Лёгкое пёрышко. Как туман на ветру - Мара Вульф

Портал перенес нас на лужайку прямо перед больницей в Перте. Здесь было значительно холоднее, чем в Лейлине. Нужно было захватить с собой куртки, хотя моя ладонь вспотела от страха перед тем, что меня ждет дальше, Кассиан не выпускал ее.

– Где вход? – спросил он. – Ты должна вести меня.

В свете уличного фонаря я увидела его лукавую улыбку.

– Вероятно, в такое время в больнице мало что происходит, – начала я. – Но мы все равно должны пробраться в отделение незамеченными. Посетителям обычно не рады среди ночи.

Мы незаметно поднялись на третий этаж по лестнице. К счастью, коридоры оказались безлюдны. Я осторожно приоткрыла дверь в отделение, где, по словам папы, лежала бабушка. Ночную тишину нарушало лишь быстрое постукивание по клавиатуре. Мы прокрались мимо ординаторской на цыпочках. Я не знала, что ожидало меня в палате: бабушка была одной из важнейших людей в моей жизни. Если я ее потеряю… мне нельзя об этом думать. Кассиан успокаивающе положил руку мне на плечо, и я надавила на дверную ручку. Квирин утверждал, что Кассиан постоянно меня трогает, и оказался прав. Вероятно, это было лишь потому, что он чувствовал себя чужим в моем мире и мне нельзя придавать этим действиям слишком большое значение.

Бабушка лежала на койке такая бледная, что ее лицо едва ли выделялось на фоне белого постельного белья. В ее руке была канюля, а рядом с кроватью стояло множество аппаратов, издающих назойливые звуковые сигналы. Единственные цветовые пятна в палате – цветы на тумбочке и подоконнике, чей аромат наполнял небольшую комнатку. Наверняка было не очень-то легко найти такие пышно цветущие цветы в это время года. Однако они были знаком того, насколько важна бабушка для своей семьи и друзей. На тумбочке горела маленькая лампа, изливавшая рассеянный свет.

– Иди к ней, – прошептал Кассиан. – Поговори с ней. Она тебя услышит.

Не знаю, как в его голову пришла столь ненормальная идея. Эльфы наверняка не ведали о том, что такое инсульт. Даже если бабушка проснется, прежней она точно не будет. Хватит ли ей сил на любимый сад?

Сейчас все это казалось неважным. Сделав несколько шагов, я подошла к бабушке и присела на край кровати, взяв ее руку в свою. Она была теплой и мягкой: такой, какой я ее помнила. Ну ладно, может, не совсем такой. Обычно бабушкины руки были огрубевшими из-за продолжительной работы в саду.

– Бабуля, – прошептала я. – Как же так! Ты не можешь оставить нас одних. Ты должна вернуться. Ты нужна нам.

Я замолчала. На наши с ней руки с кончика моего носа капнула слеза. При этом я шла сюда с твердым намерением не плакать. Но видеть бабушку неподвижно лежащей было для меня слишком тяжело.

– Говори дальше, – потребовал Кассиан. – Расскажи ей о том, что пережила за последние несколько недель.

Я сглотнула свои слезы.

– Мы со Скай оказались в Доме желаний, – начала я. – Фрейзер, Грейс и Кассиан тоже. Ничто из того, что там происходило, не было реальным. Мы встретились с матерью Скай. Ты ее помнишь? Должно быть, ты ее знала. Скай была так счастлива. Кассиан мог видеть. Я… мы с ним… – Я снова замолчала.

– Продолжай говорить. – Я на мгновение почувствовала его дыхание на своей шее, но он тут же отошел от меня, внезапно встав по другую сторону кровати и взяв свободную руку бабушки. Он вытащил из-под рубашки перо. Я глотала ртом воздух.

– Откуда ты его взял? – спросила я. – Что ты затеял?

– Я позаимствовал его у Киовара, – невозмутимо пояснил он. – Я поинтересовался, есть ли хоть малейший шанс на то, что его магия может разбудить твою бабушку, и он сказал попробовать.

Я растерянно хлопала глазами.

– Почему ты ничего об этом не сказал? Почему ты вообще не разговаривал со мной в последние дни?

– Я не хотел взращивать в тебе пустые надежды. Не знал, сможет ли перо помочь. Ты должна продолжать с ней говорить и усиливать действие ауреолы. Она должна захотеть сюда вернуться, а твой голос укажет ей путь.

– Виктор вернул нас… с помощью ауреолы-зеркала… обратно в Аваллах, – сообщила я бабушке, заикаясь. – Нам очень повезло, иначе мы погибли бы в Доме желаний.

– Это ты нас вернула, – поправил меня Кассиан. – Ты и Грейс. Мы, остальные, поддались чарам дома. Без тебя и твоей смелости никого из нас больше не существовало бы. Мы все у тебя в неоплатном долгу. – Кассиан провел пером по лбу бабушки.

Ах, вот как он теперь думал. Это сбивало меня с толку.

Он коснулся пером век бабушки, ее переносицы и губ, что-то тихо бормоча себе под нос, но я ни слова не могла разобрать.

– Я бы не справилась без Грейс, бабушка. Но теперь ее нет. Печать забрала ее, и я не смогу ее вернуть.

– Ты поэтому оставила печать себе? – спросил Кассиан. – Это опасно, и ты это знаешь. Почему ты ничего мне об этом не рассказала?

Я воздержалась от напоминания ему о том, что вообще-то это он не разговаривал со мной последние несколько дней.

– Ты должна была обратиться ко мне, – раздраженно пробормотал он. – Ты действительно думаешь, что Грейс еще жива? Это невозможно.

Рука бабушки в моей вдруг дернулась, ее веки дрогнули. Кассиан продолжал водить пером по ее рукам и ладоням.

– Сила волшебная в перышке бдит, помогает тому лишь, кто ее сохранит, – прошептал он. Это было стихотворение ауреолы. – Мы должны отнести печать к Священному дереву, – сказал он. – Если она попадет в руки Дэмиана, мы проиграем. Он воскресит армии мертвых и духов, чтобы поставить нас всех на колени.

Мне вдруг стало холодно. Печать обладала такой силой?

– Он ее не получит. – Я положила руку на цепочку. – Я об этом позабочусь.

Я никому не доверяла печать и никогда не выпущу ее из виду.

– Ты так и не поняла, насколько он опасен, не так ли? Ты больше не можешь стоять у него на пути. Он убьет тебя, как только у него появится такая возможность. Ты забрала у него слишком много. Я боюсь за тебя, Элиза, – тихо добавил он. – Позволь мне помочь.

– А вы все так же ссоритесь. И понапрасну тратите свое драгоценное время. Еще чуть-чуть, и они начнут запрещать вам видеться, – прервал нас тонкий голос бабушки.

Она очнулась.

– Бабушка, – прошептала я с бесконечным облегчением. – Ты проснулась. – Я взяла ее за руку. – Мы вовсе не ссоримся.

Она моргнула.

– Эльдорин, – ее взгляд остановился на Кассиане, – ты вернулся. – Она задумчиво улыбнулась. – Я так долго ждала тебя. Мне так хотелось рассказать тебе, что я исполнила твое желание.

– Бабуля, это Кассиан, – сообщила ей, целуя в щеку. – Ты слышишь меня, бабушка? – Она будто была где-то не с нами, не по-настоящему.

Из уголка ее глаз вытекла слезинка.

– Где ты только пропадал? – спросила она срывающим голосом. Кассиан не сдвинулся с места. – Ты же знал…