Великие. Воссоединение - Елена Тихая

– Нет, просто ты рожала ребенка. Я не знаю…

На таких словах меня будто молнией поразило. РЕБЕНКА! В голове появилась настолько четкая картинка, что я даже вздохнуть, не смела, чтобы не спугнуть ее.

Я сижу в комнате общежития. Я это точно знаю откуда-то. На двух кроватях, стоящих друг напротив друга сидим, я и другая девушка, которой я рассказываю страшные вещи.

– Понимаешь, мне очень нужно уйти! Дальше будет только хуже. Никто из моих родных ничего не знает, я не хотела их огорчать раньше времени. У меня опухоль головного мозга… в неоперабельной стадии. Мне оставалось всего год, так сказали врачи. А то, что я забеременела – это подарок судьбы! Хотя я очень сомневаюсь, что смогу пережить роды. Зато я оставлю после себя живое существо! Значит, я не зря ходила по этой земле! Отца своего малыша я люблю больше жизни, но он тоже не знает о моем заболевании, – я опускаю глаза на достаточно большой животик и начинаю его гладить. Я все это вижу, все это слышу, но не могу ничего ни изменить, ни остановить. Зато все чувства, которые я испытывала в тот момент передались мне целиком и полностью. Я испытывала такие нежные чувства к этому чуду внутри меня. Я так его любила, что дыхание просто зашкаливало.

– А почему ты не поедешь к нему? Зачем скрываться? – удивлялась девушка.

– Нет, я не хочу так его травмировать. Он ничего не знает и не поймет меня! Ребенка нужно будет отправить моей маме в Германию! Я напишу тебе точный адрес и имя, – говорила я это как-то обреченно и явно выбирала слова. Я многое скрывала от этой девушки. Отец моего ребенка хотел его убить – такая мысль пронеслась в моей голове в тот момент. По моей же нынешней коже пробежал рой мурашек. И вдруг картинка меняется. Я продолжаю смотреть на свой живот, только в этот раз я лежу в какой-то избушке, а живот просто огромный и весь синий, а я волнуюсь не за себя, а за ребенка. Хотя это я прекрасно могу понять, но меня пронзает такая боль, которой я ранее не чувствовала. Я куда-то упала. Свое настоящее тело в настоящем времени я практически не ощущала, поэтому не могла понять упала ли я в реальности или в прошлом. Боль была повсюду, она затмевала все вокруг. Вдруг зрение пропало, и я снова увидела лес в настоящем времени.

Я лежала на земле подле камня и кричала. Видимо, еще по инерции! Мне было так плохо, что не то что говорить, двигаться и думать не хотелось.

– Рожена, ты меня слышишь? – раздался знакомый испуганный голос Мелы. Мне хотелось ее успокоить, но сил не было, да и сказать мне особо не чего было! Я продолжала смотреть в никуда. Мне понадобилось много времени, чтобы осознать свое материнство. Но самое обидное было то, что, умудрившись выжить, я так ни разу и не увидела своего малыша! Я свернулась в клубок.

Вот почему я подошла по описание «Великой» – возникла мысль в голове.

– Рожена, ты прости нас! Мы не хотели лишний раз тебя травмировать! – снова заговорила Мела. И за что мне их прощать? Они хотели как лучше!

– Кто у меня? – только и спросила я. Больше меня ничего не волновало на данный момент. Как бы мне хотелось увидеть своего малыша, хоть одним глазочком, а еще лучше иметь возможность подойти к нему, обнять, приласкать. Я вспомнила такие чувства! Я вспомнила, как любить! На глаза наворачивались слезы, которых у меня не могло быть от природы. Теперь я а такое не способна, а жаль!

– У тебя дочь. Очень красивая девочка, – ответила Мела. В ее голосе было столько доброты и заботы, – Более красивого ребенка я не видела! – даже она видела мою девочку, а я…

– А ты много видела детей? – спросила я. Интонаций в моем голосе не было, да и не могло быть в таком состоянии интонаций!

– Немного, но видела. Ты вставай, глупо здесь вот так лежать! – проговорила она, протянув мне руку.

– Я знала, что умру! У меня было смертельное заболевание. Я видела себя беременной. Это была первая четкая картинка за все время, – говорила я. Как еще я могла объяснить увиденные картинки.

– Что именно ты видела? – спросила она. Ее голос был таким удивленным, что я подняла на нее взгляд.

– Я видела свой разговор с какой-то девушкой, видимо, подругой. Я ей рассказывала про свою болезнь, объясняя, что все равно не переживу роды. Я просила ее отправить ребенка моей матери в Германию. А что? – я приподнялась и посмотрела на нее. Ее взгляд где-то бегал. Она не смотрела прямо на меня. А прикусываемая губа точно говорила, что она до чего-то догадалась и сомневается. Она не хочет рассказывать мне свое предположение это явно!

– А кто отец твоего ребенка ты ей не говорила? – напористо она начала расспрашивать меня, – Мы ведь сделали все, что ты написала в записке. Но там не было ни твоего настоящего имени, ни имени отца, только имя и адрес твоей матери, которой мы и отправили девочку и закрытый гроб!

– Гроб? Зачем? – удивилась я. Мои моги вообще сейчас работали как-то заторможено, только воспринимали реальность, но не анализировали ее.

– Ну, не могли же мы написать ей, что ее дочь ждет перерождения в вампира? Мы послали ей закрытый гроб, сославшись на то, что при родах тело было сильно изуродовано. В реальности же гроб прибыл пустой, – объясняла она как-то нервно.

– Понятно. Вы все правильно сделали! – задумалась я, а мгновеньем позже добавила, – А узнать мое имя никак нельзя было, раз имя матери известно?

– Я собиралась это сделать, но у нас возникли совершенно другие проблемы. Прости! – извинялась она, но смотрела на меня выжидающе. Я что-то упустила, – Так что про отца девочки? – повторила она свой вопрос, на который я так и не ответила. А что я могла сказать?

– Я ничего ей не говорила о нем, – пожала я плечами, нахмурившись, – А это так сильно важно?

– Возможно! Но это потом! У тебя есть еще ко мне вопросы? – заторопилась она. Видимо, я подтвердила ее версию. Я могу поспорить, что она торопить к Жозену. Он у нас главный разум!

– Больше вы ничего от меня не скрыли? – решила уточнить я. Мало ли что?

– Нет! Только твое материнство! Именно поэтому Жозен и посчитал тебя одной из «Великих». Нужно было только найти у тебя дар. Ведь в пророчестве говориться об «Одаренной матери». Так что поздравляю! Скорее всего, Жозен не ошибся, поскольку ты стала матерью прямо в момент укуса и обладаешь даром в своей новой ипостаси. Ты надежда множества вампиров и оборотней номенту! – говорила она как-то не радостно. Что-то здесь не чисто! Но вот что именно?

– Но я не хочу быть чьей-то надеждой! Тем более, я ничего не умею. Может быть, он все-таки ошибся? – с надеждой спрашивала я.

– Нет! Больше нет ни единого кандидата. Теперь мы уверены на 99 процентов, что ты и есть одна из «Великих» – строго отвечала она. Ее взгляд где-то заметался, и она стала вставать.

– Ну, если у тебя больше нет вопросов, давай возвращаться! Мне срочно нужно поговорить с Жозеном, – а я оказалась права!

Я не стала ничего говорить. Просто встала и побежала за ней следом, но уже на втором километре она оторвалась. Она передвигалась намного быстрее меня, хотя я бежала на максимуме своих возможностей! Но через какое-то время я все-таки была на поляне перед своим домиком. Там уже стояли и Жозен и Мела и Франческа. Они, видимо, ждали исхода.