Нити магии - Эмили Бейн Мерфи

Он выпрямляется во весь рост.

– Ты не сможешь заставить меня уволиться, – негромко говорю я и делаю шаг к нему. Теперь, когда он узнал о моем давнем знакомстве с Евой, я могу использовать это себе на пользу, а не скрывать. – Когда дело дойдет до разбирательства, у меня будет больше веса в глазах Вестергардов, чем у тебя. Но, – делаю еще шаг и срываю с дерева золотисто-розовый грейпфрут, – если хочешь рискнуть, давай. Просто знай, что в их семье есть человек, который заступится за меня. И, возможно, госпоже Вестергард будет интересно узнать, кто именно в ответе за то, что ей приходится снова и снова тратить время на поиски своей личной портнихи. И кто испортил ее портьеры.

Он отходит в сторону на достаточное расстояние, чтобы я могла пройти мимо него. Но, когда выхожу в галерею, он следует за мной.

– Знаешь, что еще я обнаружил? – спрашивает он, пытаясь поспеть за мной, и я резко ускоряю шаг. – Ты не спишь допоздна, чтобы успеть сделать свою работу без магии, – на ходу он достает из кармана серебряную монету. Это талисман, который он всегда носит с собой и суеверно крутит в пальцах, когда пользуется магией. – Ты не хочешь ее использовать, верно? Ты ее сберегаешь.

– И что? – спрашиваю я, распахивая кухонную дверь и гадая: может быть, исполнить свое обещание и действительно привязать его к перилам за волосы? – Какое это для тебя имеет значение?

Я даже не слышу приближения Лильян. Брок в последний момент замечает, как она скатывается по перилам, но не успевает помешать ей спрыгнуть и одновременно выхватить монету прямо из его пальцев.

– Отстань! – певуче говорит Лильян.

Он начинает ругаться.

– Лильян, какая же ты заноза в…

Она, дразня, вертит перед ним монету, потом поворачивается и вбегает в кухню, где все остальные уже собрались к ужину

– Лильян! – Брок кидается за ней, но она ухитряется перебросить монету поверх его головы Ларе. Та хихикает и сразу же кидает талисман Оливеру. Брок пытается схватить, но промахивается, а Лильян подпрыгивает и снова хватает монетку.

– Так как же ты теперь будешь отгонять Фирн? – насмехается она.

– Делай, как я, – выкрикивает Сигне, когда Лильян кидает монету ей, потом перебрасывает ее Оливеру и пожимает плечами: – Молись.

– Или используй магию только тогда, когда сидишь у огня, – добавляет Оливер, швыряя талисман Деклану.

– Выплескивай ее всю разом, а потом отдыхай неделю, – советует Деклан. Монета описывает в воздухе дугу, сверкая в свете очага.

– Нет, применяй понемногу каждый день, – возражает Якоб, протягивая руку, чтобы поймать талисман. Он бросает монетку в мерную кружку Дорит.

– Используй правильный рецепт, – говорит Дорит. – Тогда вкус будет такой же, как если бы ты готовил с магией.

– Найди способ срезать путь. Сохраняй и растягивай свою магию, – сонно произносит Рая. Она выуживает монетку из кружки и смотрит на Брока, глаза ее искрятся – для него и только для него. Она возвращает ему талисман. – И магию всех остальных.

Значит, им не все равно. Они носят талисманы и пытаются защищаться бабкиными сказками. Применяют магию, присматривают друг за другом и надеются на лучшее. Я думаю о стеклянных шарах Айви, висящих в оранжерее, и гадаю: быть может, они каким-то образом помогают растениям Брока расти лучше? Может быть, Айви влила в них часть своей магии, чтобы помочь тому, кого она любит, как это делала для меня Ингрид?

– Марит что-то замышляет, – объявляет Брок. Грудь его тяжело вздымается, а глаза мечут огонь, и я старательно пытаюсь стать невидимкой, сидя в углу кухни. – И я ей ничуть не верю. Считаю, она шпионит за нами.

– Что? – восклицаю я.

– Она сует нос в дела Вестергардов. И не призналась нам честно, почему оказалась здесь. Тебе не кажется, что ты должна была рассказать нам о такой важной мелочи? – спрашивает он. – О том, что была знакома с Евой до того, как вы обе появились в этом доме?

– Это правда? – спрашивает Рая. Она подходит к Броку и стоит рядом с ним, сложив руки на груди. – Ты знала ее и раньше?

– Д-да, – выдавливаю я. – Но, ради всего святого, я не шпионю за вами!

Дорит тоже встает рядом с Броком, все еще держа в руках деревянную ложку, которой помешивала что-то в кастрюле на плите. Якоб и Лильян придвигаются ближе ко мне, как будто воздвигая защитную стену. Резким движением Брок сбрасывает свою куртку и начинает деловито разрывать ее с громким треском. Я смотрю на него, приоткрыв рот.

– Хм, – говорит он, корча гримасу. – Кажется, эта куртка нуждается в починке. – Он выжидает мгновение, а потом протягивает ее мне. – Не хочешь одолжить мой талисман? – насмешливо спрашивает он.

Якоб ощетинивается и прежде, чем я успеваю что-либо предпринять, хватает куртку и швыряет ее обратно Броку.

– Сам починишь, – говорит он, стоя передо мной в напряженной защитной позе, и я стараюсь не замечать изгибы мышц под его рубашкой.

– Все в порядке, – тихо произношу я и делаю шаг вперед, глядя на слуг, разделившихся на две группы. – Это правда. Я была знакома с Евой и раньше. Но я не шпионю, лишь пытаюсь присматривать за ней. Мы росли вместе, и она мне как сестра, – протягиваю руку за разорванной курткой Брока и тихо добавляю: – В конце концов, кто скажет, как далеко любой из нас может зайти ради своей сестры?

К чести Брока, он выглядит слегка пристыженным, когда отдает мне куртку.

– Я все же собираюсь зашить ее, начертав на шве ужасно грязное слово, – сообщаю ему.

– Ну нет, сначала займись этим, – возражает Нина, врываясь в кухню. – Теплым вечерним платьем для Евы. Господин Вестергард хочет свозить госпожу Вестергард и Еву в парк Тиволи.

Филипп Вестергард все же намерен поехать куда-то с Евой и Хеленой.

Снова.

«Это просто родственная забота», – говорю себе. А парк Тиволи – публичное место, где всегда толпа народа. Он заботится о вдове своего брата и хочет развлечь на праздниках единственных родных людей, которые у него остались.

И все же я ощущаю растущее беспокойство. Его трудно скрыть, даже чувствуя пристальный взгляд Брока на моем лице.

– Ты что-то замышляешь, – повторяет он, хищно улыбаясь и пряча свой талисман в карман. – И я намерен узнать, что именно.

Взяв нож, я поднимаю его на уровень груди, и Брок отступает назад, после чего я ровно срезаю кожуру с грейпфрута.

– Как-нибудь можно добыть билет в Тиволи? – шепчу я Лильян и Якобу.

– Наверное, нам нужно пойти туда вместе, – весело отвечает Лильян. – Послушай, ты же добыла нам билеты на балет, – продолжает она, слизывая варенье с пальцев. – А теперь предоставь дело мне.

Филипп.

25 ноября 1866 года.

Парк развлечений Тиволи