Джонни и мертвецы - Терри Пратчетт

Чего же хочет он сам, Джонни соображал целую неделю, а когда наконец понял, отправился после школы на кладбище (там в эти часы никого не бывало). Кладбищенскую землю покрывал иней.

— Мистер Строгг!

Джонни нашел его у канала. Мистер Строгг сидел и неподвижно смотрел на воду.

— Мистер Строгг?

— Уходи. Ты опасен.

— Я подумал, вам, наверное, немного… одиноко. И купил вот это.

Он открыл сумку.

— Мистер Аттербери помог, — сознался он. — Обзвонил знакомых владельцев мастерских. Его починили. Он будет работать, пока не сядут батарейки, а потом, наверное, заработает на призраках батареек.

— Что это?

— Очень маленький телевизор, — сказал Джонни. — Я подумал, что могу засунуть его, например, в кусты, и никто, кроме вас, не будет про него знать.

— С чего бы это? — с подозрением спросил мистер Строгг.

— Я нашел вас в газете. От двадцать первого мая тысяча девятьсот тридцать седьмого года. Там было немного. Только про то, как вас нашли… в канале, и про дознание.

— Ах вот как? Вынюхиваем? Да что ты вообще понимаешь?

— Ничего.

— Я ничего не обязан объяснять.

— Поэтому вы и не смогли уйти с остальными?

— Что? Я могу уйти, когда заблагорассудится! — поспешно возразил призрак мистера Строгга. — Коль скоро я сижу здесь, стало быть, мне так угодно. Я знаю свое место. Я знаю, что правильно, а что нет. Я могу уйти в любой момент, будь желание. Но мне хватает гордости сдерживать свои порывы. Таким, как ты, этого не понять. Для вас жизнь — хаханьки.

Короткая заметка в газете… Мистер Порокки сказал правду. В те дни отнюдь не все предавали гласности. Мистер Строгг, уважаемый и законопослушный гражданин, неизменно старался не привлекать внимания и держаться в тени. А потом он прогорел, попал в какие-то денежные неприятности, и в итоге — канал. Мистер Строгг относился к жизни убийственно серьезно. В первую очередь к своей.

В те дни подобные происшествия почти не обсуждались. Самоубийство считалось противозаконным, почему — Джонни никак не мог взять в толк. Выходило, что, если ты промазал, или недотравился газом, или оборвалась веревка, тебя надо тащить в кутузку, чтоб ты наконец понял: жизнь прекрасна и удивительна.

Мистер Строгг сидел, обхватив руками колени.

Джонни вдруг понял, что не знает, что сказать.

Поэтому он не стал ничего говорить, а просто засунул маленький телевизор в заросли кустов, где его не нашел бы никто, даже самые рьяные орнитологи и натуралисты.

— Сможете в уме крутить ручки? — спросил он.

— А кто тебе сказал, что мне это надо?

Но экран засветился, появилось изображение, послышалась знакомая мелодия — музыкальная заставка.

— Давайте посмотрим, — сказал Джонни. — Вы пропустили целую неделю. Миссис Суиди только что узнала, что Жанин не пошла на вечеринку… Мистер Хатт вышвырнул Джейсона из магазина, потому что решил, будто он взял деньги… и…

— Понятно.

— Ну ладно… тогда я пошел?

— Ступай.

Джонни попятился.

— Я уверен, время пролетит незаметно.

— Да-да.

— Ну… тогда до свидания.

— Да-да.

— Мистер Строгг… — Джонни хотелось сказать: вы же можете уйти отсюда в любое время, когда вздумается. Но стоило ли?

— Да-да.

Джонни некоторое время смотрел на него, потом повернулся и пошел прочь. Друзья ждали его у телефонной будки.

— Он там? — спросил Ноу Йоу.

— Да.

— Что он сейчас делает?

— Смотрит телевизор, — сказал Джонни.

— Наверное, у призраков свободного времени хоть отбавляй, — с завистью сказал Холодец.

— Наверное.

— Ты в порядке?

— Да, просто задумался о разнице между раем и адом.

— Ничего себе «в порядке»!

Джонни заморгал. И огляделся.

Жизнь была… прекрасна. Что вовсе не то же самое, что «ничего себе». И даже вовсе не то же самое, что «хороша». В ней было столько… всего. Ни конца ни краю. Жизнь все время подсовывала что-нибудь новенькое.

— Да, — сказал он. — Верно. Ну, чем займемся?