, а как парня зовут, и не знаю».

– Вы же меня возьмете? – Он смутился, поскольку прозвучало это, как уже принятое решение. – И решил оправдаться: – Вы же в деле меня видели.

– Возьму, – улыбнулся Изотов. – Иди, собирайся. Через час жду тебя возле склада.

Парень расцвел, как майская роза, и умчался из бара собираться.

По совету Данилы Максимыч выбрал еще четверых и, объявив им о своем решении, тоже отправил на сборы. После чего, разложив на столе карту, стал внимательно ее изучать, хотя уже наизусть знал каждый значок, все, что с ними связано и при каких обстоятельствах появились они на этом помятом листке древней бумаги. Вот и сейчас, мысленно проходя по будущему маршруту, сталкер помнил каждую кочку, поворот… помнил, как они с Санычем отбивались от обнаглевшего ящера возле собора, помнил, как щелкнули зубы удильщика у него перед носом, когда он чуть не сорвался с полуразрушенного мостика через озеро. Это была уже скорее не карта, а окно в мир на поверхности – память и фантазия яркими красками дорисовывала путь, который предстоит пройти отряду.