Смерть леди Далгат. Исчезновение дочери Уинтера - Майкл Дж. Салливан

– Отвесила пощечину?

Шервуд снова усмехнулся. Его настроение определенно улучшилось по сравнению с их первой встречей.

– Нет, но… в общем, лошадь вставала на дыбы и брыкалась, а Ниса – то есть леди Далгат – действовала без колебаний. Она положила руку на шею животному. И лошадь расслабилась, сразу успокоилась.

Художник продолжал смотреть на мольберт. Затем моргнул и рассмеялся. Смущенная улыбка скользнула по его губам.

Ройс молчал, выжидая, не скажет ли Шервуд что-нибудь еще. Когда уже решил, что тот закончил, художник заговорил снова.

– Она печальна, – произнес он. – Думаю, одинока.

– У нее только что умер отец.

– Дело не в этом. Я приехал до его смерти. Тогда леди Далгат тоже была грустной. На самом деле, она хорошо перенесла смерть отца, очень стойко. Однако ее преследуют сожаления. Вот что я чаще всего в ней замечаю. Она обращается с ними, как… вы со своим плащом. Прячется за ними. Вот почему ее так трудно разглядеть.

Шервуд говорил о Нисе Далгат с восторгом, причиной которого могла быть только увлеченность, сильная и недавняя. Очевидно, теперь он заявит, что эта дама обладает проницательностью, не свойственной простым смертным, и все же…

Холод и жара почти не тревожат вас, в отличие от вашего друга, однако лед, снег и корабли… ах, корабли!

Если бы она добавила собак и гномов к списку вещей, которых он избегал, Ройс решил бы, что она его знает. И ее замечание о воде… Ройс умел плавать, иногда у него не было выбора, но он избегал озер, рек и океана. Терпеть не мог отсутствия твердой почвы под ногами. Лодки и пристани были еще хуже. Они нарушали его чувство равновесия и вызывали тошноту. Ройс никогда никому об этом не рассказывал. Только дурак болтает о своих слабостях. Ниса Далгат узнала о них, просто взглянув на него.

Он заметил прикрытую тканью картину за столом:

– Это ее портрет?

– Да.

– Можно посмотреть?

– Нет.

– Почему?

– Он не закончен.

Ройс хотел все равно взглянуть, но он повидал множество портретов, обычно дородных мужчин и бледных женщин, в залах богатых аристократов. Его это не настолько интересовало. Он выяснил многое. Шервуд не представлял угрозы для леди Далгат – он был в нее влюблен. Ройс подозревал это с того момента, когда художник швырнул в него баснословно дорогим синим пигментом, чтобы защитить графиню. Теперь он не сомневался. Покончив со своими делами, Ройс без колебаний оставил художника наедине с загадкой мольберта. Однако его не покидала мысль, что следовало взглянуть на портрет.

* * *

Влезть по плющу второй раз оказалось еще легче.

Леди Далгат находилась в своей спальне. Ройс заметил свет, прежде чем начал подъем, и не стал прятаться. Тем не менее, шансы увидеть или услышать его приближение были невелики. Практика и опыт сделали скрытность привычкой. Кошек – даже тех, что не охотятся – сложно заметить.

Она не спала.

Приподняв голову над подоконником, Ройс увидел, что Ниса Далгат сидит спиной к нему за письменным столиком. Она была в новом платье. Белое, соскользнувшее с плеча, оно подчеркивало гладкую смуглую кожу. И что бы там ни говорил Шервуд, волосы у нее были черные.

Он внимательно оглядел графиню.

При первой встрече с леди Далгат он не увидел женщину. А увидел скопление предположений, которые сплел по пути в Маранон. На сей раз взглянул по-настоящему – и обнаружил красавицу. Стройную, высокую, комфортно чувствующую себя в собственном теле – Шервуд не ошибся насчет осанки и уверенности. Леди Далгат просто сидела за столом – но сидела прямо, скрестив лодыжки. Писала пером, и движение ее кистей и предплечий…

– Вы явились убить меня? – спросила она, не оборачиваясь.

Ройс проскользнул в окно и уселся на подоконник, свесив ногу над свернутым ковром, который покрывал половину пола.

– Нет. Почему вы так решили?

Леди Далгат отложила перо и повернулась к нему, опершись рукой о спинку кресла. Длинные волосы закрывали один глаз и падали на плечо. За ее спиной уютно мерцала свеча.

– Потому что никто не нанимает убийцу, чтобы всего лишь спланировать убийство. Кто нанял вас, чтобы убить меня? Епископ Парнелл или лорд Фокс?

Она знает!

– Вообще-то они действительно наняли меня, но лишь для того, чтобы предоставить им план.

– Который они приведут в исполнение?

Ройс пожал плечами:

– Возможно.

То, насколько он ошибся в этой аристократке, потрясало основы мироздания. Он и прежде ошибался, но почти всегда переоценивал своих противников. На сей раз счел жертву беззаботным, нерадивым, рассеянным ребенком – и спутал лису с курицей.

– Раз уж вам известно, кто замышляет ваше убийство, почему вы не приняли меры?

– Господин Мельборн, верно? Править королевством не означает иметь неограниченную власть. Возьмем, к примеру, церковь Новрона, главного инициатора моей кончины. Убрать кого-либо из священников не в моей власти. Они – не мои подданные. Только король может издать такой запрет, а он не будет этого делать. И потому я здесь, в прямом смысле с убийцей на подоконнике.

– Однако, судя по всему, вы нисколько не напуганы.

Леди Далгат повела плечами, стряхивая волосы.

– Вы только что сказали, что не собираетесь убивать меня.

– И вы поверили слову убийцы?

– Может, я просто не боюсь смерти.

– Смерти боятся все.

– Сказал палач. Однако вы сделали ее своей работой.

– Она была моей работой в прошлом, – уточнил Ройс и удивился, зачем он это сказал. Для нее это не имело значения и для него тоже не должно было иметь. – Кроме того, люди не боятся смерти как таковой, они боятся своей смерти.

– Значит, вы больше не убийца?

– Я больше не убиваю сам.

– А, – кивнула она. – Теперь вы просто консультируете других.

– Это необычный заказ.

– Вне всяких сомнений. – Леди Далгат откинула волосы с лица и внимательно посмотрела на Ройса. – И как бы вы меня убили?

Она провоцировала его, пыталась вывести из равновесия. Ей очень нравилось нападать и наблюдать, как он отступает.

– Я бы перерезал вам горло во сне.

– Вы бы пробрались сюда, пока я лежала бы в постели, застали бы меня врасплох, но… прошлой ночью ничего не получилось. Как и этой.

– Я не слишком старался.

– Ну конечно, обычно у вас все получается благодаря… вашему особому секрету.

– Давайте не будем к этому возвращаться.

– Почему нет? Вы боитесь узнать о себе что-то новое?