Кровь деспота - Стефан Брег

— Ни травников, ни знахарей мы здесь никогда не трогали. Но при прежнем короле вооруженные отряды не слишком разбирались, кто есть кто. Поэтому многие сбежали. Если вы думаете, что мы — один из таких королевских отрядов, то ошибаетесь. Мы из поместья Георгия Красного. Это очень добрый и справедливый человек, но судьба оказалась к нему слишком жестока.

— Что же за недуг сразил вашего господина? — полюбопытствовал я.

— Мигрень. Раньше она его не слишком беспокоила, но после гибели сына эта болезнь приобрела ужасную форму. Известие о трагедии было страшным ударом. Боль настолько сильна, что господин может кричать от нее по много часов. Успокоение же слишком коротко. Если можете чем-то помочь — помогите. Мы в долгу не останемся.

Где-то я уже слышал про благодарность аристократов. Пора было распрощаться с этими людьми. Я уже открыл рот с этой целью, как вдруг мой собеседник посмотрел на Алабель и обратился к ней:

— Леди, вы можете помочь нам? Хоть что-то, что позволит облегчить страдания нашего господина.

— Если только отвар из трав, — с задумчивым видом вдруг ответила Алабель.

Мой рот так и остался открыт. Я даже не понял сразу, специально она это произнесла, или фраза случайным образом слетела с ее уст. Но, как бы то ни было, рыжая бестия опять подставила всех нас под удар. Я бы вцепился ей в горло, если бы позволяли обстоятельства. Но они позволяли мне лишь сверлить ее злобным взглядом.

— Мы будем признательны, если это поможет. Следуйте за нами, до поместья добираться несколько часов.

— Но вынуждена признаться, у меня этих трав совсем мало.

— Мы найдем все возможное, чего не будет хватать!

Когда всадники двинулись вперед по дороге, сопровождая нас на небольшом расстоянии, я прошептал Алабели:

— Что ты сейчас сделала? Огонь не будет к тебе милостив.

— Неужели ты не спасешь меня от него? — ехидно ответила чародейка.

Возражать было бессмысленно. То ли девица жаждала приключений, то ли решила заработать на своих способностях. Во всех этих вариантах она тянула нас на дно вместе с собой. Больше такого допускать нельзя. Если мы выберемся из этой истории, я отправлю ее на все четыре стороны. Пусть путешествует одна и исцеляет кого хочет.

Мы проехали деревню и несколько ферм. Сопровождаемые под тусклым светом луны четырьмя всадниками с факелами, мы напоминали неторопливую траурную процессию. Ухабистая дорога разветвлялась, но подданные Георгия Красного с пути не сбились — они хорошо знали эти места, да и местность была не слишком лесистой.

— Долго еще? — не выдержал я и прокричал вопрос ближайшему всаднику.

Тот отрицательно покачал головой. Немой, что ли?

Не то чтобы долго, но еще час мы точно ехали. Наши лошади сильно утомились, и в мыслях я поминал Алабель последними словами. Чародейка же не выказывала своим видом ничего. Она была спокойна и почти не говорила. Лишь с Энрико перекинулась парой фраз. Само хладнокровие.

Когда мы заехали в очередную деревню, предводитель отряда наконец обрадовал меня — мы добрались. Проехали с десяток хижин, миновали мельницу и пшеничные поля. За полями на пологом холме и располагалось поместье. Оно было окружено каменной стеной и само больше походило на укрепление, чем на жилой дом. Земли, богатые камнем, к слову, располагались довольно далеко отсюда.

Ни воины с копьями, ни священники, потрясающие посохами, нас за воротами не встретили. Напротив, приняли радушно. Повозку и коней отправили в конюшню — я лично проследил за этим. Встречать своих людей и тех, кого они привели сюда, вышел молодой человек в длинной тунике. Он был среднего роста, с короткими волосами и рыцарской статью. Впрочем, рыцарем он и являлся.

— Тилло! — воскликнул он радостно. — Неужели ты смог найти лекарей? Я всегда говорил отцу, что на тебя можно положиться в любой ситуации.

Молодой человек обратился к нам:

— Позвольте представиться, меня зовут Альберт, я старший сын хозяина этих славных земель. Имя легко запомнить — так зовут нашего досточтимого короля. С кем имею честь разделить надежду на добрый исход отцовского недуга?

Красноречивый рыцарь попался. За каких-то пятнадцать — двадцать секунд он успел утомить меня так, как не утомила долгая дорога в ночи. Пока еще чего не ляпнула репоголовая Алабель, я ответил Альберту:

— Меня зовут Фольмгам. Это мои партнеры: Каспар и Гиона. — Я внимательно поглядел на своих приятелей и продолжил: — Мы едем с товаром из самого Эллас-Амина. Сами-то мы мальдионцы. Ваши люди поделились своей проблемой, и мы решили помочь: Гиона хорошо разбирается в травах. Ну, понимаете, знает, что добавить в суп, чтобы сдобрить его. И чтобы мы кусты потом не сдабривали.

— О, я этому несказанно рад. — Альберт повернулся к Алабели и поцеловал ее руку. — Вы очень красивы, Гиона. Мой отец — он хороший человек, но сейчас у нас горе, которое подавило его. Он только недавно затих. Если вас не затруднит, приготовьте травы сейчас, потому что уже скоро он будет страдать вновь. Мы принесем вам все, что нужно.

— Мы тоже не останемся в стороне, — добавил я свое слово в речь рыцаря. Нельзя оставлять Алабель одну, ибо даже если нам не грозит опасность, она может создать ее искусственно. Сейчас она участливо смотрит на Альберта, а мгновение спустя может попытаться его обокрасть. За время, проведенное с нею, я стал осмотрительнее.

Мы вошли в просторный дом, где я сразу же отметил красиво обставленный главный зал: столы из красного дерева, маленькую оружейную экспозицию, несколько изящных статуй и ваз. Нас привели на кухню, где горел очаг. Альберт куда-то удалился, но Тилло со своими друзьями был готов отправиться на поиски нужных ингредиентов, если таковые обнаружатся в окрестностях.

Алабель сняла с пояса маленькую сумку с травами, порылась в ней и произнесла:

— Я всегда стараюсь обновлять запасы трав, но в последнее время что-то расслабилась. Я могу приготовить простое средство для облегчения приступов мигрени, правда, его будет совсем немного.

— Лучше, чем ничего, — ответил Тилло.

— Так, листья медвежьей ягоды есть, омела, тысячелистник. Останется нарвать спорыша, — обратилась новоявленная целительница к слугам. — Он везде растет.

Тилло тут же отдал распоряжение. Алабель взглянула на него и на меня:

— Настой будет не слишком действенным. Если приступы действительно так сильны, нужны травы, которых здесь точно не добыть.

— А муравьиная трава? — вдруг подал голос Энрико. Все уставились на него. — В трактате известного нардарского ученого Данаила Варамского упоминалась эта трава, точнее, ее корень. Он способен справиться даже с сильной болью. И найти его легко.

Алабель пожала плечами — она не слышала о подобном растении. Я был просто поражен:

— Эн… мм, Каспар, черт тебя дери, да ты, оказывается, скрывал от нас такие познания. Теперь я верю, что не зря ты прочел столько книг!