Дом пепла - Мэй

саму многократно запирали в клиниках для душевнобольных, и Клэр сухо писала о том, что «ее брат и ее дочь часто бывают у нее». Даже в детстве Даниэль находил странным, что Клэр писала «ее брат», а не «мой муж».

Корделия рано вышла замуж за сына какого-то богатея из Техаса. Развелась спустя год и оставив себе часть его денег. Позже выходила замуж и разводилась еще пару раз, не гнушалась использовать мужчин и родила несколько детей.

Правда, и здесь не обошлось без мрачных страниц. У первенца Корделии еще в младенчестве остановилось дыхание. Потом дети рассказывали, что слышат лоа, и за их воспитание взялся Дэвид. Похоже, он обладал тем же даром.

Впрочем, учил он недолго, потому что где-то между мировыми войнами, которые не слишком затронули Эшей, Дэвид погиб.

Клэр писала об этом еще туманнее, чем обо всем остальном. То ли ей было больно вспоминать о смерти мужа, то ли она знала больше, чем хотела показать.

Официальной версией стало ограбление: будто бы вор проник в дом, наткнулся на Дэвида и убил его. Возможно, смерти брата поспособствовала Вайолет, которая тогда была в особняке и, кажется, окончательно съехала с катушек. Или таким образом хотела отправить его присматривать за сыновьями.

Клэр писала о том, что ритуал пошел не так. Не говорила, какой конкретно, но «кровь была повсюду… в комнате, на ступеньках».

Даниэль потом пытался понять, где именно это произошло. Но сам выяснить так и не смог, лоа тоже молчали и терялись от его вопросов, не понимая, чего он хочет, или не в силах ответить.

После смерти Дэвида Вайолет совсем сошла с ума. Она запирала внуков в подвале, а однажды порезала руку старшему, что-то бормоча о крови. В итоге она практически поселилась в клиниках, где и умерла. Клэр дожила до преклонных лет, так что видела всю историю Корделии, которую и описала.

Умная и предприимчивая, Корделия Эш сумела провести компанию через сухой закон, Великую депрессию и даже приумножить капитал. Ее мужья не задерживались в доме, а детьми больше занималась Клэр.

Старший сын в итоге подсел на наркоту и рано умер. Дочь позже уехала на север, где и поселилась. А вот младший сын Бернард пошел по стопам матери. Клэр тогда писала уже не так много, но видела, как взрослел Бернард, как он женился, и у него появились дети.

После этого Клэр умерла, сама Корделия скончалась в преклонном возрасте от инфаркта. Ее все знали как железную леди в бизнесе, а в магических кругах Нового Орлеана о ней до сих пор вспоминали как о талантливой в магии женщине. Она умела то, чего не могли другие.

После в истории Эшей не было каких-то кровавых и мрачных подробностей, кроме, конечно, смерти младшего сына Бернарда, дяди Майкла. Ее, наверное, тоже описали бы туманно и мутно, ведь никто толком ничего не знал — или тщательно скрывал.

Но записывать было некому. Даниэль иногда думал, что этим стоит заняться ему, как единственному сейчас человеку в семье, который любит писать. Но мысль вызывала противоречивые эмоции, и Даниэль так и не брался за бумагу.

Потому что когда-то об этом с восторгом высказывалась Анаис. Она горела мыслью во что бы то ни стало продолжить семейную хронику и хотела сделать это сама.

— Представляешь, как здорово сможет описать женщина, которая всё-таки любит своего мужа Эша?

Узнать Даниэлю не представилось.

Воспоминания об Анаис всегда отзывались тягучей болью. Возможно, в день аварии Даниэль вовсе не потерял часть души, которая так и осталась среди мертвецов. Он отдал ее, оставил на той стороне, потому что она была связана с Анаис. И лишилась смысла в момент, когда душа женщина вопила, раздираемая на части.

***

Компания «Дом пепла» занималась дистрибуцией алкоголя в Луизиане и на юге. То есть являлась связующим звеном между производителями и покупателями в виде магазинов и торговых сетей. Даниэль помогал отцу с крупной сделкой, которую обсуждали последние недели, но сегодня все документы оказались подписаны.

Усевшись в комнате отдыха, Даниэль наконец-то выдохнул. А потом закинул ноги на стеклянный столик и положил голову на спинку кожаного дивана. Окон тут не было, но настенные часы показывали время обеда. Кондиционер тихонько шумел, нагоняя прохладу и шевеля листья большого зеленого растения в кадке.

— Отпразднуем? — предложил отец.

Даниэль вздохнул:

— Нет. Мне еще с полицией общаться.

Роберт сидел на диване напротив и пил обычную воду из кулера. Хмыкнул:

— Не буду спрашивать, всё ли в порядке. Потому что если нет, ты мне всё равно не скажешь.

О Бене он был в курсе. А вот о проклятии Даниэль умолчал. Он знал, что отец подобным никогда не занимался и вряд ли ему что-то известно. К тому же именно отец воспитывал Даниэля, напоминая об ответственности и самостоятельности. Он может справиться сам.

— Тебе не кажется, что пора уже согласиться на собственный офис?

— Нет, — заявил Даниэль. — Мне нравится эта комната.

— Особенно когда ты заваливаешь ее документами. У нас хватает офисов.

— Тогда я точно здесь увязну.

— А так считаешь, что можешь соскочить?

— Звучит так себе.

Роберт негромко рассмеялся, и у Даниэля мелькнула мысль, что его собственный смех похож на отцовский. Но контракт наконец-то у них, договор подписан, можно отдохнуть.

— Харрисон Янг пытался влезть в эту сделку.

Мысленно Даниэль застонал, вот уж кто точно не умел расслабляться, так это отец! Но в то же время внутри зашевелилось любопытство.

— Каким образом?

— Ну, это крупная торговая сеть, хороший контракт. Часть их магазинов арендуются у компании Янгов. Харрисон ставил палки в колеса.

— И чего он не успокоится?

— Это давняя вражда. Кажется, еще наши отцы что-то не поделили. Потом мы с Харрисоном учились вместе, даже хотели основать свое дело. Но отец позвал меня в «Дом пепла».

— А, то есть ты его кинул.

— Ну, я бы так не сказал…

По тому, как отец протянул эти слова, Даниэль понял, что именно так оно и было. Что ж, куча мелких недоразумений, помноженная на вялотекущую родовую вражду. Никто не вспомнит из-за чего, но все привыкли. Понятно, почему и Кристофер продолжил давнюю семейную традицию.

— Говорят, — внезапно сказал Роберт, — всё тянется еще раньше. Чуть ли не Дэвид Эш, твой прапра… или сколько там дед, перешел дорогу Янгу и дело было в магии. Оба хотели тайных знаний, но достались они только одному.

— Дэвиду Эшу.

— Именно. Делиться он не захотел.

Что вполне вписывалось в его характер, даже смутно описанной Клэр Эш. Дэвид